Открывать глаза не хотелось. Мы с повелителем вернулись с бала на рассвете. Я протянула руку, чтобы дотронуться до мужа, и улыбнулась: Эйнэра конечно же не было в постели. Сколько лет живу в мире эльфов, но никак не могу привыкнуть, что спят они так мало.
Я поднялась с ложа, оделась, привела себя в порядок. Хотела заглянуть в кабинет супруга, но решила, что не стоит ему мешать: он и так много времени проводит со мной и нашим сыном. О том, что наш сын появился против моей воли, давно старалась не думать. Не приготовь зелье старая колдунья, не было бы у Эйнэра ночи со мной и не было бы Клода. Тогда я хотела убить повелителя, но сейчас радовалась, что у меня есть ребенок. Однако, если бы не погиб мой первый муж, капитан Кэрол, я бы ни за что не стала женой правителя эльфов. Со дня смерти Кэрола прошло столько лет, а воспоминания до сих пор наполняли сердце болью и тоской. Я даже не знаю, где мой пират нашел последний приют. Могила моряка — в глубине моря.
Свой день я начала со встречи с моим кшедо. Малыш давно превратился в прекрасного могучего зверя. Но был привязан ко мне, с тех пор как я нашла его возле погибшей матери. Потом я отправилась на конюшню, забрала своего коня, и вскоре мы оказались на берегу реки. Быстро скинула одежду и бросилась в воду. Черный эльфийский конь, настоящий демон по характеру, отфыркиваясь, плыл рядом. В голове прозвучал голос моей драконицы:
— Елка, что ты находишь хорошего в этом медлительном четвероногом недоразумении?
Я сдержала смех: дракон ревнует меня к лошади.
— Регина, хорошая моя, я не променяю тебя на все сокровища мира.
Потом я сидела на берегу, смотрела на водную гладь, и мысли унеслись в прошлое. Как и по чьей воле пару десятков лет назад я, обычная девчонка из двадцать первого века, оказалась заброшенной в иное измерение? Мне повезло: случайно попав в параллельный, почти что средневековый мир, я нашла маленького дракончика и была выбрана его Хранительницей. С того дня мы с Региной вместе.
И почему-то все важные события в жизни связаны у меня с водой. На берегу реки встретила я когда-то наследного принца Трайса, и встреча эта заставила забыть о прошлом и смириться с новым «местом жительства». Потом перед глазами промелькнул злополучный турнир, на котором я потеряла эту любовь, не сумев простить обиду. Тогда я еще не знала, что смогу полюбить брата его высочества, лорда Кэрола, пирата Кэрола, капитана Кэрола… Даже сейчас, когда его давно нет, никто не может заменить мне его, хотя я и вышла замуж за повелителя эльфов ради нашего сына.
Сначала я боялась, что вскоре буду выглядеть старухой по сравнению с Эйнэром, который в возрасте трехсот лет казался молодым мужчиной. Но эльфы справились с этим. Колдунья Найрита сумела сделать так, чтобы время не оставляло следов на моем лице.
После стольких лет приключений жизнь, казалось, стала налаживаться. Но не тут-то было. С некоторых пор на наш мир стали нападать воины на драконах. Эльфы называли их отступниками. Наши бойцы поднимались в небо, чтобы отбить атаки, и я тоже была в рядах сражающихся. Я вспомнила о врагах, и сердце кольнуло нехорошим предчувствием. Взлетела на коня…
Успела я вовремя. Драконы садились на поляну один за другим, и на них забирались вооруженные всадники…
Битва была еще более страшной, чем череда предыдущих. Во время боя я не раз с благодарностью вспоминала мастеров, изготовивших мою кольчугу. Ее не могли пробить ни мечи, ни стрелы. Не поддавалась она и языкам пламени.
Однажды я спустилась в подземелье, где работали кузнецы, и низко поклонилась мастеру:
— Не знаю, как и отблагодарить тебя за столь ценный дар.
Эльф внимательно посмотрел на меня:
— Властительница, ты уже сделала мне подарок своим посещением. Знатная дама явилась сюда впервые. Мы гордимся, что у нашего повелителя такая супруга: и красивая, и бесстрашная.
Я вздохнула: мнение мастеров было приятно. У нас с Эйнэром по поводу моего участия в сражениях шел тоже своего рода бой. Повелитель упорно желал запретить мне участвовать в битвах. А я также упрямо не желала оставаться дома. Эйнэр даже сказал, что будет запирать меня в моих покоях. Я не сомневалась, что когда-нибудь так и случится.
В чем-то мой муж был прав. Хотя по мастерству владения оружием я не уступала ни одному мужчине, у эльфов была природная особенность: раны на них заживали мгновенно, я бы даже сказала, если бы не боялась оскорбить, «как на собаке». А я все-таки только человек.
Моя Регина в битвах была выше всяких похвал. Каким-то образом ей даже удавалось менять расцветку. То она принимала окраску безоблачного неба. То чешуя тускнела, сливаясь с цветом грозовых туч и делая драконицу невидимой для противников.
И снова перед моими глазами замелькали события боя. Черные драконы и их всадники навалились на нас со всех сторон. Среди них я заметила одного, выделяющегося из общей массы красной перевязью, которую он носил через плечо.
Я видела его уже не первый раз. Зачем он надевает эту перевязь? То ли это знак командира отряда, как у нас — звездочки на погонах? То ли отступник показывает этим свою смелость и пренебрежение к смерти? Эта его перевязь действовала на противников, как красная тряпка на быка. За ним охотились с особым азартом. А всадник как будто нарочно дразнил наших воинов. Его дракон тоже выделялся среди других зверей. Если моя Регина полыхала золотом, то черная чешуя этого дракона играла алыми отблесками.
Внезапно мощное тело вражеского дракона оказалось совсем близко. Крылья, золотое и черное, на миг соединились. Я услышала скрип чешуи о чешую. Не успела ничего осознать, как увидела рядом с собой лицо вражеского всадника. Успела разглядеть блеснувшие в прорезях маски черные глаза и длинные черные волосы, выбивающиеся из-под шлема. И удивилась: до этого среди эльфов я ни разу не видела ни черноглазых, ни черноволосых. Этим скорее отличались жители Кэрдарии, родины моего первого мужа.
Наши с отступником взгляды встретились, и я на миг растерялась. Из оцепенения меня вывели слова воина:
— Приветствую тебя, правительница. Слава о тебе гремит по всем мирам. Я же хочу, чтоб ты помнила обо мне.
Его клинок мелькнул подобно змее и коснулся моей щеки. Хотя шлем закрывал лицо, я почувствовала боль, как от раны. Мгновение — и черный дракон взмыл вверх. Кажется, не только я оказалась под воздействием какого-то странного гипноза. С Региной произошло то же самое. Она будто застыла, дав время противнику оставить след на моем лице.
Ко мне на помощь бросились наши воины, но всадник был уже далеко. Бой мы выиграли, но с большими потерями. Регина опустилась на землю, а я все еще сидела у нее на спине, обдумывая произошедшее. Рядом возник Эйнэр и протянул руки:
— Елка, прыгай.
Только сейчас я почувствовала пронизывающую все тело усталость и просто свалилась в объятия мужа. Схватила его за шею. Как всегда сомнения и страхи сразу исчезли. Я постаралась не думать о последних событиях. При прикосновениях или глядя прямо в глаза, Эйнэр мог запросто считать мои мысли. Которые, признаться, были тревожными.
Супруг бережно снял с меня шлем и сразу же обратил внимание на царапину:
— Ты ранена? Как это произошло?
Я поморщилась: смешно спрашивать, как можно получить рану на поле боя. Да и вспоминать о ней было неприятно.
Эйнэр нежно провел рукой по моей щеке. Боль тут же прошла. Повелитель рассмеялся:
— Это не твоя кровь. Раны нет.
Я отчего-то вздохнула с облегчением:
— Прекрасно.
Супруг прижал меня к себе:
— Любимая, все позади. Отправляйся отдыхать. Смотри, вон и сын бежит к нам. — Эйнэр прошептал мне в ухо: — Не знаю, каких богов и благодарить, что ты подарила мне его.
Я улыбнулась: боги здесь были совсем ни при чем. Давно уже нашла глазами Клода и его дракона и убедилась, что с ними все в порядке. А сейчас просто любовалась сыном: молодой, красивый, отважный. Очень похож на отца: такие же светлые волосы и чуть раскосые глаза цвета весенней листвы. Эйнэр гордится им, а обо мне уж и говорить не приходится. Клод уже был достаточно взрослым и не впервые участвовал в битвах. И всегда я облегченно вздыхала: жив и невредим.
Сын подбежал и обнял нас. Бросил на меня взгляд, полный обожания, но первый поцелуй, как всегда, достался отцу. У меня кольнуло сердце. Наверное, дочь была бы мне ближе. Но Клод уже обнимал и целовал меня, и чувство ревности исчезло.
Эйнэр скомандовал:
— Клод, проводи маму и проследи, чтоб ей дали поспать. Нас ждут три траурные ночи. Ей придется трудно.
Сын обнял меня за талию. Он уже давно стал выше меня ростом.
Эйнэр улыбнулся:
— Сын выглядит старше, чем ты.
Я подумала: а вот привычки у него твои. Тебя в свое время тоже притягивала моя талия по поводу и без.
Эйнэр, похоже, прочитал мои мысли и рассмеялся. Я махнула рукой, и мы с Клодом пошли в сторону дворца. Я вспомнила день, когда вернулась в этот мир, и слова служанки:
— Леди, вы помолодели лет на десять.
Тогда мне показалось очень смешным, что могу предстать в образе тринадцатилетней девчонки. А сейчас… Эльфы омолодили меня основательно. Найрита как-то заметила, что моя кровь прекрасно поддается изменению. Я подумала: наверное, нужная группа. И хихикнула. Если супруг решит от меня избавиться, продолжит омолаживать дальше и из жены превратит в ребенка. Эта мысль совсем развеселила меня.
Клод недовольно хмыкнул:
— Придет же такое в голову. Ты же взрослый человек, мама.
Опять забыла, где нахожусь. За столь короткое время — два прокола.
Сын довел меня до моих покоев.
— Обязательно постарайся заснуть.
Я и сама понимала необходимость этого. Эльфы могут обходиться без сна гораздо дольше, чем люди. Для меня провести три ночи на ногах будет трудно.
Сын поцеловал меня, сказал:
— До вечера.
Развернулся и пошел к выходу.
