Глава 1
Если бы Эми Кэхилл спросили, что ее больше всего раздражает в младших братьях, то в качестве numero uno[1] она бы назвала их способность внезапно исчезать.
Или вообще сам факт их существования.
А уж потом недостатков хватило бы на список от А до Я…
Оглушенная звуками пестрой толпы, Эми стояла посреди рынка Хан-Эль-Халили в Каире. Она растерянно озиралась по сторонам, пытаясь отыскать своего брата. То ли на нее подействовала смена часовых поясов, то ли она просто плохо соображала, но Дэн вдруг как сквозь землю провалился. Не успела она всего на пару секунд отвернуться, чтобы купить карандаш с изображением Нефертити, как Дэн тут же куда-то исчез.
Вокруг нее шумел базар. Воздух дрожал от невыносимой жары. В ушах звенело от криков торговцев и звуков уличных музыкантов. В глазах рябило от множества витрин и ослепительного солнца. Между рядами лился поток туристов с перевернутыми задом наперед рюкзаками, дабы не стать жертвами рыночных карманников. Туристы то и дело останавливались, делали снимки и создавали в толпе заторы. Чуть не опрокинув бирюзовые скамейки, метнулась женщина в платке, догоняя двух своих мальчишек. Придерживая на голове деревянный ящик, мимо прошел продавец апельсинов. Рядом щелкала фотокамерой туристка в бейсбольной кепке и майке, на которой было написано «Я ЛЮБЛЮ СВОЮ МУ-МУМИЮ»…
Волна раскаленного воздуха обожгла Эми. Ей показалось, что еще чуть-чуть – и она потеряет сознание. Краски смешались, лица слились в одно расплывчатое пятно, в висках забили барабаны. Толпа всегда была испытанием для ее психики, но Каир, казалось, был именно тем местом, откуда произошло само это слово. Столпотворение.
Эми крепче сжала сумку у себя на поясе и уже совсем было запаниковала, как вдруг в толпе послышался знакомый голос. Она оглянулась. Их компаньонка Нелли Гомес бойко торговалась с продавцом специй. Ее сумасшедший черно-белый окрас волос нельзя было ни с чем перепутать даже в такой толпе.
Еще час тому назад они ехали в такси из аэропорта, когда вдруг услужливый водитель гордо объявил, что перед ними «рынок Хан, очень хороший место». И Нелли тут же завопила: «Остановите машину!» Так и не успев понять, что происходит, дети оказались посреди рынка с рюкзаками, сумками и кошачьей переноской. Саладин неистово мяукал, но Нелли была неумолима: «Всего десять минут, и мы сразу поедем в отель. Офигеть! Да здесь просто тонны этого кардамона!» Куда бы они с ней ни приезжали, Нелли всегда первым делом изучала местную кухню.
Наконец, Эми увидела Дэна. Он стоял напротив сувенирной лавочки и как завороженный глядел на точилку в форме Тутанхамона. А может, на фонарик в виде мумии. Или еще на какое-нибудь очередное чудо.
Щурясь от яркого света, Эми стала пробираться к брату сквозь толпу, периодически теряя его из виду за спинами прохожих. Может быть, в лавочке будет кондиционер…
Неожиданно рядом с Дэном Эми снова заметила ту самую туристку в майке «Я ЛЮБЛЮ СВОЮ МУ-МУМИЮ». Женщина поправляла сползающие на нос очки. Внутри у Эми шевельнулось какое-то странное предчувствие. Она вытянула шею, чтобы лучше видеть брата за спиной толстяка в соломенной шляпе.
Туристка подняла руку, вытянула палец и согнула его в верхней фаланге, словно у нее был перелом. Вдруг ее ноготь сверкнул металлическим бликом.
– Дэн!!!
Но голос Эми потонул в криках уличных торговцев. «Пять долларов! Всего пять долларов!» Продавец футбольных мячей невероятных неоновых расцветок встал посреди дороги, мешая движению. Оттолкнув сетку с мячами, Эми ринулась наперерез толпе.
Из-под острого, как коготь, ногтя туристки торчала тонкая игла. Дэн, ничего не замечая вокруг, стоял, уткнувшись в витрину…
– Дэн!!! – хотела крикнуть Эми, но наружу вырвался лишь сдавленный стон.
Собрав все силы, Эми бросилась вперед. В последний момент она вытянула перед собой руки, толкнув Дэна. Игла впилась в карандаш с Нефертити.
Эми застыла на месте. Яркой искрой вспыхнуло острие иглы. Оттуда медленно вытекла ядовитая капля и, соскользнув на землю, исчезла в пыли.
Эми подняла взгляд. Прямо перед ней стояла их дальняя родственница из России. Ирина Спасская. Русская. Бывший агент КГБ.
У Ирины задергался правый глаз.
– Блин! – Она потянула на себя руку, но игла намертво засела в карандаше.
На помощь к ней подбежал продавец.
– Красавица! Он совсем застрял. Иди сюда, купи другой!
– Послушайте, продавец вещей, мне не нужны ваши глупые карандаши, – оскалилась Ирина.
Улучив момент, Эми с Дэном бросились наутек и, смешавшись с толпой, короткими перебежками помчались куда глаза глядят. Впереди Дэн, за ним, как всегда, Эми.
Они долго бежали по лабиринту торговых улиц и рядов. Наконец они остановились, с трудом переводя дыхание, огляделись и поняли, что окончательно заблудились. Как двое малых детей.
– Нелли будет искать нас, – сказала Эми, доставая телефон. – Нет сигнала. Нам надо как-то возвращаться. Пойдем.
– И не попасть в лапы к товарищу Ирине. Обойдемся без ее теплых рукопожатий, – добавил Дэн.
Путешествуя по всему миру, они уже успели привыкнуть к неожиданным встречам со своими родственниками. Несколько недель назад дети пережили смерть бабушки и теперь остались совсем одни. После трагической гибели родителей Грейс была для Эми и Дэна единственным близким человеком. Они не жили с ней, но часто уезжали из Бостона вместе на уикэнд, и бабушка всегда брала внуков с собой в путешествия во время школьных каникул и летом. Ее смерть от рака стала для них настоящим ударом.
А потом в их жизни начались сплошные потрясения.
По воле бабушки на похороны собралась вся их многочисленная семья. Все четыре клана Кэхилл. По видео транслировалась запись, где Грейс лично, в присутствии своего нотариуса, зачитывала завещание. Она предлагала им странный выбор. Миллион долларов каждому или… семейное состязание, поиск тридцати девяти ключей, которые принесут их обладателю власть над миром. Хотя перспектива получить миллион на каждого и казалась Эми и Дэну весьма привлекательной, они даже не сомневались в выборе. Они знали, что Грейс хотела бы, чтобы они приняли этот вызов и вступили в состязание. Это было настолько в ее духе. Она никогда не любила простых путей.
Недолго думая они выбрали состязание и отказались от наследства. И вот тут у них начались сплошные неприятности. Раньше Эми думала, что соревнования – это как волейбол, и надо только научиться, как Кортни Катовски, забрасывать мяч головой через сетку. Но все оказалось не так просто. Их соперниками были не просто опасные, а смертельно опасные люди, вроде Ирины Спасской. Та была готова на все: угрозы, шантаж и даже убийство. Одним словом, профессионал.
Отдышавшись, дети снова отправились в путь. Но чем дальше они шли, тем больше Эми казалось, что они ходят кругами. Как в кошмарном сне. Только вчера они были в Сеуле, а до этого в Токио и Венеции. А еще раньше в Зальцбурге и Вене и, наконец, в Париже и Филадельфии. И даже в какой-то момент делали посадку в России.
Раньше у нее никогда не было стольких секретов.
Раньше она не понимала, что такое настоящий страх.
Раньше она и не догадывалась, что может быть такой храброй.
Еще несколько дней назад их чуть было заживо не похоронили в Сеуле. Их предали те, кому они доверяли. Иан и Натали Кабра. Нет… лучше она не будет об этом думать. Не будет думать о нем. Не станет вспоминать, как, держа ее за руку, он обещал ей быть другом. И он был им. Правда, всего пару часов. До первой возможности бросить в беде.
Она не будет. Думать. О нем.
Их единственным настоящим другом, которому они всецело доверяли, был дядя Алистер. Но и он в последний момент перехитрил их и бросил одних. Инсценировал собственную гибель, а сам благополучно остался жив.
Зачем они прилетели в Каир? Да они и сами толком не знали. Просто после всех этих предательств им надо было как-то жить дальше и показать, что они могут быть достойными соперниками. Единственной их ниточкой сейчас были расшифрованное слово и треугольник, Сехмет и пирамида. Богиня-львица. Эми купила несколько книг, когда они еще были в Корее, и прочитала все, что возможно, об этой богине, но так и не поняла, откуда следует начинать поиски… а точнее, что именно они должны искать в Каире.
Струйка пота заскользила по ее спине. Было больше тридцати градусов. Волосы прилипли к затылку и противно щекотали шею. Она снова подумала об Иане. Он всегда умел выглядеть так, словно только что принял прохладный душ.
Она не будет. Думать. О нем.
Уши заложило от какофонии экзотических, не слыханных ранее звуков восточного города: на все лады гудели автомобили, громко переругивались торговцы, кричали разносчики, приглашали в кафе зазывалы и отовсюду звенели мобильники.
– Не отставай, тормоз! – вдруг произнес кто-то на английском. Ой. Да это же Дэн. – Русская шпионка уже близко!
Ирина шла по улице, заглядывая во все окна. Не дожидаясь, пока она их заметит, Эми втолкнула Дэна в ближайшее кафе. За столиками сидели посетители и пили чай. Одни вели мирную беседу или читали газеты; другие, отдыхая от жары, расположились в креслах, пили сок и листали путеводители. Пробираясь между столиками, Эми случайно толкнула рюкзаком очень полного господина со стаканом мятного чая. Стакан опрокинулся, и чай вылился на белый костюм.
В кофейне воцарилась полная тишина. Все одновременно посмотрели на Эми. Игроки в нарды замерли. Эми почувствовала, как ее лицо заливается краской. Она ненавидела быть в центре внимания. Тем более когда с ней случались такие оплошности.
– П-п-п-простите, – пробормотала Эми. Она всегда начинала заикаться, когда нервничала, и ненавидела себя за это. Эми схватила салфетку и стала вытирать стол.
– Все в порядке, барышня, не беспокойтесь. Это всего лишь чай, – улыбнулся ей господин в белом костюме и подозвал официанта.
Эми подняла глаза и неожиданно прямо перед собой увидела большое старинное зеркало, висящее на стене, а в нем – растрепанную и раскрасневшуюся себя, свои мельтешащие над столом руки, глаза хозяина, входную дверь и…
Ни темные очки в модной белой оправе, ни одежда обыкновенного туриста – ничто не могло скрыть ее солдафонской походки. Резко, словно полиция нравов, в кафе ворвалась Ирина.
Еще секунда – и она заметит их, и тогда…