Часть первая
Глава 1
Сияние завораживало. Красные брызги смешивались с сиреневыми, розовые искры разбавляли синие, золотые полосы скручивались в тугую спираль и взрывались изумрудным фонтаном.
Переход никогда не был таким длительным и таким красивым. Свечение окружало, пронизывало насквозь, билось в сердце и вновь выплескивалось наружу. Казалось, путь никогда не завершится, и будет длиться целую вечность. Но когда терпеть не осталось сил, цветные брызги вдруг стали ослепительно-белыми и с грохотом рассыпались перед глазами.
Коля медленно приходил в себя. Расплывчатые пятна постепенно приобретали очертания, бережно хранимые в памяти: высокие, раскидистые ели и рослые березы; старый, покосившийся дом и заколоченные окна, разбитое стекло на втором этаже и оборванные электрические провода; кривое крыльцо и заросшая тропинка; пустая бутылка из-под воды, брошенная возле ступенек, и темно-вишневая восьмерка, загнанная во двор. Здесь ничего не изменилось. Бывшая дача Григорьевых стояла нетронутой. Да и что с ней могло случиться, когда прошел всего один день? Один день здесь и почти два года жизни другом мире. Волшебном и далеком Анделоре.
Мечта сбылась, он наконец-то вернулся туда, где вырос, туда, где в лесах не бродят тролли, а цветы не плюются ядовитыми иглами. Здесь все известно, все привычно. Земля, куда он так стремился, приветливо улыбалась, принимая блудного сына. Но радости почему-то не чувствовалось. Слишком много обязательств осталось по другую сторону перехода. Немало предстояло сделать и здесь. Найти брата прежде Фаридара и, пока не поздно, перехватить черный кристалл. Но сначала надо отдохнуть. Ему и Аргенту.
Единорог открыл портал, соединил два мира не только в пространстве, но и во времени, и куда-то запропастился.
— Аргент, — позвал он. — Где ты?
Коля завертел головой в поисках друга. В Анделоре они связывались при помощи мыслей. Здесь же такой вариант исключался. Магических частиц в округе было совсем немного, и те залетели с открытием портала.
— Аргент!
Единорог не отзывался.
Неужели портал разлучил их, как когда-то с братом? В таком случае, трудно представить, что здесь сделают с магическим существом, свободно разгуливающим по улицам, даже если тот примет обличье обыкновенной лошади. Из-за дома, наконец, раздалось:
— Тут. Тут я.
— Слава Создателю! — Николай бросился на звуки голоса, продираясь сквозь заросли дикой малины. — Я уж думал, что…
И остановился, потеряв дар речи. Он ожидал увидеть все, что угодно, только не это. Посреди малинника стоял высокий юноша, с длинными серебристыми волосами, крупными, но правильными чертами лица. Он удивленно разглядывал собственные руки, ноги, ощупывал лицо, трогал волосы.
— Кто… Кто я? — низкий хрипловатый голос разительно отличался от того, к которому привык Николай.
— Аргент, полагаю, — слова застряли в горле, он даже закашлялся.
— Это, — юноша показал на собственное тело, — не Аргент, это…
— Человек. Кхм. Да. Голый.
— Я?! Человек?! — эмоции, наконец, пришли к "новорожденному". — Одуреть! Я — единорог! Я не могу быть человеком!
— Успокойся, — Коля прикрыл рот рукой, чтобы скрыть смешок.
— Успокойся!? Это что!? — он выставил руку вперед.
— Пальцы.
— Пальцы! Именно! А где мои копыта?! — взвыл Аргент. — Где, — он посмотрел за спину, — мой хвост?! И где, — дотронулся до лба, — мой рог?! И нечего смеяться! Это не смешно!
— П… прости, — Николай захохотал во все горло. — Кто ж думал…
— Кто думал! Кто думал! Надо было думать! Я — в дряблом, слабом, отвратительном человеческом теле!!! Как?!
— Не такое уж оно и отвратительное. Скажу, что здесь ты будешь иметь у женщин успех. Ну, или… среди кого захочешь, короче. Только к лошадям не приставай, не поймут! — продолжал хохотать Коля.
— К лошадям? Издеваешься? — нехорошо сощурился бывший единорог.
— Ладно, ладно, — он примирительно поднял руки. — Полагаю, это все из-за того, что здесь нет магии. Вот переход и выделил тебе приемлемую для Земли оболочку.
— Почему я не мог остаться единорогом, — сокрушенно вздохнул Аргент. — Слоняться здесь в таком позорном облике… Хорошо, меня из своих никто не видит.
— Здесь тебе не Анделор. Тут даже на лошади нельзя проехаться, чтобы не вызвать интереса у окружающих. Кстати, — Коля вытащил из-за плеч меч хранителя. — И оружие носить у нас запрещено. Надо его спрятать.
— Как же вы от воров защищаетесь?
— Кто как, — пожал плечами Николай, присматривая для меча подходящее место. — Еще не факт, что на воров нарвешься, а вот проблемы на первом же посту милиции запросто заработаешь.
Наконец, он нашел, что искал. Вентиляционная дыра в фундаменте, замаскированная густыми зарослями крапивы, как нельзя лучше подходила для тайника. Жаль расставаться с мечом, но не таскать же его с собой? Туда же он спрятал и дорожную сумку.
— Так, поехали домой. Пока суть, да дело — к вечеру доберемся. Там и решим, что делать дальше.
— Ладно. Но учти, долго в этом теле я находиться не буду. Вернусь назад без тебя, так и знай.
Николай согласно кивнул, не желая еще больше портить другу настроение. Без кристалла путь в Анделор им закрыт. А единственный камень у Фаридара, которого еще предстоит найти. Где — непонятно.
— И как мы доберемся до твоего жилища? — Аргент деловито направился по тропинке к воротам.
— Погоди. Ты ж не голышом собираешься расхаживать?
Аргент оглядел свое тело и, поморщившись, протянул:
— Ах. Да. Тряпки. Я должен носить ваши человеческие тряпки. Кошмар.
— И не тряпки, а одежду. С уважением относись к нашей культуре. Теперь ты — ее часть.
— Никогда, слышишь, никогда не сравнивай меня с человеком, — прошипел Аргент. — Даже если у меня дурацкая оболочка, внутри я — единорог.
— Да успокойся ты, — Коля направился к машине. — Какая муха тебя укусила? Я и не подозревал, что ты настолько нас ненавидишь. Особенно после всего, что мы пережили вместе.
— Дружить с человеком и быть им — не одно и то же.
Николай остановился и посмотрел на друга. Все вдруг встало на свои места. Растерянный и беспомощный, Аргент спрятался за маской агрессии. А как иначе? Оказаться в чужом мире, в чуждой оболочке. Сменить волшебную сущность на обычное тело. Такое и врагу не пожелаешь.
— Обещаю тебе, что как только мы найдем брата, отправимся назад. И ты вернешь себе приличный облик.
— Очень надеюсь, — сменил гнев на милость Аргент.
— Так, — Коля подошел к машине, поднял брошенный рядом пакет. Внутри лежали мобильный, связка ключей, жвачка: все, что предложил оставить Фаридар, чтобы избежать проблем в другом мире. Страшно подумать, но странное и опасное путешествие началось, по сути, только вчера. С другой стороны, и хорошо. Не придется объяснять столь длительное отсутствие. Коля открыл багажник. На занятия по физкультуре требовалась спортивная форма, и он постоянно забывал ее вынимать из машины. Рост у них с Аргентом оказался примерно одинаковым, так что одежда должна была подойти.
— На вот. Одевайся. Не бог весть что, но хоть не голый.
— А ты?
— Что я?
— Я, может, и не очень хорошо сейчас соображаю вашими человеческими мозгами, но мне кажется, в таком виде здесь не ходят.
Коля, наконец, понял, о чем речь. Сам-то он тоже был похож на пришельца из средневековья. Или на актера, сбежавшего в костюме со съемок фэнтезийного фильма. Кожаный жилет, наручи, льняная рубаха со шнурованным воротом, штаны, заправленные в высокие сапоги. Да уж. Вид не самый городской. Но еще один спортивный костюм положить в багажник он не догадался. Поэтому просто скинул амуницию, оставшись в одной рубахе, а штаны выпустил из сапог. Ничего, доехать бы до дома, а там уже можно переодеться.
— А с этим что делать?
Аргент указал на шнурки в кроссовках.
— Сейчас, покажу. Вот. По-моему, как раз.
— Вообще ничего. Вынужден признать, — "единорог" несколько раз подпрыгнул и шагнул взад-вперед, — довольно удобно.
— И хорошо. Поехали. Садись.
— Куда? — Аргент с искренним недоумением взирал на друга.
— В машину, не на тебе же верхом скакать.
Потребовалось еще несколько минут, чтобы вкратце объяснить, на чем передвигается местное население, и как устроен автомобиль.
— Удивительно, — восхищенно протянул Аргент, когда они выехали за ворота дачи.
— Ты только не больно восхищайся, а то странно смотреть будут, — Коля выкрутил руль, отмечая, что управлять автомобилем хоть и не привычно, но вполне комфортно.
— На себя бы посмотрел, когда только в Анделор прибыл, — обиделся Аргент.
— Поэтому и предупреждаю.
Вечерело, солнце еще не село, но вдоль шоссе уже зажглись фонари. "Восьмерка" уверенно влилась в общий поток машин. Запах гари и бензина запершил в горле, и Коля прикрыл окно. После двух лет отсутствия, он совсем забыл "ароматы" родного мира. Впрочем, он забыл многое, и чувствовал себя чужаком, эдаким Робинзоном Крузо, вернувшимся с необитаемого острова.
— Кто бы мог подумать, — пробурчал он.
— Что?
— Я много раз представлял себе возвращение домой. Но теперь не знаю, что и думать.
— Ты не рад? — ухмыльнулся Аргент.
— Нет, я рад. То есть… Не знаю. Я ведь здесь временно.
— Ты можешь остаться.
— Что? — Николай отвлекся от дороги и посмотрел на друга.
— Я сказал, никто тебя назад не тянет. Ты дома и волен делать что хочешь.
— Я должен вернуться.
— Кому ты должен? Своему народу? Только избавь меня от высокопарных высказываний! Там у тебя не было выбора. Фаридар тянул волшебство из Анделора, медленно, но верно, вел его к концу. Ты сражался, чтобы выжить. Сейчас тебе ничего не угрожает, так что решать тебе.
— Я не понимаю, к чему ты клонишь, — помрачнел Коля. — Если я не вернусь, Анделор погибнет. И с ним мои друзья. Все, кто на меня надеялся. Я не могу так поступить. Не могу их предать.
— Значит, все дело в долге?
— Тебе мало?
— Пойми меня правильно, — Аргент тряхнул серебристыми волосами, — я хочу знать, насколько твердо твое решение.
— Мне казалось, доказательств моей решимости не нужно, — процедил Коля, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Тебе мало стычки с Фаридаром во дворце? Путешествия по древнему Анделору? Битвы с Ратхаргом-Яракалом? После всего, что было, ты еще сомневаешься?!
— Я боюсь, — тихо произнес "единорог" и отвернулся.
Всю злобу как рукой сняло.
— Боишься?
— Да. Боюсь, что ты не захочешь возвращаться. Слишком заманчиво здесь остаться. Вдали от войны, от сражений, от конца света…
— У меня уже была возможность вернуться. Ты не знал? Фаридар предлагал сделку. Он хотел отправить меня домой и тем самым обезопасить свое будущее. Я отказался. Так что не переживай. И потом, не хочу казаться параноиком, — Коля перестроился в крайний ряд, повернул на светофоре и остановился возле высотного дома, — но если вовремя не остановить дядюшку и Торр-Сааза, то завоеванием одного мира они не ограничатся. И тогда все попадут под удар.
— Надеюсь, ты действительно параноик, — констатировал Аргент. — Почему мы остановились? Приехали?
— Нет. Надо зайти в парикмахерскую. Не хочешь, кстати, подстричься? Понял, — Коля тут же поправился под грозным взглядом друга, — пышную гриву можешь оставить при себе. А я пойду, не могу же в таком виде к родителям заявиться.
— А что не так?
— Как я объясню, что за один день у меня волосы до плеч отрасли?
— Боюсь, тебе придется объяснить не только это.
Коля только пожал плечами и вышел из машины. Но то, что имел в виду Аргент, дошло до него позже, когда он уселся перед зеркалом в парикмахерской. Мало того, что за время, проведенное в Анделоре, он раздался в плечах и возмужал. Теперь на правой щеке тонкой полоской белел шрам, сильно выделяясь на загорелом лице. Но самое главное не могли бы изменить даже короткая стрижка и современная одежда. Смерть, многочисленные сражения, потеря близких, навсегда отпечатались в глазах. Именно такими возвращаются с войны молодые еще парни с взглядами умудренных жизнью стариков…
— Что будем делать? — спросила миловидная парикмахерша.
— Коротко подстригите, пожалуйста.
— Ой, да жалко! — всплеснула руками девушка. — Давайте, я вот тут подравняю и все.
— Сказал, коротко, — отрезал Николай, — значит, коротко.
— Как хотите, — обиделась парикмахерша и принялась за работу.
Обиделась. И правда обиделась. Коля прислушался к собственным ощущениям. Расслабился и чуть прикрыл глаза. Волна чувств накрыла его с головой внезапно, закрутила в мощном водовороте. Яркие образы замелькали перед внутренним видением.
Девушка-парикмахерша работает без продыху. Она слишком устала. Клиентов много. И она работает, работает, работает. Ей нужны деньги, очень нужны деньги. Больная мама, лекарства. Ребенок. Совсем маленький. Съемная квартирка с обшарпанными стенами.
Коля вцепился в ручки кресла, но образы не отпускали, они набрасывались с новой силой, увлекая за собой все глубже и глубже.
Разбитая бутылка из-под водки, озверевшее лицо небритого мужика, тусклый свет лампы и матрац, лежащий на полу. Ненависть. Жуткая, одуряющая, всепоглощающая ненависть. Осколок стекла, капли крови, медленно стекающие с блестящего острия. Кап. Кап. Кап.
Коля хрипло вздохнул и открыл глаза. Посмотрел на свое отражение. В синих глазах все еще блестели золотые крапинки. Гворр не ушел. Даже в мире, лишенном магии, его вторая сущность, ара-думм, не пропала. Наоборот, усилила эльфийскую способность чувствовать эмоции других людей. Раньше он мог разобраться в общем характере человека, но никогда не мог читать мысли и видеть такие подробности. Сейчас же все изменилось, а его способности удивительным образом преобразились, усилились.
— Не казните себя, — тихо сказал Коля парикмахерше. — Он издевался над вами. И сам напрашивался на смерть.
— Что? — девушка недоуменно взглянула на странного клиента.
— Если бы вы не убили его, он убил бы вас. Зачем вы себя изводите?
— Я не понимаю, — ее глаза расширились от ужаса.
Николай перехватил дрожащую руку девушки, поймал ее взгляд. И понял, что может помочь. Избавить от изматывающего чувства вины и вернуть радость жизни. Откуда взялась эта уверенность? Неизвестно. Но, повинуясь инстинкту, крепко сжал тонкую руку и отчеканил:
— Смерть твоего мучителя отныне не потревожит тебя. Живи и наслаждайся тем, что имеешь. Расти сына, ухаживай за матерью. И не трави себе душу.
Парикмахерша испуганно отпрянула, потерла запястье.
— Вы… Вы… Кто?!
— Никто, — Николай поднялся, достал из бумажника все деньги и сунул их девушке.
— Здесь слишком много, — пролепетала она.
— Купи сыну игрушку, а маме — лекарства, — и направился к выходу.
Парикмахерша догнала его возле двери и, смущаясь, произнесла:
— Я не знаю кто вы, но… спасибо. Давно мне не было так спокойно.
— Все будет хорошо, — Коля улыбнулся и вышел из салона.
Он остановился рядом с машиной, пытаясь найти хоть какое-то объяснение усилившимся способностям. Отправляясь в мир, где вырос, он думал, что лишается магической сущности. Всегда считалось, что на Земле нет магических частиц, а, значит, творить волшебство здесь нельзя, если, конечно, при тебе нет кристалла. И ты не из племени ор-думм, как выяснилось.
Николай нагнулся и поднял небольшой камень. Сжал его в кулаке. Легкий хлопок, и с раскрытой ладони посыпался песок. Выходит, сила никуда не делась. Но почему?
— Что ты там застрял? — Аргент высунулся в окно автомобиля.
— Иду, иду.
Коля сел за руль, но заводить машину не торопился. Его ждало еще одно удивительное открытие. Теперь он мог читать мысли окружающих, видеть их прошлое и даже исцелять. Но это касалось именно людей. На волшебных существ его чутье никогда не распространялось. И сейчас, находясь рядом с бывшим единорогом, он ничего не чувствовал. А это значило одно:
— У меня для тебя хорошая новость.
— Да? — скептически сощурился Аргент. — Чем порадуешь?
— Ты — не человек.
— Спасибо, что заметил, — хмыкнул тот.
— Нет, серьезно. Только что я прочел мысли парикмахерши. Подобное мне раньше не удавалось. Похоже, все из-за ара-думм.
— И к чему ты клонишь?
— К тому, что я не вижу тебя. Не чувствую твоих эмоций. Значит, волшебная сущность единорога осталась. Только не могу понять, почему наши способности не исчезли? Здесь нет магии!
— Проверим? — Аргент лукаво улыбнулся и взмахнул рукой. Из-под пальцев посыпалась золотая пыль, приоткрывая завесу в пространстве.
— Перестань! — Коля перехватил запястье, и открывавшийся портал тут же затянулся. — Только не здесь!
— Ничего себе! Видал?! Похоже, ты мало знаешь о мире, где вырос!
— Невозможно! Просто невозможно! — замотал головой Николай. — Сюда сослали Фаридара, он пятнадцать лет меня разыскивал, чтобы вернуться в Анделор. Будь здесь хоть капля магических частиц, он бы обошелся без меня!
— Наверное, он действительно не мог. Слушай, — Аргент понизил голос, как будто кто-то мог их подслушать. — Что если здесь, на Земле, магия есть. Только другая, для нас непривычная.
— Это объяснило бы наличие наших способностей. Но тогда как же Фаридар? Почему он ничего не заметил?
— Может, потому что он — не волшебник? Его сила — дар темного властелина. С переходом в другой мир, она его покинула. А ты рожден магом, и сила твоя — в тебе. Еще прибавь обретенные возможности ара-думм. И кто знает, на что ты теперь способен? Ну, а я — единорог, волшебное существо. Так что, каким бы ни был мой внешний облик, внутри я остался прежним. Портал заменил лишь мое тело и, кстати, снабдил знанием местного языка. Заметил?
— У меня сейчас голова лопнет от всех новостей. Двинули-ка лучше домой, — Коля завел машину и вырулил на шоссе.
Дальше ехали молча. Аргент разглядывал чужой мир в окно, а Николай погрузился в собственные размышления. На первый взгляд, идея "единорога" об иной природе земной магии казалась полным бредом. Но чем больше он прислушивался к собственным ощущениям, искал признаки наличия волшебства, тем больше убеждался в правоте друга. Частицы наполняли и этот мир. Иначе как Аргенту удалось приоткрыть портал, а ему самому прочесть мысли чужого человека и раздавить в труху камень?
Нужный поворот едва не проехали.
— Слушай, — прервал молчание Аргент, — а что если тебе свести счеты с Фаридаром здесь, в этом мире? Сила твоя никуда не делась, а он — беспомощен.
— Не забывай, — Коля припарковался возле пятиэтажного дома, — у него объединенный кристалл. И с его помощью он запросто размажет нас по асфальту. Нет, надо лишить его источника магии. Только тогда дядюшка будет по-настоящему уязвим. И без черного кристалла нам не обойтись, если он, конечно, еще у Элиора.
— Ох, не нравится мне это. Слишком много "если".
— Ну, а что еще остается делать? Приехали, кстати. Вылезай.
Коля вышел из машины и взглянул на дом, где вырос. Старая, совершенно обычная пятиэтажка скрывалась за буйной майской зеленью. Нежный запах распускавшейся сирени щекотал ноздри, на клумбе под окнами пестрели цветы, заботливо посаженные жителями дома. Прямо у подъезда прохаживались голуби, подбирали брошенные крошки хлеба и семечки, а на скамейке сидели старушки, обсуждая последние новости. Какой же далекой теперь казалась степенная жизнь родного двора!
— А, Коленька, здравствуй! — просияла одна из старушек.
— Добрый вечер, Зинаида Михайловна, — ответил Николай, открывая дверь подъезда.
— Как экзамены твои?
— Экзамены? Ах, да. Нормально, сдаю потихоньку.
— Вот и умничек, — похвалила старушка. — Что-то мама твоя не захаживает. Как она?
— Занята, наверное.
— Привет ей передавай.
— Ага.
Уже поднимаясь по лестнице, он выдохнул:
— Чего им дома не сидится, сериалы не смотрится. Вечер уже. Удивительно, как они еще к тебе не пристали. Хотя внешность твою наверняка уже обсуждают.
— А что, я странно выгляжу?
— Не так, как хотелось бы старшему поколению, — подмигнул Коля Аргенту. — Вот. Пришли.
— Ну и что ты ждешь? Стучи.
— Подожди.
Коля замер возле двери, стараясь унять волнение. После длительного странствия, судьба привела его обратно, подарила шанс вновь увидеть родителей. Тех, кто воспитал и вложил в него душу. Он совсем забыл как хорошо дома, как скучал… Рука сама потянулась к звонку, но дверь открылась раньше.
— Коленька! Вернулся! — в коридор выскочила Рита и бросилась сыну на шею. — Я знала! Знала, что ты вернешься!
Он молча обнял хрупкую фигурку, комок застрял в горле, мешая говорить, мешая дышать. Он не мог, да и не хотел блокировать эльфийское чутье, и с удовольствием погрузился в чувство бескрайней любви, излучаемое матерью.
— Я волновалась, — всхлипывала она, уткнувшись сыну в грудь, — я места не находила…
Да, волновалась. До дрожи в коленях, до боли в скрученном нервами животе, до темноты в глазах. Боялась, что никогда больше его не увидит.
— Я здесь, дома, — прошептал он.
— Ну, — Рита, наконец, отстранилась, — что ж мы тут стоим, заходи… те, — тут она увидела топтавшегося поодаль Аргента. Перевела взгляд на Николая, на его одежду, остановила на лице и вдруг побледнела.
— Ты только не волнуйся, — Коля предупредил шквал вопросов, — я все объясню, только не здесь.
— Что… что случилось? — она переступила порог квартиры, не спуская с сына глаз.
— Долгая история. Мам, это — Ар…тем, — вовремя переправил он имя друга, чтобы не напугать мать еще боьше.
— Артем? — рассеянно пробормотала Рита, все еще разглядывая Николая. — Что это? — она дотронулась до его щеки, кончиками пальцев пробежалась по полоске шрама. Жалобно взглянула в глаза. — Кто ты?
— Это я, мама. Правда, я, — Коля сжал ее плечи. — Просто для меня прошло больше времени с тех пор, как мы расстались.
— Разве такое возможно? — она покачнулась, теряя опору под ногами. — Ты был там?!
— Да, я…
— Невозможно…это окно… человек в черном… — она не договорила фразу, безвольно повиснув на руках у сына.
— Кхм, — кашлянул Аргент. — У вас что, так принято встречать гостей?
— Не язви. Отойди лучше.
Коля отнес мать в комнату, бережно положил на диван и вздохнул. Каким бы ни был прием, он — дома. Наконец-то, дома.
