Пролог
Ледяные когти холода стиснули лес, поля и вересковую пустошь. Снег укутал все вокруг и тихонько поблескивал в свете новой луны. Ничто не нарушало лесной тишины, лишь с тихим шорохом осыпался снег с ветвей да еле слышно вздыхал от ветра высохший камыш. Даже веселый лепет реки смолк под толщей льда, сковавшей ее берега.
Но вот что-то промелькнуло у самого края реки. Из камыша выступил огромный кот. Его рыжая шерстка стояла дыбом от холода. Он осторожно переставлял утопающие в снегу лапы и нетерпеливо отряхивал их после каждого шага.
Впереди кота копошились в снегу два крошечных котенка. Малыши с трудом прокладывали себе дорогу и жалобно пищали от холода и усталости. С каждым шагом они с головой проваливались в пушистый снег. Шерсть на их лапках и животах превратилась в заледеневшие сосульки, но стоило котятам хоть на миг остановиться, как большой кот тут же толкал их вперед.
Коты брели вдоль реки, пока не добрались до места, где русло расширялось. Еще несколько шагов, и впереди, неподалеку от берега, показался небольшой, заросший камышом, островок. Густые заросли тростника окружали остров, их высохшие стебли воинственно торчали прямо изо льда. Низкорослые голые ивы свешивали до земли свои заснеженные ветви, скрывая центр острова от любопытных взоров.
– Почти пришли! – приободрил котят рыжий кот. – За мной!
Он спустился с берега, нырнул в узкий проход в обледеневших зарослях камыша и одним прыжком перемахнул на сухую, похрустывающую от мороза землю. Один из котят – тот, что покрупнее, вскарабкался на остров вслед за котом, но самый маленький лишь беспомощно скорчился на льду и жалобно замяукал. Помедлив, кот спрыгнул на лед и попытался поднять малыша на ноги, но от усталости тот не мог даже пошевелиться. Кот с грубоватой нежностью лизнул его за ушами, ухватил за шкирку и понес на остров.
Позади ивовых деревьев лежала полянка, поросшая кустарником. Снег здесь был весь испещрен следами множества кошачьих лап. Полянка казалась пустынной, но, приглядевшись, можно было рассмотреть в зарослях чьи-то светящиеся глаза. Они внимательно следили за котом, а тот приблизился к самому большому кусту и решительно протиснулся внутрь через сплетенные ветви.
После пронизывающего ночного холода детская встретила котов уютным теплом и запахом молока. В глубоком гнездышке, сплетенном из мха и вереска, сидела серая кошка. Она кормила крошечного полосатого котенка. Кошка удивленно подняла голову, когда большой рыжий кот приблизился к ней и положил на землю крошечного котенка. Второй малыш сам влез в детскую и теперь пытался вскарабкаться в теплое гнездышко.
– Это ты, Желудь? – удивленно мяукнула кошка. – Кого это ты принес?! – Это котята, Лужица, – ответил Желудь. – Ты возьмешь их? Им нужна мать.
– Но подожди… – изумление и недоверие плескались в желтых глазах Лужицы. – Чьи это котята? Они не принадлежат Речному племени! Откуда ты взял их?
– Я нашел их в лесу, – пробормотал Желудь, отводя глаза. – Им повезло, что я сделал это раньше лисы.
– В лесу?! – недоверчиво протянула королева. – Наверное, ты принимаешь меня за безмозглую мышку! Какая мать бросит своих деток в лесу, да еще в такой-то мороз?!
Желудь неопределенно повел плечом.
– Почем мне знать? Может, их бросили бродяги или Двуногие. В любом случае я не мог оставить их там, правда? – Он ткнул носом неподвижно лежащего совсем маленького котенка. Малыша можно было принять за мертвого, если бы не судорожно вздымавшиеся и опадавшие бока. – Я прошу тебя, Лужица… Возьми их. Твои котята умерли, у тебя остался всего один малыш. Эти найденыши тоже умрут, если ты не спасешь их!
Глаза королевы потемнели от боли. Она опустила голову и посмотрела на малышей. Они жалобно запищали, разевая крошечные розовые ротики.
– У меня хватит молока, – еле слышно пробормотала она себе под нос. – Конечно, я возьму их, тут и думать нечего! Желудь с облегчением перевел дух, потом одного за другим поднял с земли котят и положил их рядом с Лужицей. Королева нежно притянула их поближе к животу и устроила рядом со своим сыном. Котята тут же принялись жадно сосать молоко.
– И все же я ничего не понимаю, – сказала Лужица, когда котята занялись делом. – Как могли котята очутиться одни в лесу, да еще в самое лютое время Голых Деревьев? Не иначе их мамаша сошла с ума!
Рыжий кот задумчиво колупнул моховое гнездо своей огромной лапой.
– Если ты думаешь, что я украл их, то ошибаешься. Чего не было, того не было. Лужица подняла голову и смерила его долгим задумчивым взглядом.
– Я так не думала, – помолчав, сказала она. – Но ведь ты не сказал мне всей правды, верно?
– Я сказал все, что тебе нужно знать!
– Неправда! – гневно сверкнула глазами королева. – А как насчет их матери, Желудь?! Что с ней? Уж я-то знаю, что значит потерять своих детей! Такой беды я не пожелаю ни одной кошке, тебе ясно?
Желудь вскинул голову, сердито посмотрел на королеву и тихо зарычал: – Я думаю, их матерью была какая-то бродячая кошка. Сейчас слишком холодно, чтобы пытаться отыскать ее. – Но послушай…
– Прошу тебя, позаботься о котятах! Рыжий кот встал на лапы и резко повернулся к выходу. У самого лаза он остановился и бросил, не оборачиваясь: – Я буду приносить тебе свежую еду. Когда он вышел, Лужица склонилась над котятами и принялась вылизывать их, чтобы согреть. Растаявший снег почти полностью смыл все запахи, но королева ясно чувствовала аромат леса, острый запах палой листвы и мерзлой земли. А под всем этим было что-то еще, еле уловимое…
Лужица замерла. Неужели она в самом деле почувствовала это или ей только показалось? Наклонив голову, она широко разинула рот, чтобы запах котят достиг чувствительных желез на задней стенке ее нёба.
Широко распахнув глаза, королева, не мигая, уставилась в темноту детской. Она не ошиблась. Шерстка осиротевших котят хранила запах вражеского племени!
Глава I
Ледяной ветер бросал пригоршни снега, мешая спускаться с обрыва в лагерь Грозового племени. Снег валил так сильно, что Огнегрив едва разбирал дорогу, однако продолжал идти, не разжимая челюстей, с зажатой между ними мышкой. Рот его давно наполнился слюной, ноздри щекотал запах свежей дичи. Огнегрив ничего не ел со вчерашнего вечера, и собственный голод служил лучшим напоминанием о том, как драгоценна любая добыча в сезон Голых Деревьев. Живот сводило от голода, но Огнегрив продолжал упрямо идти вперед. Воинский устав требовал сначала накормить племя, а уж потом заботиться о себе.
Он снова вспомнил о недавней битве, и ликующая гордость мгновенно согрела его, несмотря на снег, густо облепивший огненно-рыжую шерстку. Всего три дня назад воины Грозового племени помогли племени Ветра отразить нападение двух других лесных племен.
Многие воины были жестоко ранены в том сражении, так что оставшимся в строю охотникам приходилось выбиваться из сил, чтобы прокормить свое племя.
Протискиваясь в папоротниковый туннель, ведущий к лагерю, Огнегрив стряхнул снеговые шапки с колючих стеблей и зябко повел ушами, когда на голову ему обрушились холодные хлопья. Несмотря на то что густые деревья хорошо защищали лагерь от ветра, главная поляна встретила Огнегрива пустотой и одиночеством. В такой снегопад коты предпочитали отсиживаться в тепле. Густой снежный покров укутывал лагерь, скрыв пеньки и присыпав ветви поваленного дерева. Единственная цепочка следов вела от пещеры учеников к ежевичным зарослям, где размещалась детская. Огнегрив невольно вздохнул, вспомнив, что после трагедии с Пепелюшкой он остался без ученика.
Он потрусил по снегу к густому кусту, под которым была пещера воинов, и положил свою мышку в общую кучу – вернее, в сиротливую горстку еды, едва заметную на снегу. В сезон Голых Деревьев дичь была не только редкой, но сплошь худой и костлявой. Жирные мышки появятся лишь когда придет время Юных Листьев, а до этого еще ждать и ждать!
Огнегрив повернулся, чтобы вновь отправиться в лес на охоту, когда громкий оклик заставил его обернуться.
Из-за куста неторопливо выбрался могучий Коготь, глашатай племени.
– Огнегрив! Юный воин молча приблизился к нему и почтительно склонил голову, чувствуя на себе пронзительный взгляд янтарных глаз глашатая. В сердце его вновь всколыхнулись старые подозрения. Могучий Коготь был легендарным воином и пользовался непререкаемым уважением в племени, однако Огнегрив чувствовал, что в глубине его души таится зло. – Можешь больше не охотиться, – рявкнул Коготь, когда Огнегрив приблизился. – Синяя Звезда берет вас с Крутобоком на сегодняшний Совет. Огнегрив взволнованно пошевелил ушами. Отправиться с предводительницей на Совет, где на мирные переговоры собирались представители всех четырех лесных племен, всегда считалось особой честью.
– Пойди поешь, – продолжал глашатай. – Мы выступаем, как только поднимется луна! – И он двинулся через поляну к Высокой Скале, возле которой находилась пещера Синей Звезды – предводительницы Грозового племени. На полпути Коготь вдруг остановился и прошипел, повернув свою огромную голову к Огнегриву: – Интересно, все ли члены Совета помнят, к какому племени ты принадлежишь! Огнегрив вздрогнул как от удара. Вне себя от гнева он вскинул голову и прыгнул навстречу глашатаю.
Почему ты так говоришь со мной? – резко спросил он. – Ты считаешь, я способен изменить своему племени?! Коготь развернулся, и Огнегрив едва удержался, чтобы не отпрянуть. В позе глашатая явно читалась угроза.
– Я видел тебя в прошлой битве, – тихо прорычал Коготь, и Огнегрив невольно прижал уши к голове. – Я заметил, как ты дал убежать Речному воину!
Огнегрив вздрогнул, вспомнив битву в лагере племени Ветра. Коготь говорил правду – Огнегрив действительно отпустил Речного воина и позволил ему бежать без единой царапины. Но он сделал это не из трусости или недостатка преданности своему племени. Он отпустил не просто другого воина – он спас Серебрянку. В тайне от своего племени Крутобок, лучший друг Огнегрива, влюбился в кошку из другого племени, и Огнегрив не посмел поднять на нее лапу.
Он сделал все возможное, пытаясь уговорить друга не встречаться с Серебрянкой. Своей любовью оба нарушали воинский устав и подвергали себя смертельной опасности. Крутобок оказался глух к просьбе друга, однако Огнегрив не мог предать его.
Кроме того, Коготь не имел никакого права обвинять его в измене! Когда Огнегрив не на жизнь, а на смерть сражался с другой кошкой из Речного племени, могучий воин молча наблюдал за поединком, а потом и вовсе отвернулся, вместо того чтобы броситься на помощь! Но даже это было еще не самым страшным его поступком. Огнегрив подозревал Когтя в жестоком убийстве Ярохвоста, прежнего глашатая Грозового племени, а также в неудавшемся покушении на жизнь самой предводительницы!
– Если ты подозреваешь меня в измене, скажи об этом Синей Звезде! – дерзко заявил он.
Коготь оскалил зубы и тихо зарычал, выпуская свои длинные страшные когти.
– С какой стати я буду беспокоить ее ради такой мелочи! Неужели я сам не смогу справиться с каким-то домашним котенком?!
Он пристально посмотрел на Огнегрива, и тот невольно содрогнулся. Что-то похожее на страх промелькнуло в горящих глазах глашатая. «Он хочет узнать, что мне известно», – отчетливо понял Огнегрив.
Он вспомнил Горелого, бывшего ученика Когтя, который стал невольным свидетелем убийства Ярохвоста. Коготь пытался убить его, чтобы заставить замолчать, но Огнегрив помог другу бежать к Ячменю – коту-одиночке, жившему на ферме Двуногих. Огнегрив передал рассказ Горелого Синей Звезде, но предводительница отказалась поверить в то, что ее отважный глашатай способен на хладнокровное злодеяние. Глядя на Когтя, Огнегрив вновь почувствовал как бессильное отчаяние прижимает его к земле, словно тяжелый ствол поваленного дерева.
Не говоря ни слова, Коготь развернулся и пошел прочь. Огнегрив молча проводил его взглядом. Вдруг за спиной его раздался шорох ветвей и из-за куста высунулась голова Крутобока.
– Ты совсем спятил?! – сердито прошипел друг. – Зачем ты затеваешь ссору с Когтем? Хочешь, чтобы он порвал тебя в клочья?
– Никто на свете не смеет упрекать меня в измене! – отрезал Огнегрив. Крутобок нагнул голову и несколько раз энергично прошелся языком по своей пушистой грудке.
– Прости меня, – пробормотал он. – Я знаю, это все из-за меня и Серебрянки…
– Вы здесь ни при чем! – перебил его Огне грив. – Ты прекрасно знаешь, что проблема в Когте, а не в тебе! – Он отряхнул снег с шерстки. – Пошли поедим!
Крутобок выбрался на полянку и подбежал к куче свежатины. Огнегрив подошел следом, вытащил себе полевку и понес ее в пещеру, чтобы поужинать. Из-за снегопада есть приходилось под крышей. Крутобок протиснулся вслед за ним и устроился возле выхода.
Пещера была пуста, если не считать Бурана и других старших воинов, спящих в самом центре. Их теплое дыхание согревало пещеру, а густые ветви куста хорошо защищали от снега.
Огнегрив с удовольствием откусил кусок от своей полевки. Мясо было жестким и жилистым, однако с голодухи оно показалось ему нежнейшим лакомством. Жалко, что еда быстро кончилась, но это было все же лучше, чем ничего. Теперь у него хватит сил добраться до Четырех Деревьев, где проходит Совет.
Когда Крутобок в несколько яростных глотков прикончил свою порцию, друзья улеглись рядышком и принялись вылизывать друг другу холодную шкуру. Тщательно работая языком, Огнегрив жмурился от удовольствия. Как приятно снова быть рядом, особенно после тех долгих дней, когда ему казалось, будто любовь Крутобока к Серебрянке навсегда похоронила их дружбу. Любовь Крутобока и теперь продолжала беспокоить его, однако он был несказанно рад тому, что после битвы в лагере племени Ветра они вновь стали друзьями. Доверие друг к другу было нужно именно сейчас, чтобы выжить в долгие месяцы сезона Голых Деревьев… А самое главное, Огнегрив боялся, что без помощи друга не сумеет защитить себя от растущей враждебности Когтя.
– Интересно, что-то будет сегодня на Совете, – шепнул он в серое ухо друга. – Надеюсь, Сумрачное племя и Речное не скоро забудут преподанный им урок. Не думаю, чтобы кто-то снова захотел прогнать племя Ветра с их территории! Крутобок досадливо дернул плечом.
– Война вспыхнула вовсе не из-за территории! – буркнул он. – С каждым днем добычи становится все меньше, а Речное племя и без того давно голодает. Ты же знаешь, что Двуногие захватили их прежние угодья.
– Знаю, – вздохнул Огнегрив и сочувственно пошевелил ушами, видя, как друг бросается на защиту серебрянкиного племени. – Но выгонять других из собственного лагеря – это тоже не выход. Крутобок кивнул и замолчал. Огнегрив понимал, что творится в душе друга. Прошло всего несколько лун с тех пор, как они с Крутобоком перешли Гремящую Тропу, разыскали племя Ветра и привели его обратно в родные места. Но с тех пор любовь к Серебрянке связала Крутобока с Речным племенем. Что и говорить, в этой ситуации нет и не может быть простых решений. Недостаток пищи и опасность голодной смерти угрожают всем четырем племенам, и так будет до тех пор, пока сезон Голых Деревьев не выпустит лес из своих безжалостных когтей.
Крутобок продолжал вылизывать шерсть Огнегрива, и тот почти задремал, убаюканный теплом, когда громкий треск веток заставил его подскочить. В следующую секунду в пещеру, в сопровождении Долгохвоста и Частокола вошел Коготь. Усевшись в центре, все трое принялись о чем-то тихо переговариваться, время от времени злобно поглядывая на Огнегрива. Сквозь полуопущенные веки тот молча наблюдал за ними, жалея о том, что не может расслышать их разговора. Только теперь Огнегрив ясно понял, что не будет чувствовать себя в безопасности до тех пор, пока племя не узнает о кровавом преступлении Когтя.
– Что это с тобой? – удивился Крутобок, поднимая голову. Огнегрив вытянулся, пытаясь расслабиться.
– Я им не доверяю, – прошептал он, указывая кончиками ушей в сторону глашатая и его приближенных.
– Ничего удивительного, – так же тихо ответил Крутобок. – Если Коготь только пронюхает о Серебрянке… – он невольно содрогнулся и замолчал.
Огнегрив теснее прижался к другу, успокаивая его и в то же время пытаясь уловить хотя бы отрывок из тихого разговора в центре пещеры. В какой-то момент ему показалось, что он ясно расслышал свое имя. Он попробовал придвинуться поближе, но тут же наткнулся на злобный взгляд Долгохвоста.
– Чего уставился, котеночек? – прошипел полосатый котище. – Грозовому племени не нужны коты – изменники, ясно? – с этими словами он вызывающе отвернулся. Огнегрив мгновенно вскочил.
– Кто дал тебе право судить о моей верности?! – грозно крикнул он. Но Долгохвост даже ухом не повел.
– Вот видишь! – яростно прошептал Огнегрив Крутобоку. – Теперь ты убедился, что Коготь нарочно настраивает всех против меня?
– Но что ты можешь сделать? – растерялся Крутобок. Видно было, что он ошарашен наглостью Долгохвоста. – Я хочу еще раз поговорить с Горелым, – решил Огнегрив. – Возможно, он вспомнит еще что-нибудь!
– Но Горелый теперь живет на ферме у Двуногих, – возразил Крутобок. – Тебе придется пробираться через территорию племени Ветра. Кроме того, как ты объяснишь в племени свое отсутствие? Если ты будешь вести себя странно, все лишь сильнее поверят в то, что говорит Коготь! Огнегрив задумался. Он чувствовал, что готов рискнуть. Он никогда не расспрашивал Горелого о подробностях убийства Ярохвоста. В свое время ему было не до этого – тогда надо было срочно спасать Горелого от Когтя.
Теперь же он понимал, что не сможет действовать, пока не узнает точно, что же именно видел Горелый. Последнее время он все больше убеждался в том, что бывший ученик должен знать нечто такое, что докажет виновность Когтя и сделает очевидной исходящую от него опасность.
– Я пойду сегодня ночью! – решил он. – Сразу после Совета. Скажу, что охотился, и притащу что-нибудь поесть.
– Ты рискуешь! – мяукнул Крутобок и быстро лизнул друга в ухо. – Но Коготь угрожает не только тебе. Если ты твердо решил идти, я пойду с тобой.
Снегопад прекратился, и на небе не было ни облачка, когда делегация Грозового племени покинула свой лагерь и устремилась к Четырем Деревьям. Укутанная снегом земля сияла в свете полной луны, сверкающая изморозь покрывала каждую тростинку и каждый камешек на пути.
Порыв ветра взметнул снежную пыль и принес с собой запах множества котов. Огнегрив возбужденно вздрогнул. Земли всех четырех племен соприкасались в священной лощине, и каждое полнолуние все племена заключали перемирие и собирались под четырьмя огромными дубами на Совет.
Огнегрив остановился позади Синей Звезды. Стоя на вершине холма, предводительница молча смотрела в долину, готовясь преодолеть последние несколько шагов, отделявших ее воинов от священной поляны. В центре долины, в сени дубов возвышалась одинокая скала. Ее зазубренный контур четко вырисовывался на фоне снега. Ожидая сигнала предводительницы, Огнегрив смотрел, как приветствуют друг друга коты из разных племен. Он прекрасно видел злобные взгляды, которыми обменивались коты племени Ветра с воинами Речного племени и Сумрачного. Вздыбленная шерсть на загривках и ощеренные зубы яснее всего говорили о том, что никто не забыл недавней битвы, и только перемирие мешает им вновь вцепиться друг в друга.
Огнегрив сразу узнал Звездного Луча. Предводитель племени Ветра устроился подле скалы рядом со своим глашатаем, Колченогим. Неподалеку от них сидели бок о бок Мокроус и Пачкун, целители двух племен – Сумрачного и Речного. Глаза их, устремленные на котов племени Ветра, странно поблескивали в лунном сиянии.
Стоявший возле Огнегрива Крутобок вдруг напрягся всем телом и радостно заурчал, глядя куда-то вниз. Проследив за его взглядом, Огнегрив увидел выходящую из тьмы Серебрянку. Ее красивая серебристая шерстка переливалась в лунном свете.
Огнегрив подавил тяжелый вздох.
– Если собираешься подойти к ней, будь осторожен, – шепнул он другу. – Смотри, чтобы тебя не заметили!
– Не беспокойся, – отмахнулся Крутобок, нетерпеливо переступая лапами, не в силах дождаться встречи со своей подругой.
Огнегрив покосился на Синюю Звезду, ожидая команды спускаться в долину, но, к своему удивлению, увидел приближающегося к предводительнице Бурана.
– Синяя Звезда, – донесся тихий голос прославленного воина. – Что ты решила по поводу Хвостолома? Ты собираешься сообщить Совету, что мы оставили его в своем лагере?
Огнегрив напрягся, ожидая ответа Синей Звезды. Совсем недавно Хвостолом был известен всем четырем племенам под именем Звездолома, предводителя Сумрачного племени. Это был ужасный злодей, убивший собственного отца и похитивший маленьких котят из лагеря Грозового племени. Грозовое племя помогло сумрачным котам изгнать жестокого правителя. Но Звездолом не смирился с поражением. Он набрал шайку бродячих котов и напал на лагерь Грозового племени. Разыгралась битва, в ходе которой Щербатая, целительница Грозового племени, выцарапала бандиту глаза. Так ослепший и беспомощный Звездолом стал пленником. Несмотря на то что его лишили почетного имени и содержали под строгой охраной, Огнегрив прекрасно понимал, что коты остальных племен не одобрят такого снисхождения к поверженному бандиту. Они явно не обрадуются известию о том, что бывший Звездолом выжил, и потребуют, чтобы Грозовое племя убило его или выгнало умирать в лес.
Синяя Звезда отвела взгляд от толпящихся внизу котов.
– Я ничего не стану говорить, – ответила она. – Это не касается других племен. Судьба Хвостолома полностью принадлежит Грозовому племени.
– Храбрые слова! – рявкнул Коготь, стоявший возле предводительницы. – А может, ты просто боишься покрыть себя позором, признавшись в укрывательстве?!
– Грозовому племени нечего стыдиться своего милосердия, – холодно отрезала Синяя Звезда. – Но я не вижу причин искать неприятностей на свою голову, – и прежде чем Коготь успел возразить, она выпрямилась и обернулась к своему племени: – Слушайте меня! – громко объявила Синяя Звезда. – Никто из вас не должен упоминать о нападении бродячих котов и о пленении Хвостолома. Это касается только нашего племени и никого больше!
Дождавшись одобрительных возгласов воинов, предводительница взмахнула хвостом, подавая сигнал присоединиться к собравшимся внизу котам, и первой бросилась через кусты в долину. Следом за ней кинулся Коготь, взрывая огромными лапами пушистый снег.
Огнегрив побежал следом. Выскочив из кустарника на поляну, он увидел, что Коготь замедлил бег и подозрительно смотрит в его сторону.
– Крутобок, – тихо прошептал Огнегрив, не поворачивая головы, – мне кажется, сегодня тебе не стоит приближаться к Серебрянке. Коготь уже что-то…
В следующую секунду он с ужасом понял, что Крутобока уже нет рядом. Обернувшись, он увидел мелькнувший за скалой кончик серого хвоста. Не успело его сердце отсчитать два удара, как он заметил Серебрянку. Обогнув толпу котов Сумрачного племени, кошечка юркнула за скалу вслед за другом.
Огнегрив тяжело вздохнул и быстро взглянул на Когтя, чтобы убедиться, заметил ли тот удалившуюся парочку. К счастью, глашатай уже не смотрел в его сторону, а шел навстречу Одноусу из племени Ветра. Огнегрив с облегчением расправил плечи и опустил вставшую дыбом шерсть.
Беспокойно бегая по поляне, Огнегрив наткнулся на группу старейшин. Тут были Лоскут из Грозового племени и несколько незнакомых стариков, уютно устроившихся под блестящими листьями пышного остролиста. Снег здесь был не так глубок, как на поляне, поэтому Огнегрив улегся рядышком и невольно прислушался к разговору, не спуская глаз со скалы, чтобы не пропустить появления Крутобока.
– Вот на моей памяти бывали сезоны Голых Деревьев и пострашнее нынешних, – говорил старый черный кот с седой мордой. Многочисленные шрамы на его боках хранили память о былых сражениях, а короткая клочкастая шерсть остро пахла племенем Ветра. – И река тогда замерзала куда дольше, чем на три луны!
– Верно говоришь, Каркун, – покивала головой полосатая королева. – И еды бывало даже еще меньше, чем нынче у нашего Речного племени! Огнегрив поначалу даже слегка опешил. Неужели представители двух недавно воевавших племен могут вот так запросто беседовать о прошлом, а не шипеть и не рявкать друг на друга? Но потом он вспомнил, что присутствует при разговоре стариков. За свою долгую жизнь старейшины повидали немало битв и привыкли относиться к ним со спокойной мудростью.
– А посмотри-ка на нынешних молодых воинов! – проскрипел черный кот, неодобрительно покосившись на Огнегрива. – Разве они знают, что такое настоящие трудности?
Огнегрив поглубже зарылся в палую листву под кустом и попытался выглядеть посолиднее. Лоскут, лежавший возле него, дружелюбно махнул ему хвостом.
– Страшен был сезон Голых Деревьев в тот год, когда Синяя Звезда потеряла своих котят, – заговорил старейшина Грозового племени. Огнегрив невольно насторожил уши. Он вспомнил, как однажды старая Рябинка говорила что-то о котятах, которых Синяя Звезда родила как раз перед тем, как стать глашатаем своего племени. Однако он никогда не слышал о том, сколько было котят и когда Синяя Звезда потеряла их.
– А какое в тот год было половодье! – прервал его мысли скрипучий голос Каркуна. – Вода в ущелье поднялась тогда до самых барсучьих нор, вот как!
– Я хорошо помню то время, – поежился Лоскут. – Это было в тот год, когда Грозовое племя не смогло перебраться через реку, чтобы попасть на Совет, – Много котов тогда утонуло, – грустно вздохнула старая королева Речного племени.
– И еда в лесу тоже тонула! – вставил Каркун. – Те коты, что выжили, едва не померли с голоду!
– Слава Звездному племени, нынче все же не так тяжело! – горячо воскликнул Лоскут.
– А нынешний молодняк все одно не справляется! Мы-то в их годы покрепче были, вот что я вам скажу! – проворчал Каркун. Тут уж Огнегрив не выдержал.
– Но мы тоже сильные воины, мы…
– А тебя не спрашивают! – обрушился на него сварливый старик. – Тоже мне, воин выискался! Без году неделя, как из детской вылез! – Но мы… – начал Огнегрив, но тут же смолк, услышав пронзительный крик с Великой Скалы. На поляне воцарилась тишина. Обернувшись, Огнегрив увидел на скале четырех предводителей. Их силуэты четко вырисовывались в серебристом лунном свете. – Цыц! – добродушно шикнул на Огнегрива Лоскут. – Собрание начинается, – пояснил он и тихонько добавил, шевельнув ушами: – Не обращай внимания на старого Каркуна. Дай ему волю, он найдет недостатки и у самого Звездного племени! Огнегрив благодарно лизнул старика в голову, уселся, подобрав лапки, и приготовился слушать.
Первым заговорил Звездный Луч, предводитель племени Ветра. Он кратко рассказал, как его коты чувствуют себя после битвы с речными и сумрачными котами.
– Один из наших старейшин умер, – скупо сообщил он, – но все воины выжили. Они выжили и готовы, если придется, вновь сражаться за свою землю! – сурово добавил он.
Черная Звезда прижал уши к затылку и злобно сощурил глаза, а Метеор угрожающе зарычал.
У Огнегрива шерсть встала дыбом. Если предводители бросятся друг на друга, воинам тоже придется вступить в бой. «Разве такое когда-нибудь случалось на Совете? – с сомнением подумал он. Неужели предводитель Сумрачного племени осмелится дерзко нарушить священное перемирие, рискуя навлечь на себя гнев Звездного племени?!»
Пока Огнегрив с опаской смотрел на шипящих предводителей, вперед выступила Синяя Звезда.
– Это добрая весть, Звездный Луч, – спокойно сказала она. – Всем нам приятно известие о том, что племя Ветра вновь набирает силы!
Она посмотрела на Черную Звезду и Метеора, и ее синие глаза холодно сверкнули. Под ее пристальным взглядом Черная Звезда быстро отвернулся, а Метеор низко опустил голову, спрятав глаза.
Огнегрив прекрасно помнил, что бывший предводитель Сумрачного племени, жестокий Звездолом, однажды изгнал племя Ветра с их земель, чтобы расширить собственные владения. Речное племя воспользовалось этим и начало охотиться в опустевших угодьях. Однако после низложения Звездолома Синей Звезде удалось убедить предводителей в том, что жизнь леса зависит от существования всех четырех племен, поэтому племя Ветра должно вернуться в родные земли. Огнегрив поежился, вспомнив, какое долгое и опасное путешествие предприняли они с Крутобоком для того, чтобы разыскать исчезнувшее племя и вернуть его в родные предгорья.
Подумав о прошлом, он тут же вспомнил о том, что ночью ему предстоит вновь пройти этой дорогой, чтобы разыскать Горелого. Предстоящее путешествие тревожило его. «По крайней мере, племя Ветра дружелюбно настроено к нам, – неуверенно подумал он. – Значит, можно не опасаться нападения во время пути!»
– Коты Грозового племени тоже восстанавливают свои силы, – продолжала Синяя Звезда. – После прошлого Совета двое наших учеников стали воинами. Теперь вы будете знать их под именами Дым и Песчаная Буря.
Слова предводительницы были встречены одобрительными возгласами, но Огнегрив заметил, что кричали в основном представители Грозового племени и племени Ветра. Он покосился на Песчаную Бурю. Палевая кошечка сидела выпрямившись, гордо вздернув подбородок.
Далее Совет протекал уже более миролюбиво. Если на прошлых Советах предводители обвиняли друг друга в охоте на чужих землях, то на этот раз об этом не было сказано ни слова. Теперь было ясно, что разбоем занималась шайка Звездолома, но, видимо, слухи о его нападении на лагерь Грозового племени еще не успели распространиться по лесу. Это означало, что судьба ослепленного Звездолома оставалась в тайне от представителей других племен.
Когда Совет подошел к концу, Огнегрив поискал глазами Крутобока. Если друг собирается вместе с ним идти к Горелому, им обоим надо поторопиться, пока остальные коты не поднялись на холм и не заметили, в каком направлении исчезли двое воинов.
В толпе учеников Сумрачного племени Огнегрив заметил Быстролапа, маленького ученика Долгохвоста. Поймав его взгляд, котик виновато отвел глаза в сторону. В любое другое время Огнегрив встревожился бы и приказал ученику немедленно отправляться к своему учителю, но сейчас его мысли были заняты Крутобоком. Увидев приближающегося друга, он мгновенно забыл о маленьком ученике. Слава Звездному племени, Серебрянки рядом с Крутобоком не было!
Вот ты где! – воскликнул Крутобок. Глаза его сияли.
Огнегрив понял, что друг в восторге от Совета, хотя вряд ли услышал хоть слово, сказанное со скалы.
– Ты готов? – спросил он.
– К чему? Это ты о походе к Горелому? – Да не ори ты! – прошипел Огнегрив, испуганно оглядываясь по сторонам.
– Готов, ясное дело! – чуть понизил голос Крутобок. – Хотя, честно сказать, я не в восторге от предстоящей пробежки. Впрочем, я готов на все, лишь бы Коготь отстал от меня. Слушай, а ты ничего другого не придумал?
– Это наш единственный шанс, – покачал головой Огнегрив.
Долина все еще кишела котами. Казалось, никто не обратил внимания на двух воинов, тихонько подбиравшихся к склону, за которым раскинулись земли племени Ветра. Внезапно кто-то громко окликнул их сзади:
– Погоди, Огнегрив! Ты куда? Это была Песчаная Буря.
Я… – Огнегрив в отчаянии покосился на Крутобока. – Мы… Мы вернемся в лагерь кружным путем! – выпалил он первое, что пришло ему в голову. – Чернохват из племени Ветра только что рассказал нам о местечке, где водится много кроликов. Это как раз на нашей территории, только далековато. Так что жди нас с доброй добычей! – закончил он. Но испугавшись, что Песчаная Буря вызовется идти с ними, быстро добавил: – Если Синяя Звезда спросит о нас, ты тогда расскажи ей, ладно?
– Разумеется! – зевнула Песчаная Буря, показывая острые белые зубки. – Доберусь до дома, свернусь в теплом гнездышке и буду думать о том, как ты носишься за кроликами! Пока! И, взмахнув хвостом, она побежала прочь. Огнегрив вздохнул. Ему совсем не хотелось обманывать Песчаную Бурю.
– Пошли! – буркнул он Крутобоку. – Надо пошевеливаться, пока нас еще кто-нибудь не заметил.
Молодые воины нырнули в кусты и начали медленно карабкаться вверх по склону. Добравшись до вершины, Огнегрив помедлил, желая убедиться, что их никто не преследует. Затем они с Крутобоком перемахнули через гребень и бросились в вересковую пустошь, за которой лежали земли Двуногих.
«Это наш единственный шанс, – думал Огнегрив на бегу. – Я должен узнать всю правду. Я сделаю это не только ради Ярохвоста и Горелого. Долг велит мне спасти свое племя. Когтя нужно остановить… пока он не убил еще кого-нибудь!»