Пожалуй, мне стоит начать с самого начала. Но я не совсем уверена, когда это началось. Вероятно, когда я решила зарегистрироваться на сайте знакомств «Истинная любовь»
Претенциозно? Возможно. Но я надеялась, что мужчина, который выбрал агентство с таким названием, должен быть достаточно зрелым, по крайней мере, пережившим желание приударять только за топ-моделями и задумывающимся об обустройстве жизни. Будучи литературным агентом, я должна была знать, что семантика была столь же мертва, как вера большинства людей в задушевного друга.
Само знакомство началось достаточно хорошо. Мы встретились в баре около моего офиса. Новое место в стиле «Секса в большом городе» должно было сразу же информировать меня. Если не в целом о дьявольском исходе, то, по крайней мере, о его надеждах на вечер. Он не был нацелен на истинную любовь.
Хотя я также не была полностью честна. В своей биографии я указала, что была «в издательском деле». Я узнала, что самый быстрый путь к кипе рукописей от желающих прославиться, это сказать кому угодно, только не близким родственникам, чем я в действительности зарабатывала на жизнь.
Конечно, некоторые люди понимали это, как только они слышали мое имя. До самой смерти моя мать была одним из лучших агентов в этом бизнесе. Я последовала по её стопам в попытке восстановить частичку счастья, которым я наслаждалась, пока она была жива?
Будьте уверены.
Однако мне это не удалось. Я любила читать, но я не любила продавать. К сожалению, хотя моя ученая степень по древним цивилизациям и позволяла бы мне преподавать, но я сомневалась, что преуспею и в этом. Отчасти меня пугали дети.
Без определенных занятий, как в моей работе, так и в моей личной жизни, я решила начать искать того задушевного друга, о котором мечтала. Поистине мне повезло, первый же кандидат даже не имел души.
Я должна была уловить намерения Эрика в момент, когда увидела его фотографию в интернете. Он был парнем «умереть не встать» – очень точное описание, хотя, по правде говоря, в то время он еще не был мертв. Однако что же, спрашивается, будет такой мужчина, как он, хотеть от такой женщины, как я?
Одну и только одну вещь. Как там эта ужасная поговорка, что якобы в темноте все женщины одинаковы?
Я не ведьма, но невысокая и плотного телосложения с длинными черными сильно вьющимися волосами, темными глазами и оливковым цветом лица, доставшимся мне либо от сицилийских предков моего отца, либо от еврейских – моей матери. Выбирайте сами. С именем Мара Наоми Элизабет Морелли я бы никогда не сошла за скандинавскую красотку, даже если была б похожа на неё.
Так или иначе, зовите меня Кит. Все так делают. Я никогда не была в состоянии вынести имя Мара Наоми Элизабет.
Но вернемся к свиданию, если не из ада, то, по крайней мере, из очень близкого к нему места.
Манхэттен.
Богатый, белокурый и красивый Эрик был мечтой каждой простой девчонки. Он не был очень высок, что мне как раз нравилось, поскольку высокие мужчины всегда раздражали меня; его зубы были белыми и ровными, а глаза бездонно голубыми. А еще он был хирургом. Конечно, это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Я так рад, что Вы приехали, – сказал он, и его улыбка согрела в прохладе наступающей весенней ночи.
Эрик провел меня к уединенному столику, придержал мой стул, позволив кончикам своих пальцев пробежаться по моим волосам. Пожалуй, он приблизился слишком близко, прикоснулся своими коленями к моим слишком скоро и интересовался моей работой, моим будущим и мною слишком искренне. Но я была одинока, смущена, несчастна, а здесь был этот шикарный парень, сходящий с ума по мне.
– Так Вы предлагаете отправиться к Вам домой? – шептал Эрик, поглаживая мою руку.
Я помедлила, не зная, как сказать «нет». У меня никогда не было секса в первое же свидание, да, собственно, у меня вообще никогда не было секса. Я могла изящно выражаться, правда, немного саркастично (вина моей матери), но я была застенчива с мужчинами. Мысль об обнажении своего тела перед посторонним... ну, в общем, это не было той мыслью, что занимает меня очень часто.
Несмотря на это, я внезапно осознала, что сегодня – ночь, когда я встретила мужчину, которого ждала всю жизнь.
– Хорошо, – сказала я.
Это слово произнесли мои губы?
Я была воспитана на рассказах моей матери о любви с первого взгляда. Ей хватило одного взгляда на моего итальянско-католического работягу отца, чтобы бросить вызов своей богатой интеллектуальной еврейской семье за право выйти за него замуж.
Они были счастливы до самого дня её смерти. Я была на последнем семестре колледжа, в полном неведении относительно того, что я должна делать со своей дальнейшей жизнью.
Моя мать умерла от аневризмы мозга. Жизнь вдруг оказалась такой недолгой. Ее дело не было завершено, а я не имела никаких определенных занятий. Так я погрузилась в её работу и два года спустя все еще продолжала заниматься ею.
Мой отец так никогда и не оправился от ее смерти. Он скончался этой зимой. Это была такая потеря для меня, я чувствовала пустоту внутри. Это, без сомнения, ускорило мои непредвиденные поиски истинной любви.
Взявшись за руки, мы с Эриком покинули бар и отправились на юг к Челси.
У меня была квартира на Вест 24 Стрит. Моя мать была очень хорошим агентом. За годы замужества она заработала денег втрое больше моего отца электрика. Они вносили деньги на депозиты и никогда не упоминали об этом. Потому, когда папа умер, я была чуть ли не шокирована его счетом в банке, который теперь был моим.
Я потратила деньги на квартиру неподалеку от моего офиса на 5 Авеню. Попытка соответствовать репутации моей матери означала, что я должна была работать напряженнее и дольше всех остальных. Экономия времени на дороге от дома до работы показалась мне лучшим способом инвестировать мое наследство.
Рука Эрика скользнула вокруг моей талии. Вздохнув, я склонила свою голову на его плечо.
– Это так приятно, – прошептала я.
– Это станет еще более приятным, я обещаю.
Его ладонь спускалась все ниже, обхватывая мой округлый зад и немного сжимая его. Его большой палец заскользил по центру вниз, и я вздрогнула.
– Я не могу дождаться, когда проникну в тебя. Ты умрешь от удовольствия, детка.
Детка?
Черт. Я собиралась положить этому конец. Он походил на продавца подержанных машин, пытающегося продать мне автомобиль, которого я не хотела.
Его большой палец снова дразнил меня, и я решила, что позже будет достаточно времени, чтобы обсудить его ласки. Кто бы мог подумать, что большой палец парня мог настолько возбуждать. И, конечно, я не могла припомнить, чтоб когда-то это возбуждение имело место быть.
Эрик, должно быть, думал то же самое, потому что он затащил меня между двумя зданиями и прижал к стене, впиваясь в мои губы, пожалуй, слишком резко. Я ощутила вкус крови, когда мои зубы врезались в мои губы, и задрожала, когда он слизывал кровь.
Я должна была бы рассердиться, почувствовать отвращение, возможно, испуг. Вместо этого я чувствовала... желание. Нечто, чего я никогда не чувствовала прежде. Безусловно, в крошечном уголке своего сознания я понимала, что должна прекратить это, но прямо сейчас у меня не было желания переживать об этом.
Тело Эрика скрыло меня в ночи; он вжимался в меня слишком высоко, чтобы подарить спасение. Мне необходимо было приподняться, обхватить ногами его талию, чтобы получить хоть какое-то облегчение. Я только собиралась сделать это, как вспышка спички заставила меня замереть.
Кто-то еще был в переулке.
Я отстранилась от Эрика. Его губы скользнули по моей щеке и остановились на моей шее. Мой пристальный взгляд устремился мимо его плеча на человека, скрывающегося в темноте. Огонек его сигареты не помог мне увидеть его лицо. Я лишь получила представление о высоте, ширине и темноте.
– Эрик, – прошептала я.
Он продолжал осыпать поцелуями мою грудь, затем погрузился в вырез моего нового черного платья совершенно как грудной ребенок. Мои соски напряглись в предвкушении как раз в тот момент, когда блеск глаз из темноты заставил дрожь волнения прокатиться по моей коже.
Что, чёрт возьми, было не так со мной? Я определенно не была эксгибиционисткой.
– Здесь кто-то есть, – сказал я громче.
– Неважно, – пробормотал Эрик, возясь со штанами. – Я должен получить тебя сейчас или просто исчезну.
Это было уже чересчур. Я могла быть увлечена, возбуждена, безумна, но определенно не настолько, чтобы позволить одному виртуальному незнакомцу трахнуть меня в переулке, пока другой будет наблюдать за этим.
– Нет, – сказала я.
Он проигнорировал меня, задирая мое платье и срывая колготки. Послышался треск нейлона, разорванного его большим пальцем.
Это заставило меня опустить ногу, и теперь его эрекция пульсировала прямо около моего живота.
Я стала отбиваться, начиная немного пугаться, но, тем не менее, я все еще хотела его. И это пугало меня больше чем что-либо еще.
– Ты умрешь счастливой, детка, – бормотал он. – Они всегда так делают.
По плечу Эрика хлопнула рука.
– Она сказала «нет», hibrido. («ублюдок» по-испански, прим.переводчика)
Хотя слова были резки, тембр голоса был мягким, с южным акцентом. Голос, который мог бы преследовать меня всю оставшуюся жизнь.
Эрик слегка сдвинулся, заслонив спиной обзор. Ни рука на его плече, ни нашептываемые предупреждения даже не замедлили его действий.
Соль, однако, сделала это.
Я бы и не поняла, что было брошено в лицо Эрика, если бы часть этого не попала на меня. Гранулы обожгли мои глаза, как дьявольский огонь.
Эрик издал звук, который был наполовину рычанием, наполовину криком, и оттолкнул меня так жестко, что мои лопатки оцарапали кирпичную стену.
Он повернулся кругом, и второй мужчина выстрелил в него.
Прямо в голову.