Глава 1
Габриэль Меррик посмотрел на жухлый лист в ладони и пожелал, чтобы тот загорелся. Этого не произошло. У него была зажигалка в кармане, но, используя ее, он чувствовал обман. Он должен был быть в состоянии поджечь хоть что-то, особенно этот сухой листик. Чертов лист застрял в углу окна прошлой зимой. И был годен лишь на то, чтобы рассыпаться на учебнике по тригонометрии. Он был готов взять зажигалку, чтобы поджечь его, когда раздался глухой стук по стене его спальни.
– Черный, – крикнул он. Никки всегда спал допоздна и всегда стучал в стену, чтобы спросить, во что он был одет. Если он этого не делал, они в конечном итоге одевались одинаково. Габриэль снова посмотрел на лист. Это был просто лист, к тому же сухой. Никакого намека на энергию. За гипсокартонной стеной электричество пело для него. В настольной лампе он чувствовал горение нити накала. Даже слабые потоки солнечного света, которым удалось пробиться через облака, оставили некоторые следы своей стихии. Если энергия была, Габриэль мог говорить с ней, попросить ее подчиниться ему. Если же энергии не было, он не имел ничего.
Дверь спальни распахнулась. Ник стоял в зеленом балахоне и шортах цвета хаки. Девушка-черлидерша как-то спросила Габриэля, правда ли, что иметь близнеца − все равно, что смотреть в зеркало. Он спросил ее, будучи болельщицей, чувствовала ли она себя идиоткой все время, но, по правде говоря, это был хороший вопрос. Он и Ник обладали одинаковыми темными волосами и голубыми глазами, а так же одинаковыми веснушками на скулах. Прямо сейчас Ник оперся на костыль коленного бандажа, привязанного к его левой ноге, что свидетельствует о единственном, что их различало: ранее сломанная нога. Габриэль отвернулся от него.
– Эй. Что делаешь?
Габриэль выкинул лист в мусорную корзину под своим столом.
– Ничего. Ты готов к школе?
– Это что, твой учебник по тригонометрии?
– Да. Просто убедился, что сказал тебе правильные номера заданий.
Габриэль сначала пытался сделать домашнюю работу по математике сам, а затем отдавал ее Нику, чтобы тот сделал все правильно. Математика превратилась в непонятную вещицу где-то в пятом классе. Тогда Габриэль боролся за тройки, пока его брат приносил домой одни пятерки. Но в седьмом классе, когда их родители умерли, он потерпел неудачу. Ник стал прикрывать его и делал это до сих пор. Но это не было большой проблемой. Математика была для Ника как воздух. Он был на втором году обучения, зарабатывая на колледж. Ну а Габриэль застрял в тригонометрии с младшего возраста, и ему это надоело до чертиков. Габриэль захлопнул книгу и засунул ее в рюкзак. Его взгляд снова упал на коленный бандаж. Два дня назад нога близнеца была сломана в трех местах.
– Ты ведь не думаешь, что я буду носить твои вещи весь день, не так ли?
Его голос был резким, далеким от обычного шутливого тона. Ник понял его сразу.
– Нет, если ты собираешься вопить из-за этого. – Он повернулся к лестнице, повышая голос на насмешливый фальцет. – Я герой спортивной школы, но я не могу носить с собой несколько книг.
– Так держать. – Пробормотал Габриэль и закинул рюкзак на плечи, чтобы следовать за братом. – Я столкну тебя с лестницы.
Но он остановился в дверях, слушая хромающего Ника: как он спускался по лестнице, скрип перил, поскольку тот поддерживал свой вес. Габриэль знал, что должен помочь. Он должен был занять место костыля. По-крайней мере, Ник сделал бы так. Но он не мог заставить себя пройти через дверной проем. Сломанная нога была его виной. Слава богу, Ник может тянуть энергию от воздуха, а этой стихии в изобилии. Наверное, к концу недели ему уже и не понадобятся скобы. И тогда Габриэлю не придется смотреть на последствия собственной оплошности.
Он и его братья были рождены для использования силы стихий. Будучи чистыми стихиями, они должны были умереть, как только их сила проявилась. К счастью, их родители заключили сделку с более слабыми Стихиями в городе. Сделка, которая привела их к смерти. Их старший брат, Майкл, смог продлить ее, пока несколько недель назад, Тайлер и Сет, двое других стихийных детей в городе, не напали на Криса. Нападение привело к тому, что начался целый ком событий, которые вынудили приехать в город Проводника, чтобы покончить с братьями Меррик навсегда. Это почти удалось, почти. После возвращения домой с танцев, они были атакованы. Они отбивались единственным способом, который они знали. Но Габриэль подвел Ника с вызовом бури, оказавшейся слишком сильной. Он умолял его близнеца дать больше силы. Падение Ника практически раздробило ему ноги. Если бы Стихиям этого не хватило, ему понадобилась бы операция. В ту ночь, Габриэль не смог помочь ему. Проводник похитил Ника и Криса, схватил их в плен. Бекка и Хантер нашли их. Но Габриэль ничего не смог сделать. Неэффективный из-за контроля над стихией, как всегда. Но теперь они были в безопасности. Ник вел себя как обычно. Жизнь прекрасна. Все вернулось на свои места. Нет смысла жаловаться. Он даже не сказал ни слова о том, что произошло на поле. Габриэль слишком волновался на этот счет, хотя не должен был. Так же, как с математикой, Ник был использован его близнецом неудачно. Габриэль повернул на улицу Бекки Чендлер и посмотрел в зеркало заднего вида на своего младшего брата. Крис жевал ноготь, прислонившись к окну.
– Нервничаешь? – Спросил Габриэль.
Крис отвернулся от окна и посмотрел на него.
– Нет.
Ник повернулся в кресле.
– Открой дверь для нее. Девушки любят это.
– Нет, – сказал Габриэль. – Не действуй первым. Пусть она сделает всю работу за тебя.
– Ради бога, – отрезал Крис. – Она только что рассталась с Хантером, вроде бы, вчера, так что все совсем не так. Хорошо?
Иисусе. Кого-то обработали. Габриэль оглянулся снова.
– Но она позвала тебя прогуляться.
Крис посмотрел в окно.
– Я предложил.
Ник повернул голову, чтобы посмотреть на близнеца.
– Очень нервничает, – прошептал он.
Габриэль улыбнулся и повернул на подъездную дорожку Бекки.
– Очень.
– Почему бы вам обоим не заткнуться?
Бекка ждала на крыльце, обхватив колени руками, одета в шерстяной свитер, ее темные волосы свисали вниз по спине.
– Она выглядит расстроенной, – сказал Ник.
Ее глаза темные и мрачные, плечи поникли. Или, может быть, ей просто было холодно. Габриэль был не из тех, кто выясняет эмоции человека. Ее лицо просияло, когда она увидела их, и бросилась к машине прежде, чем Крис успел выскочить и открыть дверь для нее.
Она остановилась перед ним, румянец смущения проступил на ее щеках.
– Хэй, – сказала она, заправляя волосы за ухо.
– Хэй, – сказал Крис, его голос был мягким и низким.
Так они стояли, просто глядя друг на друга. Габриэль просигналил. Они отпрыгнули друг от друга, и Крис ударил его в плечо, когда он забирался обратно в машину. Бекка пристегнулась.
– Я рада, что вы все здесь.
Ее голос был полон беспокойства. Так что Ник был прав. Крис переместился, чтобы посмотреть на нее.
– Ты в порядке?
Она покачала головой.
– Мой папа только что звонил. Он хочет встретиться со мной. Сегодня вечером.
Никто ничего не говорил целое мгновение, оставив ее слова, плавающими в тишине автомобиля. Ее отец был Проводником, посланным, чтобы убить их всех. Когда они сбежали и ничего не слышали о нем в течение двух дней, все начали думать, что он сбежал, как и тогда, когда Бекке было одиннадцать лет. Крис вздохнул, и его голос был осторожным.
– Ты хочешь встретиться с ним?
Габриэль взглянул на нее в зеркало заднего вида. Она практически вжалась в дверь и смотрела в окно.
– Я хочу, чтобы он убирался отсюда.
Крис все еще наблюдал за ней.
– Он твой отец. – Он сделал паузу. – Ты уверена?
– Он, возможно, сделал вклад в мое воспитание, но этот человек не мой отец.
– Я хочу его видеть, – сказал Габриэль. Его плечи напряглись.
Она заколебалась.
– Стоп. Ты бы... хотел пойти со мной?
– Да. Я у него в долгу.
– Мы, – сказал Ник. В его голосе отчетливо слышалось тепло.
– Он сказал, почему хочет встретиться? – Спросил Крис.
– Он сказал, что хочет помочь нам. Что Проводники пошлют кого-нибудь другого, если он не доложит, что вы были… хм…
– Убиты. – Габриэль включил поворотник в конце дороги.
Она сглотнула.
– Да. Эй, здесь налево. Нам нужно забрать Квин.
Габриэль взглянул на нее еще раз. Он не был большим поклонником лучшей подруги Бекки, поэтому последнее, что он хотел бы сделать, это забрать ее. Особенно, когда осталось так много того, о чем нужно поговорить.
– Кого еще? – Спросил он. – Должен ли я забрать Хантера?
Бекка замолкла и посмотрела на Криса.
– Простите... Я должна была спросить.
– Ничего страшного, – сказал он, и Габриэль почувствовал взгляд своего младшего брата в зеркале заднего вида. – Я уверен, что он сказал это не специально.
Габриэль проигнорировал его.
– Во сколько встреча? Он не сказал, где?
– Аннаполис Молл. Восемь часов. Справа будет остановка. Она находится в конце блока.
– Он хочет встретиться в торговом центре? – Сказал Ник.
– Фуд-корт, – сказала Бекка. – Я сказала ему, что мы должны будем встретиться в общественном месте.
– Отличный ход, – сказал Габриэль. – Все больше людей находится на линии огня.
– Думаешь встретиться там плохая идея? – Спросила Бекка.
Габриэль пожал плечами. На прошлой неделе ее отец не решился подвергать опасности нормальных людей. Но на самом деле, не все ли равно? Они остановились у обочины, Квин распахнула дверь и забралась внутрь. Светлые волосы взлохмачены, а рюкзак едва застегнут. Тетради рассыпались по сиденью, прежде чем она захлопнула дверь.
– Иисусе, поехали, – сказала Квин, откинувшись спинку сиденья. – Боже, я ненавижу свою мать.
Она всегда чертовски преувеличивала. Габриэль отъехал от тротуара, при этом специально ехал как можно медленнее. Ник повернул голову, чтобы посмотреть на нее через плечо.
– Все в порядке?
Квин засунула тетради в сумку и дернула молнию.
– Я застряла в доме с сатаной. Когда твою машину приведут в порядок, Бекс? Я больше не выдержу этого.
Ник по-прежнему смотрел на заднее сиденье.
– Мы можем продолжать подвозить тебя в школу, если хочешь.
Квин перестала возиться со своими вещами и посмотрела на него.
– Правда?
– Да, нам нравится это, – сказал Габриэль, убедившись, что его сарказм не выходит за границы. – Может быть, мы сможет подвозить половину младшего класса.
– Что с тобой? – Спросил Крис.
– Не волнуйся, – сказал Квин. – Я уже знаю, что он осел.
– Я тоже тебя люблю, – сказал Габриэль.
На что Ник усмехнулся.
– Интересно, вы можете хоть иногда не огрызаться друг с другом?
– Да запросто. Когда он молчит, не возникает проблем.
Она пнула заднее сиденье Габриэля снова. Он посмотрел на нее в зеркало заднего вида.
– Тебе что, шесть лет?
– Ах, тебе не нравится? Как насчет этого? – Она облизала палец и сунула ему в ухо.
Он ударил ее руку. Он никогда бы не ударил девушку, но она могла бы быть первой.
Бекка рассмеялась.
– У Квин два брата.
– Я знаю все способы, как раздражать мальчишек, – сказала Квин.
Габриэль фыркнул.
– О, я не сомневаюсь в этом.