Глава 17
Селениэль
Маразм крепчал…
Нет, он не то чтобы крепчал, он совсем окреп в мозгах моих любимых старейшин! И слово «любимых» скоро будет в кавычках, больших таких, которые за лигу видно! Ибо на кой ляд выносить вот такие вот вердикты, а?
Замуж либо в монастырь.
Слышал бы этот бред Ри, давно бы в истерике катался по полу, хлопая своими очаровательными ушками! Про Сайтоса я вообще молчу, тот давно бы ржал, как конь.
– Ниэль уже помолвлена, – усмехнулся Марк, глядя прямо в глаза злому, как тысяча демонов, Тиранэлю. – И в монастырь она не отправится. Это моё решение, Тиранэль, и не вам его оспаривать.
– Помолвлена? – задумчиво прикусил губу Дориэль, стоящий возле окна и вроде бы не обращавший внимания на разборки, которые уже несколько часов подряд проходили в Красной гостиной.
Той самой, с уютными диванчиками и полной звуконепроницаемостью, что было очень кстати: голоса старейшины Эвритамеля повышали уже несколько раз. Уютные диванчики так же, как и кресла, пустовали – все присутствовавшие здесь эльфы предпочитали решать вопросы стоя. Пожалуй, единственный плюс был в том, что силы у меня, благодаря наложенным на комнату плетениям, потихоньку восстанавливались. Никто даже и не подумал о том, что нам с Марком необходимо передохнуть после сражения с драконами, и по прибытии во дворец Оланиэль привёл нас именно сюда, как в самую защищённую во дворце комнату. Выносить сор из избы старейшины не хотели.
– Помолвлена, – спокойно кивнул Марк. – Не далее чем вчера Ниэль приняла предложение от Повелителя эрханов. Дата свадьбы ещё не назначена, но обручальные браслеты уже на ней.
– Что?! – опешил Тиранэль и, подойдя ко мне, схватил за руку и, быстро задрав рукав куртки, явил на свет один из браслетов. – Этого не может быть…
– Может, – ответил мой братик. – Более того, за несколько недель до этого я дал официальное согласие на брак.
– Маркус, но почему?! – шокированно произнёс Тайринэль, устало опускаясь в кресло, возле которого стоял. – Это же эрханы! Мы на протяжении нескольких тысяч лет ведём с ними войну! И теперь так просто, после всех событий, ты отдаёшь их Повелителю свою сестру!..
– Мы не можем этого допустить! – отрезал Тиранэль. – Браслеты придётся снять, а брачный договор аннулировать. Маркус, ты ещё не взошёл на трон, так что только мы вправе решать, кто будет мужем принцессы.
– А ничего, что я вообще-то здесь? – мрачно хмыкнула я и, резко вырвав руку из хватки эльфа, подошла к Марку. – Свою судьбу решу я сама.
– Вам придётся подчиниться законам, принцесса. – Только один из старейшин, Дориэль, всегда был абсолютно спокоен.
У меня даже иногда складывалось впечатление, что он злиться не умеет в принципе. Чем, честно говоря, я в далёком детстве без зазрения совести и пользовалась.
– Законы здесь бессильны, – развёл руками Марк. – Пока лицо королевской семьи не достигло своего совершеннолетия, её судьбу решают её родители или опекуны.
– Вы её родственник, – согласился Тайринэль. – Но именно мы являемся её опекунами. И в наших интересах не допустить этого брака. Наше согласие никогда не будет получено.
– А оно и не нужно, – не удержавшись, хотя Марк настоятельно рекомендовал мне не вмешиваться, фыркнула я, разгадав наконец-то значение странных слов Киртана, сказанных им в таверне. – Было дано моё согласие, согласие Марка и моего дяди, князя Эренриха, как старшего родственника и опекуна. Этого достаточно, чтобы помолвку, проведённую на глазах у нескольких свидетелей, обладающих нужными титулами, признали действительной. Иначе бы браслеты на моих руках не защёлкнулись. Слишком поздно, уважаемые старейшины. Я помолвлена с демоном.
Ой, какие злые лица… Меня сейчас не убьют, нет?
Впрочем, мне более интересно, специально ли Марк и Шайтанар это всё устроили, или же помолвка со всеми её важными составляющими действительно получилась спонтанно? Если второй вариант, то удача наконец повернулась ко мне нужным местом, а не тем, которым стояла некий продолжительный отрезок времени!
– Свадьбы не будет! – рявкнул Тиранэль так, что у меня уши чуть не заложило.
Я, конечно, чуть не шарахнулась от неожиданности, но почему-то страха перед этим разгневанным эльфом, как раньше, уже не испытывала.
Напугал ёжика задним карманом брюк, ага! Я час назад с чёрными драконами в небе в догонялки играла, а те погромче рычат! Ещё и пламенем плюются. Кстати, о «птичках»… Надо бы принять ванну, а то запах в гостиной стоит такой очаровательный, будто пару свинок подпалили! А чего вы хотели, собственно? Волосы мне опять несколько укоротили, да и Марку тоже. Кстати, о чём там мой братик любезный сейчас вещает?
– Даже если этот брак является залогом мира между эрханами и лунными эльфами? – вкрадчиво спросил Марк, оставаясь при этом абсолютно спокойным.
Что это он сейчас сказал?! Всё, я в шоке. Глубочайшем и окончательном.
Вот, значит, чего это Марк так легко согласился на свадьбу… Впрочем, узнав это, я теперь вдвойне согласна выйти замуж за этого нахального демона с собственническими замашками! Вот так вот взять и перечеркнуть всё, что воротил предыдущий Повелитель, разрушить всё, что он выстраивал веками, примирить две вечно враждующие расы… и всё это ради того, чтобы быть со мной? Да, Шай действительно не мелочится.
И если он действительно на всё это решился, то куда уж деваться всем моим сомнениям? Правильно, к волкодлакам под хвост! И хотя каково это, быть супругой демона, я себе даже в самых больных фантазиях не представляю, паниковать буду перед самой свадьбой, а времени перед этим знаменательным событием более чем достаточно. И это ещё мягко сказано!
– Даже в этом случае, – сквозь зубы процедил Тиранэль, вокруг которого начала ощутимо сгущаться магия. Похоже, что эльф был не просто в ярости, а уже на грани. – Мирный договор нам не нужен.
– К сожалению, это решать уже не вам, – покачал головой Марк, взяв меня за руку. – Договор уже мною подписан, и помолвка состоялась. Пора признать своё поражение, Тиранэль. Ты многое сделал для нашей семьи, и я ценю это. Но пришла пора мне взять власть над королевством в свои руки.
– Это невозможно, ваше высочество, – заметил Тайринэль, который тоже был весьма зол, но не настолько, как старший из старейшин. – Пока вы не найдёте супругу, ваша подпись на документах не имеет силы без нашего на то согласия.
– Кстати, об этом, – мягко усмехнулся мой братик, хотя на самом деле он был очень-таки горд собой, в то время пока я, копаясь в его мыслях, не наткнулась на нужную и тихо окосела от будущих событий. – Я уже достиг своего совершеннолетия и готов взойти на престол. Насчёт самого главного закона прошу не беспокоиться – супругу я уже себе выбрал. Ниэль, сколько понадобится времени на подготовку к церемонии?
– Неделя плюс-минус пара дней, – машинально ответила я, чувствуя, что моя чувствительная пятка пребывает в тихом обмороке. Мой… братик… женится? Где и что умерло, даже не спросив на это разрешения?!
– А вы уверены, ваше высочество, что Совет одобрит предложенную вами кандидатуру на роль Владычицы лунных эльфов? – спокойно, но не без доли ехидства осведомился Дориэль.
Хех, сейчас ему будет не до сарказма!
– Естественно, – не подумав, брякнула я. – Как на роль будущей Владычицы не может подойти ваша собственная дочь, Дориэль?
Та-дам! Немая сцена в исполнении трёх почтенных эльфов, каждому из которых лет побольше, чем мне, Ри, Марку и близнецам, вместе взятым! Думаю, после этого вечера, а если точнее, глубокой ночи, седины в их волосах значительно прибавится.
– Керианэль… – с большим трудом выдавил из себя несчастный Дориэль, которого эта новость, похоже, просто ошарашила.
Не его одного, кстати.
– Несколько недель назад ответила мне согласием, – закончил за него Маркус, пока я тихо млела от удовольствия.
Таки уря! Моя подруга детства и мой братик после стольких лет недомолвок и тщательно скрываемых чувств наконец-то будут вместе! Можно я попрыгаю от радости, а?
«Рано, Ниэль!» – Мой любимый братик отвесил мне лёгкий ментальный подзатыльник, чтобы не расслаблялась раньше времени. Это было не больно и даже не обидно, скорее наоборот, напомнило наше с ним далёкое детство, вызвав ещё большую улыбку на моей физиономии. Пришлось мгновенно шифроваться и делать, что называется, морду тяпкой.
– Мы не можем допустить этого брака! – М-да, Тиранэля, похоже, понесло. Он даже не пытался скрывать свою ярость, сжав кулаки так, что костяшки пальцев побелели. – Ни одного, ни второго!
– Неужели моя дочь настолько плоха? – мгновенно вспыхнул Дориэль, и, если судить по его гневно суженным карим глазам, я скоро увижу, что же это за зверёк такой – злой Дориэль.
Так, ещё ссоры между старейшинами нам не хватало для полного счастья!
Хотя я прекрасно понимаю его. Керианэль – его единственное дитя и всё, что у него осталось. Мать Кери умерла при родах сына, а мальчик, младший брат моей подруги детства, прожил всего несколько дней после рождения. Кери тогда и двадцати лет не было, но она всё прекрасно помнит и, наверное, с тех самых пор стала молчаливой. И именно смерть её матери и брата повлияла на то, что они с Марком сблизились. Мой братик всё время её поддерживал, и в итоге получилось то, что получилось. Хоть Кери и воспитывалась лишь отцом, в строгости, как и положено в семьях старейшин, она всё равно осталась милой и доброй… В отличие от Латриэля. Два отпрыска старейшин, и столь большая разница.
– Дориэль, кроме вашей дочери я не желаю никого видеть в качестве своей супруги, – улыбнулся Маркус, мгновенно разбив напряжение. – Только с ней я готов провести остаток своих дней. И как дочь старейшины, я уверен, она станет прекрасной Владычицей.
После этой фразы младший из старейшин не мог не улыбнуться. Ещё бы, не каждый день будущий Владыка признается в любви, пускай и настолько завуалированно, твоему собственному чаду! Удивительно, но даже Тайринэль не сдержал чувств и, подойдя к Дориэлю, положил тому руку на плечо. Похоже, что этих двоих вся ситуация в целом действительно устраивала, хоть они и делали вид, что весьма нами недовольны.
– С вашего позволения, – я повернулась в Тиранэлю, который разве что зубами не скрежетал, но уже был на полпути к этому, – завтра же я отправлюсь в Изумрудный замок вместе с небольшим отрядом сопровождения, чтобы начать подготовку к церемонии. Керианэль я беру с собой так же, как и вашу достопочтимую супругу. Когда всё будет готово, я сообщу.
Мои слова проигнорировали… Только так на меня взглянули, что захотелось сразу же заныкаться куда-нибудь в дальний угол и прикинуться раскидистым фикусом, дело которого стоять, листочками трясти и никого не трогать. Впрочем, это чувство всплыло скорее по привычке, да и то на каких-то пару секунд. Ибо тот, кто лично знаком с Шайтанаром, уже не боится никого и ничего!
– Так и поступим, – посмотрев на Тиранэля, произнёс Марк. – Остался лишь один нерешённый вопрос.
– И имя ему: Остиэль тер Ник. – С моего лица мигом слетела улыбка при воспоминании о хамелеоне.
Ведь, насколько я знаю, он сейчас находится в темнице, и, честное эльфийское, делать ему там абсолютно нефиг! Хорошо хоть Ри мы оставили в Эллидаре, в противном случае, думаю, его постигла бы такая же участь.
– Он будет казнён, – отмахнулся от меня Тиранэль, подходя к окну. – И это не обсуждается. Вы и так слишком многое взяли на себя. Как бы вам с этим справиться?
– Это угроза, Тиранэль? – вроде бы мягко спросил Марк, но у меня аж холодок скользнул по спине.
Хотя это я заметила как-то краем сознания.
– Что. Значит. Казнён? – чеканя слова, спросила я, пытаясь взять себя в руки.
Нет, Ости я им не отдам… Подавитесь, господа хорошие!
– Я не ясно выразился, принцесса? – ехидно осведомился Тиранэль, не поворачиваясь ко мне, и если честно, то своими интонациями он мне жутко напомнил Летрака.
А эту скотину я, несмотря ни на что, всё равно не перевариваю!
– Вполне, – зло проговорила я. – Но я этого не допущу, уважаемый старейшина. Остиэль тер Ник не будет казнён!
– Он нарушил закон, и не один, – заметил Тайринэль. – Это нельзя оставлять безнаказанным, принцесса. Каковы бы ни были его заслуги, но мы не можем так просто его отпустить.
– А придётся! – Каюсь, теперь уже меня понесло. – Делайте со мной что хотите, но Остиэль останется цел и невредим!
– Раз так, – резко повернулся Тиранэль, от чего края его ритуальной хламиды взметнулись, как крылья, – то отмените помолвку, принцесса Селениэль. И тогда тер Ник будет свободен.
– Что?! – Моя челюсть шумно поздоровалась с полом.
Ничего себе поворотик событий!!
Сказать, что слова старейшины меня ошарашили, значит сказать… да ни упыря не сказать!
То есть как отменить помолвку? Отказаться от надежды на наше с Шайтанаром счастье, раньше призрачное, а теперь вполне реальное, подтверждением которому являются вот эти браслетики? Да маму же вашу за ногу да восемь раз об угол стенки, да простят меня Хранители и матушка Тиранэля за такие выражения!
Он что, вконец оборзел, простите за мой эльфийский?!
«Ниэль!!» – Крик в ушах раздался одновременно и от Таша, и от Марка.
С трудом разогнав красную пелену перед глазами, я удивлённо посмотрела на братика, который стоял уже почему-то напротив меня, крепко сжимая мои плечи. А за ним почему-то прятались все трое старейшин. Э-э-э… это чего они?
«На руки свои посмотри», – как-то тоскливо произнёс Марк, неодобрительно при этом качая головой. Я сделала то, что он попросил, и еле сдержалась, чтобы нервно не икнуть. Не, я всё понимаю, но когти-то мне сейчас зачем? Тем более сырая стихия смерти, поднимающаяся зелёным пламенем от кистей рук до плеч?!
Хм, теперь понятно, почему голос братика столь тосклив, а старейшины действительно испугались, причём практически до нервного тика. Стихия смерти явно не их амплуа… Они её всегда боялись и ненавидели, и всегда будут продолжать это делать. Марк хотя её и не любит, но более или менее может переносить, правда, особо приятных ощущений она ему не доставляет.
Ой… а каким образом я умудрилась ковёр на полу спалить?! Не полностью, всего лишь диаметром шагов в пять вокруг меня, но всё же. Так, надо заканчивать злиться, а то рано или поздно ни к чему хорошему это не приведёт. Хотя… это можно выгодно использовать!
– На Остиэле висит долг жизни, – усмехнулась я, погасив некромантский огонь. – И только мне решать его судьбу. Это моё последнее слово, Тиранэль. Не стоит мне мешать или запрещать, будет только хуже. Вы слишком многое на себя взяли, пора освободить вас от этого бремени. Вы были и останетесь Советом старейшин, но власть отныне и навсегда принадлежит лишь лицам королевской династии. И, опережая ваши следующие слова и гневные реплики… не стоит забывать, кем являюсь я и кем является мой брат. Перед лицом Хранителей вы никто. Приятной ночи.
Я неспешно покинула гостиную. Ни стража, ни Оланиэль, стоящие за дверьми в коридоре, не посмели меня остановить, только расступились с почтительными поклонами. Видимо, слишком уж явно властность и сила были написаны на моём лице. М-дя, докатилась… Нет, а что оставалось делать в такой ситуации? Я люблю старейшин, всех без исключения, и безумно их уважаю, но они действительно зашли слишком далеко. Власть в королевстве им не принадлежит, а они уже слишком долго ведут себя как полноправные хозяева. Эта власть, несмотря даже на обстоятельства, принадлежит даже не мне – она принадлежит моему брату. Маркус был рождён, чтобы править, и пора ему уже занять своё место на троне. Он будет великим и мудрым правителем. И что меня больше всего радует – не будет распоряжаться жизнями своих подданных в политических играх. Да, так поступают все правители в любых государствах испокон веков, но кто сказал, что лунные эльфы не отличаются от остальных?
«Вот это слова и действия настоящей принцессы Селениэль!»
«Таш, это сейчас прозвучало как оскорбление, а не комплимент! Ты же знаешь, что я свой титул не перевариваю», – мысленно хихикнула я, сохраняя, впрочем, непроницаемое выражение лица. Что оказалось весьма кстати – кто-то слишком наглый схватил меня за руку, когда я ещё даже свернуть из коридора не успела.
Хех, и кому там его слишком длинные конечности обломать, а? Нет, даже поворачиваться не буду, и так знаю, что остановить меня решил Латриэль. Я его по запаху всегда легко чую, тут даже к пятке обращаться не надо. Некогда приятный и с детства знакомый запах ежевики и горного ручья теперь внушал только раздражение. Грустно, конечно… Я иногда просто не понимаю, что случилось со всеми людьми (нелюдями то бишь), что окружали меня с детства. Как можно ТАК измениться? Или это я просто выросла? Выбираю второй вариант, хоть мне он не очень-то и нравится!
– Вам что-то нужно, советник? – ледяным голосом осведомилась я, не пытаясь даже сбросить его руку и повернуться.
– Ниэль, зачем ты так? – Голос эльфа звучал как-то тускло, я бы сказала, даже безжизненно.
Но что самое смешное (хотя подло хихикать и не очень хочется), мне было его не жалко. Больно, обидно, если вспомнить его поведение, но не жалко.
– А как? – Маску безразличия сохранить на моей физиономии не удалось, но я хотя бы удержалась, чтобы не повернуться к нему. – Для тебя те, кто мне дорог, являются лишь «сиюминутным интересом». Тогда кто я для тебя, Латриэль? Игрушка в политических интригах, как и для твоего отца?
– Ниэль…
– Что? – перебила я его, почувствовав, как ослабла хватка на моём запястье чуть повыше браслета. – Думаешь, я не знаю о соглашении с драконами, которое подписали старейшины? Которое разорвали после моей смерти, но подписали вновь после моего воскрешения? И что на этом пергаменте, кроме прочих, стоит и твоя подпись, младший советник кронпринца… Хотя нет, на тот момент ты уже вновь стал старшим, и более того, единственным советником Марка. Я одного не могу понять, Латриэль… когда ты стал таким? Когда в твою голову закрались мысли, что друзьями детства можно торговать на благо королевства? Ринь погибла за меня, а ты согласился меня продать. Остиэль, рискуя своей жизнью, прикрывал меня в этой поездке, а ты? Что сделал ты, Латриэль? Мы выросли все вместе, но ты стал не тем эльфом, на которого можно положиться. Я даже видеть тебя не хочу.
Резко стряхнув его руку, я направилась по коридору, стараясь держать голову прямо, но идти пришлось практически вслепую – ничего не было видно из-за застилавших глаза слёз. Да, плачу потихоньку, сама в шоке! Нет, ну а что делать? Больно, когда друзья тебя предают… Друзья, с которыми ты знаком с малых лет и знаешь их как саму себя, – больнее вдвойне.
«Ниэль…»
«Не надо, Марк. Я, наверное, когда-нибудь его прощу. Но я просто не могу понять, почему он так со мной поступает. И на эту тему я больше пока не хочу говорить. А сейчас я иду к Остиэлю… Да, конечно, я тебя тоже люблю».
Марк только расхохотался в ответ. Слыша в своей голове мелодичный смех брата, я невольно улыбнулась, а слёзы высохли сами собой. Это мой братик, и он меня не бросит и не предаст, что бы ни случилось. И не он один. Есть ещё те, кто мне всегда поможет.
Например, Ости, который уже упырь знает сколько сидит в камере! Хрдыр, а я тут ещё и нюни распускаю!
Да-а-а… Ночной патруль, который совершал очередной обход перед рассветом, был в некотором шоке, увидев мчащуюся по коридорам принцессу, наряд которой разительно отличался от тех, в которых щеголяют придворные дамы. Да ещё и был весь в каких-то странных бурых пятнах, и запах палёного тоже ситуацию прояснить не торопился.
Чуть не снеся двух стражников у входа в подземелье, где располагалась тюрьма (которой редко пользовались), я влетела в прохладные довольно запутанные коридоры с массивными деревянными дверьми, расположенными в хаотическом порядке. Хотя я и поплутала, найти камеру, где держали Ости, не составило труда – только возле этой двери, в самом конце одного из коридоров, стояла стража. Остальные камеры пустовали.
– Свободны, – махнула я рукой молчаливым эльфам. Они даже не шелохнулись. – Я сказала, дверь открыть и свободны!
– Прошу прощения, принцесса, – поклонившись, ответил один из стражей, обладатель чёрных как смоль волос, собранных в низкий хвост. – Этого пленника разрешено навещать только с особого разрешения старейшин. Приносим свои извинения.
– Я сказала вон, – зло сощурилась я, взмахом руки открывая замок на двери.
Ну да, у меня же всё не как у людей, мне и ключи не нужны! Стражу это, если честно, не впечатлило. Более того, эльфы даже бровью не повели, а лишь только склонили головы повторно, и другой, тот, что с достаточно короткими (всего по плечи) каштановыми волосами, произнёс:
– Приносим свои извинения, принцесса Селениэль. Но это действительно невозможно.
Вот скажите мне, а если я сейчас их прибью по тихой грусти и спрячу их красивые, но хладные тела где-нибудь в соседней камере, Оланиэль сильно ругаться будет, нет?
Хотя… прибить воинов из внутренней охраны замка у меня так просто не получится. Это вам не Сайтоса по комнате гонять! Но в конце-то концов, если подумать, я однажды Летраку подпортила репутацию, а он как-никак один из лучших Клинков смерти Империи дроу! Так-с, значит, будем пытаться…
«Ниэль!» – обречённо застонали в голос Марк и Таш. А я что? А я ничего, я так, мимо проходила! И знаю я, что мой обожаемый братик уже отправил сюда Оланиэля со специальным приказом, но ждать мне его банально лень! Там же в камере не абы кто, а Ости сидит! Да и обвести вокруг пальца собственную стражу – что может быть прекраснее для юного непоседливого эльфа в моём лице?
– Это я прошу прощения, – шутливо поклонилась я, от чего бедных эльфов чуть не перекосило. Впрочем, дикое выражение лица (как будто им лягушек в портки напихали, честное слово!) у обоих стражей очень быстро сменилось на вполне умиротворённое, а тихое сопение немного нарушило гробовую тишину, царящую в подземельях. – Право слово: как конфетку у ребёнка…
Я вполголоса ругнулась, стряхивая с правой ладони остатки нити сонного заклятия древнеэльфийской магии. И вот этих сплюшек ушастеньких поставили охранять Остиэля? Да я не удивлюсь, если он уже сделал ноги из этого далеко не привлекательного места!
Нет, ну вот так я и подумала!
Камера пустовала. В правом дальнем углу лежала куча старого сена, на утоптанном земляном полу с трудом можно было различить кое-какие отпечатки, но на дверном замке полностью отсутствовали следы взлома. И это при том, что ни окон в каменных стенах, ни крошечного оконца с решёткой на тяжёлой дубовой двери не было! Хамелеончик словно растворился… Вот же зараза разноцветная! Я, значит, со старейшинами ругаюсь, бегаю по дворцу, как торигог в период случки, а он уже нежится где-то в уютном уголке! Причём в каком именно уголке – тоже ещё не известно!
Нет, всё, хватит на сегодня приключений… Пойду-ка я спать!
Едва удержавшись от того, чтобы плюнуть прямо на пол, я щелчком пальцев разбудила стражей (а то ведь Оланиэль за такой промах, как сон вместо охраны государственного преступника, и казнить, чего доброго, может) и, сердито пыхтя, отправилась в свои покои, чуть не столкнувшись на выходе из темницы с вышеупомянутым эльфом. Каким-то чудом мне удалось шмыгнуть в тайный ход, и спустя пару минут, отчаянно матерясь и снимая с волос паутину (ходы почистить бы не мешало, это факт!), я уже была около двери своей комнаты.
Сил, если честно, хватило только на то, чтобы отправить новую служанку куда подальше, отмыть волосы от всякой гадости, отмыться самой, напялить на себя первую попавшуюся под руку рубашку и брякнуться мешком с картошкой на кровать. Засыпать, не долетая до подушки, как оказалось, не только возможно, но и вполне реально, приятно и даже немного привычно…
Вот если бы ещё и просыпаться можно было по своей воле, полностью выспавшись и лет так через несколько! А не потому, что кое-кому вдруг срочно захотелось выяснить свои отношения с утра пораньше! Так хотелось послать этих спорщиков в Даркову пустошь, но увы, предметом спора, как это ни странно, была моя скромненькая и ни упыря не выспавшаяся персона. Пришлось открыть глаза и приподняться, дабы осмотреть спальню на наличие этих любителей выяснять отношения спозаранку, да ещё и в непосредственной близости от моей спящей тушки.
– Да чтоб вас Шайтанар по утрам будил! – вслух выругалась я, откидываясь обратно на подушки.
Нет, ну и как это назвать, а? В моей комнате никого не было! Вообще никого, если не считать, конечно, Кэсси, который мирно дрых, устроившись на моих ногах поверх одеяла и свернувшись в уютный пушистый клубок. Всегда поражалась характеру моего эрингуса – где хочет, там и гуляет, появляясь исключительно в тех случаях, когда лучше бы не появлялся! В смысле, когда мне необходимо оставаться тихой и незаметной, это маленькое нечто прискочет и всё испортит. А когда он мне нужен – ищи его везде, где только можно, а в особенности там, где вообще ну вот никак нельзя!
Кстати, спорщиками на поверку оказались мой любимый братик и Латриэль тер Сент собственной персоной. И спорили они не где-нибудь, а в противоположном крыле замка! Рыжеволосый эльф настолько достал моего спокойного, как ассоматийский питон в период спячки, брата, что тот просто забыл заблокироваться! Хоть Маркус раньше склерозом не страдал, его забывчивость простительна: у него слишком много других забот.
«Маркус, я не понимаю тебя! Ты отдаёшь свою сестру не кому-нибудь, а Повелителю эрханов! О его жестокости и мстительности ходят легенды, как и о его отце!»
Примерно так возмущался Латриэль, что я прекрасно слышала, ушами Марка, разумеется, который, слава Хранителям и их сегодняшнему хорошему настроению, маленького шпиона, меня то бишь, до сих пор не заметил. Так что я продолжала нагло подслушивать, да и подглядывать заодно, хотя ничем интересным они всё равно не занимались – всего лишь разминались перед очередной тренировкой.
«Именно своего отца Шайтанар и убил только потому, что он угрожал жизни Ниэль. И не только его. Этот демон не остановится ни перед чем, чтобы заполучить её, и иногда я даже начинаю сочувствовать тем, кто осмелится поднять на неё руку. Только Шайтанару я могу доверить Селениэль, зная, что рядом с ним она будет в безопасности! Он скорее сам погибнет, чем позволит ей пострадать».
Ну да, кто бы спорил. Хм, а если я сама себя обижу, что будет, а? Он меня убьёт медленно и мучительно или же… так, это что за бурные фантазии в моей голове?! «Таш, не надо так ржать, Марк услышит!»
«О чём ты, Маркус?! Ты сам, вместе с ним, позволил ей пойти сражаться с чёрными драконами! Чем ты думал в тот момент?» – Рыжеволосый эльф был в ярости, хотя упорно пытался это скрыть.
«Она пошла бы туда в любом случае, тебе ли не знать характер Ниэль? У нас был выбор – либо сопровождать её и следить, чтобы с ней ничего не случилось, либо запретить туда идти, а потом отвечать за последствия. Латриэль, я понимаю твоё отношение к Шайтанару, и даже я не считаю его… кхм, неплохим, но не могу не признать, что только он сможет и защитить Ниэль и по возможности сдержать её нрав».
Ну да, это-то он точно сможет, как никто другой… Против лома, как известно, нет приёма, кроме как другого лома. Эта человеческая поговорка нам с Шаем как нельзя лучше подходит!
«А ты подумал о том, что будет дальше? Они не люди, они бессмертные создания! Что будет, когда Ниэль ему наскучит? Ведь речь идёт не о чём-то, а брачном союзе! Ниэль выступает залогом мирных отношений Эвритамеля и Эштара, и она обязана будет всегда делать вид, что всё хорошо! Ты понимаешь, на что её толкаешь?» – Все, Латриэля начало потихоньку заносить.
«А с чего ты взял, Лат, что ему станет на неё наплевать?» – как-то зло спросил Марк, но, если честно, такие его интонации могли уловить только те, кто очень хорошо его знал. И Лат не был исключением, но, несмотря на это, продолжал гнуть своё.
«Да потому, что это эрхан! Неужели ты действительно думаешь, что Ниэль для него много значит? Он получит что хочет, и на этом всё закончится. Ты хочешь, чтобы твоей сестре какой-то демон разбил сердце?!»
«А то, что Шайтанар признал в ней Равную, тебе ни о чём не говорит? Всё, Латриэль, хватит! Эту тему я не хочу больше обсуждать. Да и Ниэль для себя всё уже давно решила. А ты знаешь, что переубедить её невозможно. Ты только усугубляешь ваши отношения: она ждёт от тебя понимания, а ты не хочешь принять простую истину. Только с Шайтанаром она будет счастлива».
Ох, кто бы только знал, как я с этим согласна! В смысле согласна с тем, что жду от этого эльфа поддержки, а не ежедневного напоминания о том, какой же Шайтанар бяка. Я и сама это прекрасно осознаю! Хотя нет, он похуже будет! Но… к его далеко не лёгкому характеру я как-то уже привыкла, и Шай действительно тот, на кого я могу положиться.
И вообще, может, кому-то уже хватит обсуждать мою личную жизнь? У этого «кого-то» у самого свадьба на носу, а он сплетничает со своим советником! Эх, а ещё говорят, что все девушки по природе своей жуткие сплетницы. Да ни упыря подобного, честно вам говорю!
«Уж кто бы говорил, Ниэль! Кто-то собирался разобраться с проблемами Остиэля, помочь мне со свадьбой, а сам до сих пор валяется в постели и подслушивает чужие разговоры! Не знаешь, кто эта наглая и противная эльфийка?»
Ох, ё…
«Марк, ну зачем нужно было это говорить вслух, а?» – обречённо застонала я, спрятав лицо под одеялом. Мой любимый братец, не отошедший до сих пор от спора с Латриэлем, высказался чересчур громко, к огромному изумлению Лата, который был уверен, что я до сих пор сплю…
Маркус торопливо заблокировал связь, а я, невольно покраснев, скатилась с кровати:
– М-дя… как-то неудобненько получилось!
Повалявшись пару минут на пушистом ковре, уткнувшись в него лбом и пытаясь заткнуть совершенно некстати проснувшуюся совесть, я неожиданно вспомнила ещё один факт, от которого моя противная и вышеупомянутая совесть пришла в дичайший восторг и принялась грызть меня с двойным усердием. И имя этому «помощнику» столь редко меня посещаемого чувства – Остиэль тер Ник. Где Хранители носят этого хамелеона?
Поднявшись с пола, я оглядела спальню.
Ни фига. Кэсс есть, а Ости нету. Где мне теперь его искать, а? Мне же нужно ещё сегодня отправиться в Изумрудный замок, чтобы подготовить всё к свадьбе Маркуса и Кери!
О, это Рикс сидит на подоконнике или я ещё до конца не проснулась?!
– Рикс! – Я метнулась к окну, на подоконнике которого действительно сидел мой ворон. – Птичка моя любимая, как же я по тебе соскучилась!
Ворон ответил хриплым карканьем, выпустив из клюва свою ношу – огромную чёрную розу на коротком стебле. Крупные, удивительно гладкие и бархатистые лепестки, одуряюще приятный, но ненавязчивый, как у обычных роз, аромат и тёмно-зелёный стебель с острыми шипами… Откуда такая прелесть? И где-то я уже подобное видела!
Положив розу на подоконник, я окутала Рикса сырой стихией смерти и, пока птичка с довольным видом нежилась в зелёных лучах магии, живо стянула с себя рубашку.
Ну, так и есть! Татуировка на моём предплечье, сделанная руками одного гениального полуэльфа, практически полностью совпадала с розой, что я теперь держала в руках!
«Та-а-аш… Ты ничего мне не хочешь объяснить, а?»
«Хелли, честное слово, это не я прислал!» – живо принялся оправдываться маг, чей голос звучал несколько виновато.
«Ну, если вспомнить, кому теперь принадлежит моя вредная птичка, то я уже поняла, откуда сей скромный подарок! Меня больше интересует, что это за роза! Ты ведь не так просто нанёс на мою руку это изображение? И не говори, что это не так, всё равно не поверю! Ты ничего не делаешь, предварительно не пораскинув мозгами!» – возмутилась я, поглаживая пальцами лепестки и чувствуя, как губы против воли расплываются в улыбке.
«Это сайтаншесская роза, Хелли. Редчайшее в нашем мире растение, уникальное по своим свойствам. Сок её стебля – сильнейший яд, сравнимый только с ядом ассоматийского питона. Уколешься шипом этого цветка – за пару минут сгниёшь заживо, и противоядия от него нет. А если выжать сок из лепестков, получишь универсальное лекарство, которое усиливает действие любых лечебных отваров в несколько раз, да и само по себе является прекрасным средством для улучшения регенерации», – пустился маг в долгие объяснения.
Меня несколько перекосило после этой лекции. Ничего себе Шай мне подарочек придумал! Он что, уже жениться на мне расхотел? Так можно же было просто об этом сказать, а не пытаться избавиться от меня столь извращёнными способами! Учитывая моё везение, я не просто шипами уколюсь, я как минимум сяду на неё моей «счастливой» пятой точкой!
«Хелли, успокойся! Этот цветок теряет большинство своих свойств, когда его срезают с куста! Он ядовит и полезен одновременно, только пока растёт! Но если его срезать, что очень сложно, он становится просто красивой розой, не лишённой, правда, некоторых своих свойств, которые не проявляются во время роста и цветения. Её аромат – это лёгкое успокоительное, позволяющее легко взять себя в руки при сильных нервных расстройствах, а с наступлением ночи заснуть с гарантированным отсутствием ночных кошмаров. Из её стеблей делают средства для кожи, весьма разнообразные и очень дорогие, а из лепестков – десерты, которые редко кто умеет готовить. Думаю, ты пробовала такой в Динтанаре. Простолюдинам такое недоступно», – торопливо продолжил полуэльф свою лекцию, и я несколько успокоилась.
«Век живи – век учись, да? Кхм, Таш, а почему для татуировки ты выбрал именно сайтаншесскую розу?» – полюбопытствовала я, вдыхая нежный аромат цветка и одновременно поглаживая Рикса по гладким перьям на шее.
«Она двойственна, так же как и ты. Красива, но опасна. Полезна, но вредна. Нужна многим, но не каждому под силу обладать. Правда, такие слова больше подошли бы Шайтанару. Думаю, у него были те же мысли, когда он решил отправить тебе подарок. Но мне кажется, что он хотел сказать этим что-то ещё. Но что, я не знаю. Его мысли сложно угадать».
«Это мягко сказано, Таш! Этот демон та ещё головоломка! Наглый, упрямый, самовлюблённый, эгоистичный, жестокий и…» – совершенно искренне возмутилась я.
«И ты его любишь!» – мягко усмехнулся полуэльф. Похоже, он всё-таки смирился с тем, что от этого эрхана мне никуда не деться. И таки это меня несказанно радует!
«А то!» – мгновенно согласилась я и дала себе зарок больше не пялиться в своё отражение в такие вот моменты. А то выражение лица такое идиотское, что об стену шмякнуться хочется, чтобы этого больше не видеть, а мне своя черепушка ещё нужна! И желательно в целости и сохранности. Правда, не факт, что так и будет, но будем надеяться на лучшее.
– Принцесса Селениэль? – неожиданно раздался голос за дверью, ведущей в гостиную. – Ваше высочество, вы проснулись?
Э-э-э… а это ещё кто? Неужели кто-то сподобился прислать мне новую служанку? Спасибо, мне такого счастья не надо! Я привыкла, что обо мне заботилась Ринь, и видеть на её месте я никого не хочу! Во всяком случае – пока. Уж слишком живы в моей памяти воспоминания о немного странной, но милой эльфийке.
– Да… – только открыла я рот, чтобы ответить, но мне его тут же проворно закрыла чья-то мужская ладонь.
Одновременно меня спиной прижали к чьему-то мужскому телу, а чьи-то губы легко коснулись уха.
– Тихо, маленькая, не кричи, это я. Отправь служанку куда-нибудь подальше. Нам нужно поговорить.
Вот га-а-а-ад… Я из-за него вчера по подземельям бегала и не нашла, а тут на тебе! Остиэль подкрался незаметно, блин!
– Можете быть свободны. Ваша помощь мне сегодня не понадобится, – громко и спокойно ответила я, как только ладонь от моих губ убралась.
– Да, ваше высочество, – послышался голос за дверью, а спустя пару минут – звук закрывающейся в гостиной двери. Выждав для верности ещё немного и убедившись, что из гостиной не доносится ни звука, я резко повернулась к эльфу, сбрасывая его руки с моих плеч: – Ости, зараза! Ты куда пропал вчера?! Я же сказала, что приду за тобой, а ты сделал ноги из камеры! В тебе хоть периодически совесть просыпается, нет?
– Маленькая, ну не сердись, – примиряюще улыбнулся эльф, мельком взглянув вниз, но тут же задрал голову, преувеличенно внимательно рассматривая потолок. – И оденься хоть, что ли? Я всё-таки мужчина…
– Пакость ты ходячая, а не мужчина! – буркнула я и без малейшего смущения подняла с полу рубашку и натянула её на себя. – Тоже мне, смутился он!
– Раньше ты не позволяла себе ходить при посторонних в одном нижнем белье, – хмыкнул эльф, опуская голову, но всё равно стараясь не смотреть на мои ноги. – Я понимаю, что многое изменилось, хотя и раньше ты особо стеснительностью не страдала. Но теперь ты помолвлена, маленькая. Так что хоть иногда думай, что творишь, договорились?
– Я бы подумала, если бы знала, что ты в комнате! – возмутилась я, оглядывая с ног до головы хамелеона, на котором не было и следа от недавних приключений.
Он даже умудрился где-то чистую одежду раздобыть! Нет, его таланты меня иногда просто вводят в транс.
– Не забудь это сказать своему демону, прежде чем он кинется меня убивать, – чуть скривился Ости. – И на заметку: в твоей комнате я провёл всю ночь.
– И где же ты был? – удивилась я. – В шкафу, что ли?
– А я похож на твоего любовника, маленькая? – расхохотался Ости, поглаживая Кэсси, который забрался к нему на плечо, приняв вид пушистого маленького хамелеончика.
Так, теперь мне понятно, как я умудрилась проглядеть Остиэля в собственной комнате, а если точнее, так вообще в собственной кровати! Кому рассказать, не поверят! Хотя нет, о таком рассказывать ну вот никому не рекомендуется… а то ещё потом и свидетелей убирать придётся!
– Как я на Латриэля, – фыркнула я и, чуть подавшись вперёд, дотронулась кончиками пальцев до щеки Ости. – Ты в порядке?
– В полном. – Схватив мои пальцы, эльф на мгновение прижался к ним губами. – И ты, надеюсь, тоже?
– Что-то вроде того, – кисло улыбнулась я. – Ринь не хватает.
– Мне тоже, маленькая, – вздохнул эльф и, притянув меня к себе, крепко обнял. – Только не вини себя. Просто так вышло: никто же не знал, чем всё это закончится. Она знала, что тебя там нет, но всё равно продолжала делать вид, что всё в порядке. Она сама этого хотела, понимаешь?
– Вряд ли она сама хотела погибнуть, – шмыгнула я носом.
– Ниэль, ты поняла, что я имел в виду, – покачал головой Ости. – Ты же знаешь, ей там будет намного лучше, чем здесь.
– Ринь мало кто любил из-за её характера, – согласилась я. – Но всё равно…
– Нет, не всё равно, – перебил меня друг, опуская руки и смотря куда-то в пол. – Ты не представляешь, каково это – жить в том месте, где тебя ненавидят и боятся практически все, и лишь за то, что ты несколько отличаешься от других. И при этом у тебя нет возможности покинуть это место.
– Ости… – шокированно произнесла я, глядя на сжатые кулаки эльфа.
Он имел в виду сейчас не только Ринь. Он говорил и про себя. Я не раз замечала, что Остиэль пытался незаметно опекать Ринь, особенно в детстве, он всегда следил, чтобы её никто не обижал. Да и потом тоже, я всегда знала, что эльфийка была под надёжной охраной хамелеона. Нет, Ости не любил её в самом непосредственном смысле этого слова, он вообще никого и никогда не любил, но к Ринь всё же относился по-особенному, видимо почувствовав в ней родственную душу. А ведь я никогда не задумывалась, каково им было жить всё это время…
– Не надо, маленькая, – грустно усмехнулся Ости. – Я не жалею о своей жизни, и тебе не стоит. Я прошу лишь об одном: я хочу уйти отсюда. Эвритамель никогда не был моим домом и никогда им не станет, как бы ты ни старалась.
– Тогда почему ты не ушёл раньше? – удивилась я. – Тебя же удержать невозможно, мне ли этого не знать?
– Я связан долгом, помнишь? – выразительно выгнул бровь эльф. – В твоих руках моя жизнь, и только ты можешь избавить меня от долга.
– Ости, ты мне ничего не должен! – искренне возмутилась я, стукнув ладонью по лбу этого умника. – И я бы никогда не стала тебя удерживать, совсем с ума спрыгнул?! Какой долг, ты о чём?!
– Маленькая, ты спасла мне жизнь вообще-то, – согнутым пальцем постучал Ости мне по голове. – Девичья твоя память, Ниэль! И тому свидетелями стали не только старейшины, если ты не помнишь.
– Хорошо, не будем вдаваться в этот маразм, – тряхнула я головой и, приманив с прикроватного столика гребень, забралась на подоконник. – Что мне нужно сделать, чтобы ты обрёл свободу?
– А вот этого я не знаю, – развёл руками Остиэль. – Нужно что-то такое, что освободит меня от долга раз и навсегда. Но рисковать твоей жизнью, чтобы её же потом спасти, я тебе не позволю, учти сразу!
– Да меня вообще-то стабильно раз в месяц пытаются если не угрохать, так ещё чего-нибудь сделать такое же малоприятное, – почесала я затылок. – Так что всё, что тебе нужно, это просто вытащить моё немощное туловище из очередной передряги – и вуаля! Ты свободен.
– Ниэль, пока ты в Эвритамеле или пока рядом с тобой твой эрхан, мне делать нечего, – усмехнулся Ости, опираясь руками на подоконник рядом со мной. – И это слишком рискованно.
– Тогда я не знаю, – мгновенно расстроилась я, поглаживая Рикса, вместо того чтобы прочесать свою шевелюру, как и собиралась.
– Скажи, маленькая, – прищурился эльф, рассматривая раскинувшуюся за окном Ассоматийскую долину, – может, у тебя есть какая-нибудь сложновыполнимая задача? Кроме поиска артефакта, конечно, к драконам ты должна отправиться сама. Нужно убить кого-нибудь, например…
– Ага, Эрратиана! – фыркнула я. – И не просто убить, а медленно и мучительно! Хотя, пожалуй, за всё, что мне этот кровосос сделал, я лучше оставлю его Шайтанару, тогда вампирчику лучше самому будет отравиться. А в остальном… Ости, я, кажется, знаю, что тебе нужно сделать, чтобы избавиться от долга!
– И что же это? – лениво повернул ко мне голову Остиэль, хотя мне кажется, он уже догадался, о чём я его попрошу.
Я давно уже хотела его об этом попросить, если честно, но всё как-то времени не хватало, да и решиться на это было не так просто. Всё же это задание для самоубийц, и это ещё мягко сказано! Но… кроме Ости, этого больше никто не сможет сделать, и я не исключение.
– Я хочу, чтобы ты нашёл и освободил Кристиана, Ости, – всё же решилась я сказать. – Только ты сможешь это сделать. Доставь его сюда, и твой долг будет уплачен. Решать тебе.