Глава 1
"На людях в кругу своих товарищей, незнакомцев, вы должны сохранять приличия, вы не можете делать сотни вещей; но внутри вас, громадная свобода"
Ральф Уолдо Эмерсон
Дни рождения – это не мое.
Трудно радоваться в этот день так как это годовщина смерти матери.
Не то чтобы я винила себя за это.
Никто ведь не мог знать что она не переживет роды.
И дело не в том, что я скучаю по ней.
То есть, я же никогда ее не знала.
Но это единственный день в году, когда я буду вынуждена задавать себе вопрос, а стоило ли это того? Стоила ли моя жизнь того, чтобы забрать ее жизнь?
 Отклоняясь, я смотрела из окна автобуса.
Стэф не умолкая болтала, что-то об идеальном платье, полностью увлеченная тем, что она говорила.
Она была непреклонна, когда дело касалось науки о шопинге.
Я чувствовала, что она смотрит на меня, разочаровавшись в уровне моего настроения.
Здания мелькали в раме запачканного стекла, и я не могла не желать, чтобы мой завтрашний семнадцатый день рождения проскользнул таким же туманным пятном.
– Виолет Эдем! – сурово сказала Стэф, высасывая меня из транса.
– У нас есть кредитка твоего отца, зеленый свет и никакого лимита.
Ее притворный упрек превратился в недоверчивую улыбку.
– Что еще может только пожелать девушка на день рождения?
 Формально, это была моя кредитка.
Мое имя, моя подпись.
Просто она была привязана к счету отца.
Побочный эффект того, что я единственный человек в доме, кого действительно беспокоит сплачивание счетов.
Я знала, что Стэф не поймет, если я скажу ей, что я не в настроении, поэтому я солгала.
– Я не могу сегодня пойти по магазинам.
Я.. мм.. у меня тренировка.
Она подняла на меня брови
На мгновение я подумала, что она подловит меня на моем фальшивом алиби.
Но после она перевела тему, которую как мне казалось мы часто обсуждали последнее время.
– С Линкольном?
 Я пожала плечами, стараясь не показывать на сколько простое упоминание его имени заставляет меня нервничать.
Несмотря на то, что часть про тренировки не была правдой, в мои планы входило увидеть его позже, и я уже держалась изо всех сил, чтобы не осуществить обратный отсчет.
Стеф закатила глаза.
– Честно говоря, на днях я собираюсь рассказать ему то, что ты предпочитаешь проделать с ним все жаркие и горячие штучки различными путями, – она бросила мне свою стервозную улыбку – ту, что она приберегала для других людей.
Я расслабилась и дала ей высказаться.
Так было проще.
Стэф этого не поняла, и я не могла ее винить – я никогда не говорила ей все причины, по которым тренировки были так важны для меня.
О некоторых вещах сложно говорить
– Ты же понимаешь, что ты превращаешься в этих помешанных на спорте, не так ли? И не прикидывайся, что все они тебе действительно нравятся.
Я знаю что ты ненавидишь длинные дистанции.
Стэф не могла понять, как вместо похода по магазинам кто-то охотнее пойдет на скалолазание или бокс.
– Я получаю удовольствие от тренировок с ним, – сказала я, надеясь поставить точку в нашем разговоре, несмотря на то ее заявление о беге было полностью необоснованным.
Если бы мне не приходилось постоянно пялиться на зад Линкольна, было бы намного труднее мотивировать себя.
Я занялась осмотром своего рюкзака, который был набит теми книгами, которые нас заставляли забирать домой в последний день семестра.
Стэф, казалось, не могла угомониться.
– Он будто тренирует тебя для битвы или еще чего.
– Ее глаза вспыхнули.
– Может у него есть какой-нибудь подпольный бойцовский клуб и он приводит тебя в надлежащий вид!
 – Хватит, Стэф.
Безусловно.
Я не хотела говорить об этом.
Я не хотела признавать желания быть ежеминутно с Линкольном.
Похоже, что что-то глубоко внутри меня находило утешение в его присутствии.
Сокрушая только лучших из них, Ви!
 Жаль, что это безнадежный случай.
Так было еще с того момента когда я с ним познакомилась два года назад.
Он появился позже, когда я уже записалась на уроки самообороны.
Он встал со мной в пару, что, как я думала будет еще одной незаурядной попыткой с моей стороны подтянуть форму и набраться сил.
Я так и не понимала, зачем Линкольн взял на себя класс.
Он явно знал больше чем инструктор, проводя упражнения с такой легкостью, что давал понять что зон в высшей Лиге.
После первой пары недель, когда я наконец смогла вытянуть из себя больше чем два слова, находясь с ним, я спросила, почему же он был тут.
Он пожал плечами, говоря, что повторение всегда приветствуется.
За три месяца обучения, я научилась у него больше чем у других преподавателей, и он предложил давать мне уроки кик-боксинга.
Теперь я получаю лучшее с двух сторон.
Я становлюсь сильнее с каждым днем, наш список тренировок расширился и теперь я еще занимаюсь скалолазаньем, бегом а так же стрельбой из лука, и конечно же я получаю много общения с Линкольном.
Это почти... идеально.
– Я так понимаю, это означает что мы пойдем за покупками завтро.
Стэф надула губы, но не могла сдержаться.
Она не умела долго злиться.
Но к сожалению она была права.
Я знала, что мой отец дал ей конкретные инструкции, в связи с моим отсутсвием индивидуальности и его отсутствием понимания дела, чтобы быть уверенным в том, что я куплю себе новое платье для завтрашней вечеринки в честь дня рождения.
Часы тикали – поход по магазинам был неизбежен.
– Не могу дождаться, – сказала я, сверкнув ей хорошо отрепетированной фальшивой улыбкой из праздничного набора.
Прозвенел звонок, поскольку группа детей начала нажимать на кнопку остановки.
Когда автобус замедлил движение, Стэф встала с наших мест – третий ряд c конца.
Она была уверена, что сзади сидели только люди с амбициями, спереди – ботаны, а готы/чудаки за ними.
Поэтому оставалось около трех рядов на которых могли сидеть мы, которые, очевидно, помещали нас в секцию не-старающихся-но-и-тех-кто-просто-не-может-не-быть-крутым.
Ирония была в том, если судить чисто по академическим достижениям, что Стэф была самым большим ботаном, которого я знала.
Конечно, она никогда не афишировала тот факт, что она была кем-то вроде находящимся на грани гением.
Она обхватила рукой металлический поручень около двери, надела любимую пару солнечных очков от D&G и послала мне воздушный поцелуй.
Я засмеялась.
К счастью для меня, Стэф была не просто гламурной девчонкой.
Несмотря на все дизайнерские комплекты, в которых она щеголяла, она выглядела, на удивление, гармонично.
Тот факт, что она была из действительно обеспеченной семьи и обычно носила что-то, что могло стоить больше чем весь мой гардероб, не влиял на нашу дружбу.
Меня не сильно волновали материальные блага и ее не сильно волновало то, что меня не волновало.
– Сделаешь мне одолжение? – сказала она, выходя из двери, игнорируя затор из детей, набившихся позади нее.
– Пока ты пускаешь слюни на мистера фантастика, убедись в том, что ударишь его в живот несколько раз за то, что он отнимает все твое свободное время и лишает меня моей лучшей подруги.
– Определенно, – сказала я, возвращая ей воздушный поцелуй и игнорируя укол вины, который чувствовала из-за того, что врала своей лучшей подруге.