Уважаемые читатели! Скачать книгу для ознакомления в электроном виде вы можете бесплатно у нас с сайта и купить в бумажном виде в интернет-магазинах Озон, и Read.ru Приятного прочтения!
Дарья Гущина - Хроники Павшего воина - #1 Слово павшего
Сидела, никого не трогала, починяла примус, в смысле готовилась к экзамену… как позже выяснилось, не к тому, который мне предстояло сдавать. Я тихо зубрила литературоведение, когда меня нагло выдернули из родного мира, затащили к черту на кулички, заставили изображать из себя спасителя и сдавать экзамен на выживание в неком волшебном мире. Забавно, правда? Вам, но не мне… И если бы не прорезавшаяся способность к магии Слова, если бы не проснувшаяся память о прошлой жизни в этом мире, – ой, плохо бы мне пришлось! Впрочем, мне и так плохо пришлось, я же не воин и не маг, я же – филолог! И какой из меня может быть спаситель? Правильно, никакой. Но на роль приманки для врагов народа я с горем пополам сгодилась, а заодно и узнала о себе много интересного и неожиданного.
Издательство: Альфа-книга Формат: FB2
ПРОЛОГ
Ночь. Полнолуние. Мрачное кладбище. Насмерть перепуганная женщина встречает мужика в сером плаще и спрашивает: – Простите, не могли бы вы меня проводить?.. – Пожалуйста, – отвечает тот. – А вы чего-то боитесь? – Мертвецов… – А чего нас бояться? Анекдот Сгинь! Сгинь! Пропади, нечистая сила! Из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию»
Мать моя женщина, это что же у меня такое под кроватью-то творится! Это же… просто ужас какой-то! Громко чихнув и больно стукнувшись головой об услужливо подвернувшуюся деревяшку, я мрачно уставилась на гору пыли. Ну некогда мне убираться, некогда! У меня сессия в самом разгаре, а допуска до нее пока нет! А учить столько… И читать! Мама-а-а, роди меня обратно… Разве ж тут до уборки! Впрочем, когда у меня вообще до нее руки доходили… Я еще раз нерешительно оглядела мирные скопления домашней пыли, что вперемешку с паутиной, фантиками от конфет и какими-то бумажками безнаказанно захламляли мою жилплощадь. Кабы не закатившаяся под кровать единственная ручка – в жизни бы сюда не полезла. Интересно, кстати, а ручка-то где? Поминутно чихая, я принялась осторожно ворошить мусор. Все, на каникулах займусь капитальной уборкой хаты, пока она действительно не превратилась в самую настоящую помойку. Ручка отыскалась в самом дальнем и грязном углу. Брезгливо сдув с нее пыль, я осторожно попятилась, намереваясь выбраться из-под кровати, когда краем глаза заметила среди конфетных фантиков подозрительное шевеление. Меня как ветром сдуло! – Мама!.. – Я с визгом отскочила от злополучного места и испуганно прижалась спиной к шкафу. Этого мне еще не хватало! Тараканы!!! Хотя их-то хоть тапкой прибить можно, а если мышь?! А у меня на всю живность – аллергия, и никакие кошки не помогут!.. И к тому же… Мрачную тишину разорвал телефонный звонок, отвлекая меня от невеселых мыслей. Я с недоверием покосилась на кровать, но все-таки взяла трубку. – Алло? Звонила Ритка. Как обычно дражайшая однокурсница жаждала поделиться со мной сведениями, добытыми на консультации, которую я самым бессовестным образом прогуляла. Нет, ну скажите, кому охота в наши сибирские минус тридцать пять градусов тащиться в страшную даль, к черту на кулички, да еще и с двумя пересадками, дабы прослушать скучные рассуждения о том, как плохо всем нам будет на предстоящем экзамене? Мне вот – лень, например. Я лучше посижу дома, в тепле, правда, весьма относительном, и попытаюсь вдолбить в свою голову хоть что-нибудь из теории литературы. – Короче, туго нам придется, – замогильным голосом вещала меж тем подруга. – Особенно тебе. – А мне-то почему? – встрепенулась я. – А сама не догадываешься? – ехидно спросила Ритка. – На семинары надо было ходить! И на лекции. Хотя бы для того, чтобы препод тебя в лицо знал! Я кисло улыбнулась и пробурчала что-то невразумительное. – Ладно, у меня запасные «шпоры» есть, – сжалилась она надо мной. – У нашей отличницы Лапшиной выклянчила. Не горюй, не пропадем! – Рит, что бы я без тебя делала, – с чувством поблагодарила я. – Да ладно тебе, – отмахнулась подруга. – Свои люди – сочтемся! Ты, главное, не перепутай, как в прошлый раз, аудитории и не ломись со своей литературой к физикам! Я снова погрустнела. Н-да… На прошлой сессии надо мной гоготал весь университет. Я только-только перевелась из прежнего вуза в этот, свою группу толком в лицо не знала, преподавателей – тем более. И, изучая расписание экзаменов, проглядела подписанную к номеру аудитории крохотную буковку «а». И пошла сдавать зарубежную литературу… к физикам. Преподаватель, естественно, тоже меня не узнал, а потому сказал: сиди, мол, я тебя буду по всему материалу гонять. Я и сидела… Просекла ситуацию только тогда, когда на меня градом посыпались вопросы по электричеству и полупроводникам. И еще экзаменатор попался такой, знаете, очень живенький: не ждал, пока я соберусь с мыслями и объясню ему, что просто аудитории перепутала, а сыпал и сыпал вопросами… В итоге я молча сунула ему под нос зачетку и указала на наименование моей специальности. Он, увидев слово «филология», опешил от изумления, а остальные присутствующие от смеха тихо сползли под парты… Ну а мой экзамен к тому времени успел благополучно закончиться. – Ладно, не буду тебя отвлекать, Касси, – прощебетала Ритка. – До встречи на экзамене! – Угу. – Я уныло повесила телефонную трубку. Касси (иначе – Кася, Кась, Ася и иже с ними) – это я, очень приятно, будем знакомы. Родители – филологи в пятом поколении, малость сдвинутые на античной литературе, обозвали меня при рождении Кассандрой. Ненавижу это имя!.. Это же надо было додуматься – назвать так свое единственное дитя, ребенка прогрессивного двадцать первого века (хм, ну тогда еще – двадцатого, но не суть важно)!.. А над моим полным именем-отчеством неприлично хихикали и старые, и новые знакомые. Нет, ну как вам нравится – Кассандра Персеевна! Над папой в детстве тоже пошутили – обозвали Персеем. От прозвища Персик он так и не отделался, как и я – от Кассы. После разговора с подругой настроение испортилось окончательно. Побродив по комнате, я угрюмо посмотрела на книги, которые огромными кучами громоздились на столе, на стуле, в кресле, на полу и даже на кровати. Что поделаешь, если я слишком ленива и читать их в течение семестра не хочу. Зато в преддверии экзаменов эта радость буквоедов стекалась в мою небольшую квартирку изо всех подручных библиотек, обреталась там достаточно долго и возвращалась назад лишь после уплаты солидного штрафа. И читать это удовольствие сейчас, когда и без того на душе погано… Ну не откладывать же на завтра то, что можно отложить на послезавтра… И я решительно удалилась на кухню, заварила кофе, закурила и уткнулась носом в какой-то журнал. Хуже, чем есть, все равно уже не будет. Журнал оказался настолько нудным, что я, как-то совершенно незаметно для себя умудрилась задремать и проснулась лишь тогда, когда горячий пепел упал мне на руку. Ойкнув и выругавшись, я открыла глаза… и снова их закрыла. – Да что же это такое, ёлы-палы… Я медленно сосчитала до двадцати и осторожно приоткрыла один глаз. Настырное видение исчезать и не думало! Представьте себе, товарищи, на моем кухонном столе сидела ящерица! Небольшая такая, симпатичная и зеленая ящерица! Но, спрашивается, откуда у нас в Сибири зимой может взяться подобное земноводное?! Откуда?! Вот и я не знаю! А она действительно там сидела!.. Это так же верно, как и то, что пепел минуту назад обжег мою руку! Сидит, мерзость, и щурит на меня нахальные желтые глаза! Как будто так и надо! И я не придумала ничего лучше, чем швырнуть в нее журналом: – Сгинь, нечисть!.. Пошла вон, кому сказала!.. Ящерка, поднырнув под журналом и проворно перебирая крошечными лапками, пересекла стол и свалилась ко мне на колени. Я, громко завизжав, подскочила, как ошпаренная. – Поди прочь, черт!.. Куда там! Наглая тварь уцепилась за меня и быстро вскарабкалась по джинсам и свитеру на мое плечо. Я же, не переставая верещать, металась по кухне, роняя на пол все предметы, которые оказывались на пути. Думаете, помогло? Ошибаетесь! Пока я трясла головой как припадочная, эта мразь пробралась мне под свитер, и буквально через мгновение я с содроганием ощутила маленькие лапки на своей коже. – Мама!!! – завизжала я, в панике хлопая по свитеру руками. Разумеется, я постоянно промахивалась. Юркое существо виляло из стороны в сторону, пока не подобралось к моей шее, где на секунду замерло. Но когда я уже изготовилась одним движением прибить проклятую тварь, почувствовала слабый укус, похожий на комариный. И, не выдержав такого удара судьбы, от избытка чувств хлопнулась в обморок прямо посреди кухни.
ГЛАВА 1 – Все ясно – белая горячка. – Да, белый, белый, совсем горячий! Из кинофильма «Кавказская пленница» Мне снился странный сон, хотя, возможно, это последствия сильного ушиба головы. Что ни говори, а об пол я стукнулась знатно и даже, по-моему, угол стола успела зацепить… И вот на больную-то голову мне и приглючился следующий кошмар. Одиноко и беспризорно я болталась в каком-то пустом, мрачном пространстве, а вокруг меня в медленном вальсе кружились семь разноцветных шаров неизвестного происхождения. Шарики величиной казались с мою многострадальную голову и постоянно вспыхивали, пульсировали и искрили. После некоторого раздумья один из шариков приблизился ко мне, и из его таинственных синих глубин на меня сурово глянули чьи-то до предела выпученные черные зенки. Я испуганно шарахнулась в сторону, наткнулась на другой шар, обзавелась легким ожогом и, вконец сорвав голос, испуганно съежилась на прежнем месте. А из синего шара раздался громовой голос: – Что это за создание?! По моей руке прошуршали знакомые лапки, и из-под свитера вынырнула печально знакомая ящерка. Вскарабкавшись ко мне на плечо, земноводное опустило очи долу. Послышался тихий свистящий и виноватый голос: – Больше мне никого обнаружить не удалос-сь. Прос-стите меня, владыка… – А как же спаситель, которого мы вместе выбирали? – не унимался шарик, медленно увеличиваясь, видимо, от ярости. – Он с-скончалс-ся от с-сердечного прис-ступа, едва меня увидел, – бодро отрапортовала ящерка. – А девушка оказалас-сь неподалеку… – И ты решила прихватить ее с собой на всякий , случай? – Казалось, будь у шара руки, он бы всенепременно схватился за голову. Хвостатая посланница вновь опустила глаза: – Я не могла позволить с-себе вернутьс-ся с-с пус-стыми руками… – Отлично, – вступил в разговор красный шар. – И вместо ожидаемого спасителя – мы подбросим несчастным людям это… нечто? Обидное замечание возмутило меня до глубины души. – Ну знаете ли! – рассердилась я. – Подбирайте выражения, граждане, не с половой тряпкой разговариваете! – Молчи, создание! – гневно воззрился на меня синий шар, по поверхности которого пробежали молнии. – И не подумаю! – заявила я. – Да кто вы такие, чтобы мне рот затыкать?! Шары переглянулись. – Проучить нахалку, – вынес предложение зеленый. Из недр красного выскочила искра и прилично шибанула меня током. Больно, зараза! А во сне такого не бывает! Ведь не бывает же?.. Ощутимо заныла недавно подпаленная спина. Так, значит?.. – Да чтоб вам пусто было! – выругалась я и удивленно выпучила глаза: в таинственных глубинах шаров начала медленно зарождаться черная пустота, а сами шары заметались, загомонили, завертелись вокруг меня волчком. И лапки ящерицы больно впились в мое плечо. – С-сними с-свое проклятие, человек, – прошипела она мне на ухо. – С-сними, пока не поздно! – Как? – резонно вопросила я. Действительно, а как? Я всегда отличалась одной специфической способностью, что в простонародье называли «накаркать беду». Стоило мне лишь предречь очередное несчастье, как оно немедленно сбывалось. Самый характерный случай произошел в университете, когда наглые одногруппники запихнули меня на экзамен первой. Естественно, списать я ничего не успела и с грохотом провалилась. Ну а потом ехидно пожелала народу того же. И что вы думаете? Вся группа в полном составе благополучно завалила экзамен! Хотя, возможно, дело-то было вовсе не в моих словах, а в подготовке… Однако после этого меня начали остерегаться, и если я говорила, что хочу пойти на свидание с преподавателем последней – никто со мной в спор не вступал. Но вот как сейчас повернуть вспять сказанное? Слово ведь не воробей – нагадит, так нагадит… А-а-а, ладно, сами виноваты! Нечего меня задирать! Пусть теперь как хотят, так и выкручиваются! Вокруг меня раздалось хоровое бормотание. Шары что-то тихо наколдовывали, призывали кого-то таинственного и добились-таки своего. Пустота неохотно сменилась нужным цветом, а синий шар, откашлявшись, снова накинулся на ящерицу: – Ты хоть знаешь, кого к нам притащила?! – Павший воин, – тихо ответила она. – Вот именно! А павшим воинам – не место в нашем мире! – Но ведь не возвращать же ее с-сейчас-с назад?.. – Почему это – не возвращать? – снова возмутилась я. – Мое мнение что, никого не волнует?! Шары переглянулись. Желтый задумчиво произнес: – Может, она и справится… Или окончательно все испортит, смешав карты нашим врагам. Ящерка воспрянула духом: – С-с вашего позволения, я о ней позабочус-сь. – Так и быть, – милостиво разрешил синий шар. Я и пикнуть не успела, как подлое земноводное вновь цапнуло меня за шею, и мир завертелся перед моими глазами, складываясь в разноцветные и причудливые узоры гигантского калейдоскопа. Больше я не помнила совершенно ничего…
Голова-то как болит, господя-а-а!.. Даже больше, чем с похмелья или от перепадов давления… Мама-а-а-а… Это последствия общения с преподавателями на экзамене, не иначе… Где-то у меня баралгин валялся, я помню… Проклиная все и вся, я кое-как села, разлепила глаза и удивленно заморгала. Моя кухня таинственным образом куда-то подевалась, книги и зима за окном – тоже. Меня окружал цветущий зеленый лес. И, попрошу заметить – лето! Да, да, самое натуральное лето! Достаточно теплое для того, чтобы мне захотелось немедленно избавиться от свитера. И, снимая с себя ненужный предмет, я невольно охнула от боли – спину мне все-таки поджарили неплохо. Проклятые шарики! Попадитесь мне только еще!.. Стоп! Касси, ты хоть понимаешь, что вообще происходит вокруг тебя?! Еще полчаса назад ты сидела на своей кухне, пила кофе, дико мерзла и плевать хотела на предстоящие экзамены, а сейчас?.. Где ты сейчас?.. Я уныло изучила лес, для достоверности пощупала спину и вынуждена была признать – я не сплю. Скорее свихнулась на почве сессии… А что, такое вполне возможно! Тогда… откуда же лес? Или меня, как особо одаренную и буйнопомешанную увезли куда подальше и бросили на растерзание диких зверей? Но это же получается, меня в Африку притащили или… где там сейчас еще лето?.. Только кому это надо – перевозить меня на другой край света? Вот именно – никому. А может, я действительно переместилась в какой-то там левый мир, про которые так любят писать наши многочисленные доморощенные фантасты? В последнее мне хотелось верить больше, чем во все остальное. Ну и если учитывать явно не приснившийся мне разговор шариков, то…Ой-ей! Я нервно пошарила по карманам, нащупав пачку сигарет и коробок с одной спичкой. У-у-у, как все плохо-то!.. Впрочем, как обычно. Сигареты я всегда таскала с собой в количестве нескольких пачек, потому как имела дурную привычку вечно их терять, а зажигалками и вовсе сорила на каждом углу. Очередную посеяла, видимо, в том самом пустом пространстве. Н-да… Я уселась на обочину и тихо закурила. Да, забыла сказать, что очнулась я посреди чащи, прямо на узкой, изрытой корнями тропинке, а поскольку рыскать в поисках приемлемой полянки или пенька мне было лень, да и спина побаливала, то я устроила перекур, не отходя от места пробуждения. Щебетание невидимых птичек и запахи растений нагоняли тоску. Где моя зима?.. Я хочу назад, в свои сугробы!.. Лучше мерзнуть на морозе, точно зная, что тебя ждет впереди, чем болтаться посреди незнакомого леса с обожженной спиной и явным подозрением на белую горячку! Хотя, собственно, почему с подозрением?.. – По-ос-сторожнее с-с огнем, – вдруг посоветовал печально знакомый голос. Я подскочила от неожиданности и выронила сигарету. – Где?.. Кто?.. – И в панике заозиралась по сторонам. – Вниз пос-смотри. Я послушно опустила глаза и, подпрыгнув, завизжала на весь лес. – Убирайся отсюда! Слезь е меня!!! Проклятая ящерица совершенно немыслимым образом обвила мое правое запястье, успешно изобразив браслет. Земноводное, кстати, при ближайшем рассмотрении оказалось довольно-таки красивым: изумрудно-зеленая, блестящая шкурка с золотыми вкраплениями вдоль гибкого позвоночника, ярко-желтые глаза с узкими вертикальными зрачками. Но – такую подлянку мне устроить!.. Я попыталась стащить с себя это подобие хвостатого браслета, но куда там! Легче было бы, пожалуй, себе руку по локоть отнять!.. – Куда ты меня затащила, ась? – вопросила я, прекратив издеваться над своей рукой и в отчаянии воззрившись на виновницу моего несчастья. – И слезай давай, чего разлеглась? – Так я не буду привлекать ненужное внимание, – разъяснила она. – А о нашем мире и твоей мис-сии я рас-скажу чуть позже. – Почему это позже? Сейчас все выкладывай! О боже, да я совсем свихнулась! Сижу в незнакомом лесу, летом, в домашних тапочках, драных джинсах и, мягко говоря, развратной майке (ну жарко мне в свитере!) и разговариваю не то с ящерицей, не то с – браслетом!.. Нет, граждане, все, это точно – диагноз! И – дальше по тексту: «белый, белый, совсем горячий…» – Тебя хоть зовут-то как, а? – пытаясь меня отвлечь, проявило интерес земноводное. – Кассандра… э-э-э… Касси. – Меня – Яти, – представилась ящерка. – Касс-си, пойми, тебе нужно время, чтобы прийти в с-себя, отдохнуть пос-сле перехода… С-спина болит? – Спрашиваешь еще… – За лес-сом, кажетс-ся, ес-сть деревня… Там тебя подлечат, накормят, а потом и поговорим. Хорошо? – А у меня есть выбор? – проворчала я, охая, ахая и держась за спину. – Нет, – любезно улыбнулась Яти. – Как обычно, – мрачно резюмировала я. С заразой на запястье пришлось смириться. Без нее я в этом мире – как слепой кролик, заглядывающий в пасть к голодному удаву. И, набравшись храбрости, я все-таки спросила: – Яти… а-а-а… э-э-э… я точно не сошла с ума? – Боюс-сь, что нет, хотя ты к этому близка, – не без ехидства сообщила моя собеседница. – Ну спасибо! – оскорбилась я. – Не за что, – безмятежно отозвалась она. Я обиженно засопела и потопала по тропинке, а Яти положила голову на хвост, замкнув круг импровизированного браслета, и замолчала. Дорога казалась бесконечной. Вообще-то лес я люблю и по грибы ходить тоже, но ведь к этому делу подготовиться как следует надо! Кепку на голову надеть, чтобы клещей не собирать, аэрозолем специальным побрызгаться, чтобы комары не кусали, и уж конечно, не в тапках рассекать… Я шлепнула рукой по боку и тихо ойкнула. Комар, мерзавец, улетел, а ожогу – опять досталось. И, дабы избежать неблаговидной роли корма для настырных насекомых, мне пришлось накинуть свитер и пыхтеть от жары. В попытках отвлечь себя от дурных мыслей я тщательно разглядывала деревья. Такие же, как и у нас в Сибири. Сосны, елочки, березки… И пара хиленьких осинок, тщательно запрятанных в дремучей чаще. Цветы тоже ничем особенным не отличались – колокольчики там всякие, лютики, да и трава оказалась зеленой, – какой же тут другой мир? Фи! Ничего необычного и невероятного, если не считать говорящих ящериц, но к ним я уже успела странным образом привыкнуть. Легкая тень перебежала мне дорогу и прильнула к растущей у обочины стройной березке. Я же от неожиданности споткнулась и удивленно выпучила глаза. Что это было, товарищи!.. Существо, абсолютно прозрачное, но имеющее довольно четкие очертания, ростом – чуть ниже моего плеча. В общем, вот она, искомая странность! Я бочком придвинулась ближе к березке и громким шепотом спросила: – Слушай, а это… кто или что такое?.. Ящерка лениво приподняла голову: – Это? Альв. – А по-русски? – Дух земли. Земли или природы, ес-сли удобно. – А почему он прозрачный? – Покров невидимос-сти. Защитная реакция. Я подошла еще ближе. Альв вжался в дерево, практически полностью с ним слившись. – Альвы – довольно безобидные с-существа, ес-сли их не злить, – разглагольствовала меж тем Яти. – Духи природы делятс-ся на нес-сколько групп – лес-сные, полевые, горные и так далее. В их обязаннос-сти входит с-следить за порядком, подс-сказывать заблу-дившимс-ся верный путь, ес-сли те знают, как правильно прос-сить духов… Но ес-сли с-существо безобразничает в приюте духа – его мес-сть с-страшна. И нечего так улыбатьс-ся – они лишь кажутс-ся милыми и безвредными. Альвы держат в руках вс-се ниточки с-силы земли. Слушая рассказ вполуха, я постепенно приближалась к странному созданию. То замерло, не шевелясь. Честное слово, я и не собиралась причинять ему какой вред или начинать безобразничать в лесу! Мне просто стало любопытно, как альвы выглядят без защитной оболочки. Поэтому, когда существо внезапно бросилось на меня, опрокинув на землю и взгромоздившись сверху, я даже не сопротивлялась. Лишь с возрастающим изумлением наблюдала за духом, который постепенно избавлялся от покрова. И в конце концов узрела, что именно кроется под покровом невидимости. А крылось там!.. Мама дорогая! Эдакая помесь карлика (правда, я их никогда не видела, зато читала) и кустика. Невысокая – но, черт, тяжелая! – кряжистая человеческая фигурка духа была сплошь увешана листьями разных древесных пород и, что характерно, на каждой части тела – свой особый сорт. На левой ноге – дубовые, на правой – березовые, на руках соответственно – осиновые и почему-то малиновые (в смысле, от одноименного кустарника), на теле спереди – кленовые и сзади, надо полагать, тоже. А вот мордочка оказалась хвойной. Только иголки не торчали в разные стороны, а аккуратно так лежали, словно приклеенные. На голове у этого чуда природы вместо волос зеленела травка, а с серьезной рожицы на меня взирали огромные, голубовато-фиолетовые, как лесные колокольчики, глазищи с вертикальными и – ой, жуть-то какая!.. – совершенно белыми зрачками. Одним словом, каков лес, таков и его хозяин. Я, разглядев альва, тихо выпала в осадок. И как такое существовать может?.. Дух, судя по его нахмуренным бровям-корешкам, думал обо мне также. Пока я пыталась прийти в себя, он недоуменно моргал и лапками-ветками взъерошивал свою оригинальную шевелюру. Наверное, думал, к какой категории меня причислить – нарушителей покоя или заблудившихся путников. Благо, в дело вмешалась моя зеленая спутница. – Мое почтение, Вир-ран. – Яти тоже взгромоздилась на меня (да что им тут – взлетное поле, что ли?!). Дух, разглядев ящерку, важно кивнул: – Взаимно, посланница, – и перевел взгляд на меня. – Что за создание ты привела в мой лес? Как сюда попал павший воин? Голос у существа был под стать среде его обитания: тихий шелест потревоженной травы, перешептывание листьев, перезвон колокольчиков… – Это с-спас-сительница, – кратко ответила та. Альва с меня – как ветром сдуло! Кубарем скатившись на тропинку, он помог моей ошарашенной персоне встать на ноги, а затем чинно отвесил земной поклон. Я машинально склонила голову. – Приветствую тебя в своем лесу, – церемонно заметил дух. – Да… спасибо… – почему-то смутилась я и покосилась на невозмутимую Яти, которая обосновалась на моем левом плече. Спасительница, значит?! И кого от кого я тут спасать должна?! Да она издевается, что ли?! Я свою хату от тараканов спасти не могу, да и от нередких потопов, а тут на меня еще мир какой-то повесить хотят?! Не выйдет!!! Дудки вам, господа хорошие! Ящерка молча просигналила мне взглядом: мол, не кипятись, все сейчас объясню, но куда там! Если я завелась – одним лишь взглядом меня не угомонить! И я мрачно уставилась на свою зеленую проводницу, представляя ее в виде экзотического ресторанного блюда. Яти чуть заметно поежилась и бочком-бочком придвинулась ближе к альву. А тот не сводил с меня восхищенного взгляда и шелестел: – Наконец-то и спасительница нашлась! Мертвых воинов давно следует поставить на место! Помни, спасительница, – я и мой лес в твоем полном распоряжении! У меня от услышанного кровь застыла в жилах. И лес тут был совершенно ни при чем… – Кого, повтори, на место поставить?.. – упавшим голосом спросила я. – Мертвых воинов, – послушно повторил дух. Мама!!! Роди меня обратно… Или это у них так шутить принято, а я просто не понимаю местного юмора? И все происходящее – это типа проверки на вшивость и профпригодность? Я так и стояла столбом, не зная, верить или нет – и встреча с удивительным существом быстро потеряла свою новизну и увлекательность на фоне всего вышеозначенного. – Касс-си еще не в курс-се наших печальных с-событий, – извинилась за меня Яти. – Мы прибыли вс-сего лишь ночь назад. А не хило я тут прозагорала… Целую ночь в незнакомом лесу, полном опасностей, да еще и на холодной земле… Так ведь радикулит преждевременный схлопотать недолго или еще чего похуже. Я снова покосилась на ящерку и незаметно для альва дернула ее за хвост. Яти возмущенно подскочила, кинула на меня укоризненный взгляд, но поспешила завершить разговор: – Вир-ран, не подс-скажешь с-случайно, где ближайшая деревня? – По тропинке до развилки, а там направо, – охотно подсказал дух и вновь поклонился мне: – Рад был увидеться с тобой лично, спасительница. Ровной дороги и открытых путей. – А я-то как рада, – проворчала я, а ящерка вновь наградила меня укоризненным взором. Нет, увидеть своими глазами живого духа природы, да еще и альва, – это одно удовольствие, но услышать от него то, что услышала я, – совсем другое! Это же… это же бред сивой кобылы! И кое-кто мне сейчас очень долго и вдумчиво будет его разъяснять! Распрощавшись с альвом, который быстро исчез в лесной чаще, я вновь пошла вперед, подозрительно косясь на Яти. Моя же нахальная спутница продолжала молчать с упорством, достойным лучшего применения. И в молчании минуло несколько томительных минут. – Ну? – первой не выдержала я. – Ты мне собираешься все объяснять или нет? – Ладно, я виновата, – подумав, покаялась Яти. – Мне не с-следовало тебя брать с-с с-собой, но не могла же я вернутьс-ся к Хранителям нашего мира с-с пус-стыми руками! Чтобы ты с-сделала на моем мес-сте?.. Нас-стояший с-спас-ситель умер, ты оказалас-сь неподалеку… – Это дядя Петя, мой сосед? – искренне огорчилась я. Хороший был мужик, ничего не скажешь! Добрый, веселый, отзывчивый, забавный… Но из-за злокачественной опухоли давно стоял одной ногой в могиле. Царствие ему небесное… – Он с-самый, – подтвердила ящерка. – Все дело в том, Касс-си, что, когда у нас-с появляетс-ся неприятнос-сть извне, мы и с-спас-сителя с-себе ищем из другого мира. – Это ты про тех воинов? – Угу. С-свалилис-сь на нас-с, как с-снег на голову… Откуда взялис-сь и где затаилис-сь не может определить даже Магис-стр, как от них избавитьс-ся – тоже… Вот они и бродят по нашей земле безнаказанно, захватывают деревню за деревней, вес-сь мир заполучить хотят – ведь здес-сь умершие обретают право на жизнь… Пришлос-сь звать с-спас-сителя, иначе… – Моменто море, – глубокомысленно изрекла я. – В с-смыс-сле? – Плохо всем будет, – «перевела» я. – Это латынь. Стоп! А мы вообще-то с тобой на каком языке разговариваем?.. – Ты – на с-своем родном, – пояснила ящерка. – А я – на с-своем. Есть такой феномен – на каком бы языке пришелец ни разговаривал, его вс-сегда поймут, а он – поймет нас-с. Это же относ-ситс-ся и к пис-сьменной речи. – А-а-а. Так что там еще про зомби? – Они не зомби, – вздохнула Яти. – Ес-сли бы они были только ими… Ну у с-себя они ими и были… А здес-сь – с-сила нашего мира дала их телам вечную жизнь и неуязвимос-сть от нашей же магии… Расс-скажу с-сразу, чтобы ты не пугалас-сь. У нас-с каждое, живое с-сущес-ство – немного маг. С-смотря под знаком какой с-стихии оно родилос-сь. А магию – питает рас-створенная в мире с-сила. Ты с-сама ничего не чувс-ствуешь? – Нет. А что – должна? – Вообще-то да… Но, может, пока у тебя пос-сле-переходный шок и адаптационный период… – Подожди! – Меня наконец проняло. Ну я – известный тормоз, но ведь он – тоже полезный механизм. – Я что, с ними одна воевать должна?! Моя хвостатая спутница красноречиво промолчала. Я начала тихо закипать. Сейчас завою… – Да вы в своем уме?! Какой из меня, к черту, спаситель, если я таракана тапкой прибить не могу?! И вообще – мне домой надо! У меня сессия на носу! Кто ее сдаст, если не я? Ты? Ваш Магистр? Или зомби эти? И мои родители… – Я громко ахнула. – Родители свихнутся от беспокойства! У вас же здесь нет телефона, чтобы их предупредить!!! А про себя мрачно подумала, как бы я это сделала! Просто позвонила бы домой и сказала: мол, так и так, не теряйте меня, я сейчас быстро один мир от бешеных зомби спасу и вернусь?.. Бред сивой кобылы… – Нас-счет родителей – не переживай, – невозмутимо заметила Яти. – Время в твоем мире для тебя ос-становилось. Ты вернешьс-ся назад в тот же час-с, мгновение в мгновение. И никто ничего не узнает, ес-сли с-сама расс-сказать не захочешь, а захочешь ты вряд ли. – Но я не собираюсь спасать ваш проклятый мир!!! – А домой возвращатьс-ся с-собираешьс-ся? – вкрадчиво осведомилась ящерка. – Конечно! – Вот вопрос-с и решен, – резюмировала она. – Ты помогаешь нам – мы перемещаем тебя назад. – Но я же… – Я запнулась. – Я… У меня ничего не выйдет! – А ты пробовала? – заинтересовалась Яти. – Нет… – Вот и не говори, что не получитс-ся. Ты, конечно, не идеал с-спас-сителя, но… К Магис-стру тебе надо. Он лучше меня разбираетс-ся в том, что с-сейчас-с здес-сь творитс-ся… Я вс-сего лишь пос-сланница Хранителей, мое дело – добывать для мира с-спас-сите-лей… Передохнешь немного в деревне, познакомишьс-ся поближе с-с нашими жителями, с-соберешьс-ся – и в путь. – Но я даже не знаю, как… – Магис-стр тебе вс-се покажет, pace-скажет и подс-скажет. Н-да… Мои неуверенные возражения ящерка разбивала в пух и прах. Плохо дело. Как я смогу настоять на своем, если все мои мысли, похоже, известны ей наперед?.. Вот что значит – богатый опыт общения д разного рода спасителями. – А ты меня бросишь?.. – обиделась я. Какая хитрая! Затащила к черту на кулички – и сразу в бега?.. А я тут разбирайся и все делай? Иди, туда – не знаю куда, ищи то – не знаю что? Это называется заманить человека в мирное на вид озеро подсунуть ему самый глубокий омут и торжественно сообщить, что спасение утопающих – дело рук самим утопающих. Короче, аминь, граждане. – Нет, но мне придетс-ся впас-сть в с-спячку. На поис-ски с-спас-сителя и его перемещение уходит очень много с-сил, мне необходимо восс-становиться, – извиняющимся тоном объяснила Яти. – Иногда буду прос-сыпатьс-ся и помогать… Но в ос-сновном тебе придетс-ся дейс-ствовать с-самос-стоятельно. Отлично! Перспективы-ы-ы… Светлые и радостные, как лунная ночь на кладбище! Да какой из меня на фиг спаситель?! Вот антиспаситель – другое дело: устраивать разного рода неприятности и пакости – это я могу, это моя прямая специальность, если не сказать больше – жизненный путь… Нет, спасать я в; свое время пыталась, и не раз. Сначала – кошку, забравшуюся на дерево, с которого мы в итоге обе благополучно свалились. Ну кошке-то что, у нее девять жизней – встала себе и дала деру, а я – сломала ногу и все летние каникулы провела не на даче, а в больнице. Потом, помнится, еще одно безнадежно утопающее дитя спасала. Вылавливали нас вместе, и меня откачивали в два раза дольше, чем мальчишку. Больше я не рисковала. Ну там ладно, человека после моих «подвигов» спасти еще реально, а мир-то кто откачивать будет? Впору бы еще одного спасителя искать – от моей бесценной персоны. И ничего тут не попишешь… Ну и ладно – сами виноваты. За что боролись – на то и напоролись. Выхода у меня все равно нет, выбора – тоже. Одно утешает – как там Яти сказала: умершие здесь обретают жизнь?.. Я поплелась по узкой тропинке, уныло размышляя о своей несчастной судьбе. Ведь надо же было дяде Пете так не вовремя нас покинуть… а мне – оказаться с ним по соседству. И ведь так хорошо жилось! Сравнительно, конечно, но что там делать-то – сиди себе и учи. И сдавай. И снова учи. И заметьте, товарищи, никаких перспектив общения с ходячими трупами!.. Только если в кино, но я на ужастики – не ходок. Кошмары потом мучают, воображение воспаляется и вконец расстраивается. После одного так называемого шедевра японского психа, помнится, полгода спать нормально не могла… Ужасно все, короче… Тропинка резко вильнула хвостом, сворачивая направо, и впереди замаячил выход из леса. Яти, напомнив мне, что там должна находиться искомая деревня, снова обернулась вокруг моего правого запястья и мирно прикинулась обычным браслетом. А я вышла из леса и остановилась, завороженная открывшейся моему взгляду красотой. Честное слово, такое только на картинах бывает! На таких, знаете, где художник, сраженный наповал величием природы, вдохновенно изображает пасторальный пейзаж райских кущ. Я, правда, кое-что подобное на Алтае видела, когда мы спускались по серпантину с очередного перевала и проезжали мимо селения. С горы вид казался очень даже ничего: крошечные низкие домики, тесно прижатые друг к другу, узкая речушка, на обоих берегах которой селение и стояло, хиленькие мостики, пасущаяся где попало мелкая скотинка… Очень живописно – особенно с учетом окружающих долину гор. Но здесь… Поселение алтайцев и рядом не валялось! Гор, правда, не водилось, но местность от этого особо не страдала. Скорее наоборот. Я прикрыла ладонью глаза от слепящего полуденного солнца и прищурилась, всматриваясь в даль. Тропинка сбегала с крутого холма и выводила к небольшой деревеньке. Вокруг нее, насколько хватало глаз, простирались цветущие зеленые луга, где мирно паслась многочисленная сельскохозяйственная живность. Весело журчащая речка широкой извилистой петлей окаймляла селение, создавая некое подобие острова, и исчезала в неизвестном направлении. Многочисленные мостики, не в пример крепче алтайских, соединяли две полоски суши. Меж домов мелькали пышные шапки деревьев… И запах. Неповторимый запах свежескошенного сена, смешанный с ароматом полевых цветов и дымком топившихся бань… Меня как магнитом потянуло в сей населенный пункт – очень уж есть хотелось… Дома, правда, я толком разглядеть так и не смогла: и далековато, и зрение у меня никогда особой остротой не отличалось, однако мне почему-то казалось, что они, все до единого, похожи на сказочные теремки с резными крылечками и расписными ставнями, со старинными печками и заботливо вышитыми занавесками. Почему, спросите вы? Сама удивляюсь. Просто в то мгновение, когда я увидела деревню, возникло стойкое ощущение дежавю. Словно я здесь когда-то давным-давно была… И стояла на этом же холме, любуясь прихотливыми изгибами сверкающей в лучах солнца речки и бескрайними просторами зеленых лугов, вдыхая запах мирной, безмятежной и спокойной жизни… И уже знала, как именно выглядят дома и как зовут старосту деревни… потому что лично с ним знакома. Мистика? Возможно. Я неторопливо спустилась с холма и, засунув руки в карманы джинсов, побрела по дороге. А новый мир нравился мне все больше и больше. Страшно подумать, чего тут могут наворотить зомби… Перед моими глазами живо встала финальная сцена «Обители зла»: пустота, холод, полная разруха… подохшая живность, плавающая в речке, и поедающие друг друга люди… Брр! Мороз по коже… И на минуту в моей душе действительно шевельнулось желание помочь людям во имя спасения мира. Шевельнулось – и пропало под влиянием здравого смысла. Да что я сделать-то смогу?.. Их – много, а я – одна, они – неуязвимы, а я – живой человек, и убить меня очень даже просто и реально. И посему… Мир этот – не мой, жить здесь – не мне, и вообще – моя хата с краю, ничего не знаю. Самой бы отсюда ноги унести, а остальное – побоку. Получится – хорошо, нет – извиняйте. Меня в университете миры спасать не учили.
Все размещенные здесь
произведения представлены исключительно для предварительного
ознакомления и в целях популяризации и рекламы бумажных изданий.
Жизнь Охотников по-своему проста и понятна: ходить по городам и весям да ловить тъёрнов — пришельцев из другого мира, пьющих человеческую кровь. Но все становится куда сложнее, когда выясняется, что один тъёрн поселился не где-нибудь, а в королевском дворце, и затесался в общество аристократов! А во дворце, как назло, проводится конкурс красоты, и каждая конкурсантка — потенциальная жертва. Сумеют ли вычислить тъёрна Охотники? И кому из них придется хуже? Охотнику, полюбившему невесту самого короля, или Охотнице, сердце которой покорил предполагаемый тъёрн?
