Глава 1
Побег из тишины
Для летнего вечера очередь перед «Гоморрой» выглядела непривычно короткой. Очевидно, распространился слух, что клуб больше не может гарантировать безопасность своих посетителей. Я почувствовала, как какая-то часть мозга пыталась заставить меня улыбнуться в мрачном удовлетворении. Но до мускулов импульс не дошел. Даже связанные с этим эмоции остались не более чем смутной идеей у меня в душе. Они были надежно упрятаны за стенами, которые стали такими толстыми, что я уже не могла представить, как однажды сама смогу их преодолеть.
Я осторожно сменила позицию. Часами скрываться на крыше определенно не относилось к числу моих любимых занятий. У меня появлялось слишком много времени…
Внизу накачанный секьюрити как раз попрощался с одним из гостей, пожав ему руку. Денежные купюры незаметно сменили владельца. За молчание нужно было платить. Вот тебе и «строгие правила», о которых нас предупреждали во время первого визита в «Гоморру». Правила, которые до сих пор были написаны на плохо читаемой табличке Ангельским алфавитом.
Зеленые глаза лишь мельком скользнули по табличке, прежде чем вновь впились в глаза охранника.
«Сейчас может быть немного неприятно», – предупредил он меня. Он сгреб вышибалу за воротник и швырнул его спиной об стену клуба.
– Я похож на того, кто делится своей собственностью?
Его спокойные слова резко контрастировали с насилием, которое он проявлял. Мне нельзя было выказывать страха, но я была близка к провалу.
И тогда они посмотрели на меня, эти невероятные глаза. Блестящее серебро перемешивалось с пылающей зеленью.
«Малышка, ты что творишь?»
Я стряхнула с себя воспоминание и заперла его обратно в ящик, из которого оно выбралось. Процедура, которая к этому времени стала для меня такой обыденной, как дыхание.
После этого мой взгляд метнулся к двери, беспорядочно обклеенной афишами, на мигающую неоновую вывеску. Клуб меня сегодня не интересовал. Все свое внимание я сосредоточила на праймусе-отступнике, который только что подкупил громилу на входе и покинул «Гоморру» под руку с гламурно одетой человеческой девушкой. Платиновая блондинка хихикала без остановки и не отлипала от бессмертного. Мне в голову пришла пара-тройка прилагательных, которыми можно было ее описать. Причем «пьяная» и «наивная» были среди них самыми безобидными.
– Какой хороший у меня сегодня улов, – промурлыкала она и начала расстегивать рубашку на своем рыжеволосом трофее. Благодаря моим обострившимся чувствам для меня оказалось проще простого их подслушать. К тому же праймус ни капли не старался приглушить их разговор.
– Я с радостью готов попасться на крючок к такой красивой даме, – ответил отступник и повел ее дальше по улице.
Я медленно скривилась от того, сколько лжи скрывалось в его коротком ответе. Девушка не была ни красивой, ни «дамой», и на крючок попался уж точно не он. Нет, рыжий был тем, кого изменники называли скаутами. Для богатых бессмертных клиентов он подыскивал людей, способных испытывать сильные эмоции. Он соблазнял их или похищал, а они безропотно шагали за ним навстречу своей погибели. Эта пресловутая «погибель» была сейчас реально существующим местом в конце улицы. Подозрительный отель с обманчивым названием «Рай Данте». Вот только райского в нем не было ничего. Отель располагался между игорным клубом и службой доставки пиццы. Фасад был затянут серым тентом, как во время ремонта, а лишенные украшений звуконепроницаемые окна никто не мыл долгие годы. Однако это не могло скрыть пульсирующего сияния, которое излучало здание. Заклинание-барьер скрывало все, что происходило внутри. Стоило скауту завести туда свою жертву, никто уже не услышал бы ее криков – ни человек, ни праймус, ни даже полубрахион.
Уже три недели подряд я следила за отелем и ждала лучшей возможности. Лучше, чем сегодня, не представится.
Я побежала. Было легко незаметно обогнать этих двоих по крышам. Я бежала по черепице, огибая трубы и перепрыгивая между домами. Почти перед отелем я спрыгнула в соседний переулок и приземлилась на ноги четырьмя этажами ниже. По венам хлынул адреналин – как и всегда, когда я применяла свои сверхъестественные способности. Вот и хорошо, они примут мой участившийся пульс за возбуждение или страх. Я закинула в рот жевательную резинку и перепроверила карманы куртки. Сломанный поддельный телефон, который я обычно использовала в качестве предлога в таких случаях, был полностью готов. В прозрачном чехле – бумажка с написанным от руки адресом и купюра, которой никогда не хватило бы на такси. Комбинация, которая оказывала чудесный эффект на демонов-преступников. Наконец я воткнула в уши наушники и направилась в сторону нужной улицы. Если мои расчеты верны, то через три, две, одну…
Гламурная девица врезалась прямо в меня. Действуя четко по плану, я испустила удивленный крик и упала. Идеальной ласточке, которую я при этом выполнила, позавидовал бы любой футболист. Мобильник, жвачки, блеск для губ и еще пара штучек, которые носила бы с собой «нормальная» девушка, выпали на тротуар.
– О боже, прости. Я тебя не заметила! – Блондинка была чересчур пьяна, чтобы помочь мне встать. Но это не помешало ей попробовать. Я позволила ей потянуть меня на себя, краем глаза наблюдая, как рыжеволосый праймус собирал мое разбросанное барахло. Пока все шло по плану.
– Да у тебя же кровь! – в ужасе воскликнула девушка.
Она была права. Колени у меня оказались расцарапаны довольно сильно. Видимо, я просто не заметила, но для моей маскировки это было только выгоднее. Поэтому я потрогала ранки и поморщилась – как будто мне было не плевать на боль.
– Может, у тебя есть носовой платок, Денни? – спросила девушка своего спутника. Но когда ее взгляд упал на мои ценные вещи, кровоточащие коленки были напрочь забыты. – О нет, твой телефон! Мне так жаль! Даже не знаю, как так могло случиться. Я тебе заплачу… точнее, не я, а мой страховщик. А до тех пор? У тебя нет какого-нибудь старого мобильника? Ты делала синхронизацию данных? Хочешь позвонить кому-то с моего номера? Мне вызвать тебе такси? – Ее переполняли угрызения совести и сопереживание, будто она сломала мне не телефон, а руку.
– Не переживайте. Я иду к подруге. Она живет где-то здесь.
Ко мне потянулась мужская рука. Вот теперь пора произвести правильное впечатление. Я собрала несколько фальшивых эмоций: растерянность, сомнение и чуть-чуть здорового недоверия. И ухватилась за руку праймуса. Его глаза тут же вспыхнули серебром.
– Ты нездешняя, не так ли? – Он помог мне подняться и окинул взглядом с ног до головы. На мне были короткие шорты, майка и легкая кожаная курточка. Не вызывающе, но достаточно откровенно, чтобы привлечь мужское внимание.
– Это так заметно?
По лицу Денни неторопливо расползалась широкая ухмылка.
– Совсем немного, – очаровательно произнес он, постучав пальцем по записке у меня под прозрачным чехлом смартфона. – Не хочется тебя расстраивать, но если ты ищешь этот адрес, то ты слегка заблудилась.
– Правда?! – Я изобразила ужас и присыпала сверху щепоткой свежеиспеченного доверия. И снова увидела, как вспыхнули глаза рыжего праймуса. На этот раз он выглядел почти жадным.
– Да, к сожалению. Но мы можем позвонить твоей подруге. Она наверняка заберет тебя отсюда, – предложил он.
На это я и рассчитывала. Праймусы-предатели так предсказуемы, словно следовали одной и той же инструкции.
– Слабо верится, – внесла я последний штрих. – Честно говоря, я ее по-настоящему даже не знаю. Я нашла ее через одну из платформ каучсерфинга [1].
Денни вскинул брови. Теперь я действительно пробудила его интерес.
– Знаешь, что? Такая милая девушка, как ты, не должна бродить тут одна. Я оплачу тебе такси. Это будет честно, учитывая, что Барби разбила твой телефон. – Платиновая блондинка с явно подходящим именем торопливо закивала. – Только мне сначала надо взять наличные из номера в отеле. Если хочешь, можешь и такси там дождаться. – Денни казался таким сочувствующим и безобидным, что я даже не удивлялась его успехам в профессии скаута. – Давай, соглашайся! Иначе я буду всю ночь волноваться, что тебя мог похитить серийный маньяк.
Вау. Вот это мерзавец. Больше всего мне хотелось прямо там же выбить с его лица все это лживое дружелюбие. Но за последние месяцы я упорно развивала в себе терпение.
Поэтому я немного потянула время, прежде чем принять предложение Денни и пойти с ним в отель. Была бы я человеком, тем самым подписала бы себе смертный приговор. Но я им не являлась, и по этой самой причине все мои нервные окончания начало покалывать, когда скрипучая вращающаяся дверь впустила нас в «Рай Данте». Брюнетка на ресепшене, одинокий гость в холле и портье, которому на вид не дашь старше шестнадцати, все были праймусами. Я ощущала их силу и запах их энергии, который оказался ярким миксом из моторного масла, марципана, лайма и осенней листвы. Ни один из них не представлял для меня опасности. То, что вызывало у меня опасения, находилось где-то парой этажей выше над нами. Оттуда до меня дотягивались нити силы, которая не шла ни в какое сравнение со всеми остальными, включая Денни.
Итак, впервые за несколько недель мне повезло.
Марципановая женщина-регистратор заверила меня, что вызовет мне такси и сразу же позвонит в номер, когда машина приедет. Пфф, ну конечно! Если она кому и позвонила бы, то транспортировщику, который обычно вывозил трупы жертв из отеля. Но сегодня я не позволю этому зайти так далеко…
Пару секунд спустя мы втроем вошли в узкий лифт. Денни нажал на кнопку последнего этажа, а Барби, хихикая, начала снова вешаться на бессмертного. К несчастью, мое присутствие ее мало смущало. Вот только Денни теперь не отвечал на попытки завладеть его вниманием. Казалось, его спутница даже действовала ему на нервы. На третьем этаже Денни рывком оторвал ее от себя и пристально посмотрел в глаза. Взгляд Барби тут же протрезвел. Ее руки упали, словно кто-то подрезал ниточки марионетке.
– Все нормально, Барби? – спросила я, хотя уже знала ответ. В конце концов перед Денни мне нельзя было выходить из своей наивной роли. Поскольку сначала мне надо было пройти сквозь охранные печати верхнего этажа.
Денни что-то буркнул и внезапно схватил меня за горло. Я подавила свои защитные инстинкты и продолжила исполнять амплуа беззащитной жертвы. Я чувствовала, как его голос вторгся в мое сознание – ну, точнее, в ту область моего сознания, которую я специально создала для подобных случаев.
«Неважно, что ты увидишь… неважно, что случится, ты захлопнешь рот и никуда не сбежишь».
Вынуждена притвориться: вот мерзавец. За последние месяцы отступники многократно пытались ментально манипулировать мной. Все хотели чтобы я не обращала внимания на грозящую опасность. Денни же, напротив, не убирал страх у своих пленников. Он хотел видеть его. Так он мог продать нас подороже.
Хорошо, я сделала ему одолжение. Скопировав поведение Барби, я выдала ему страх, которого он так жаждал. Глаза Денни зажглись серебром, а черты лица исказились от широкого оскала. В этот миг двери лифта разъехались с громким «дзиннь».
– Наконец-то! – рявкнул низкий голос. – Босс уже ждет. – Перед лифтом нарисовался долговязый тип с окладистой бородой. Как от меня и ожидалось, я сделала удивленный взгляд.
– Две? Но я заплачу только за одну.
– Да знаю я, вторая за счет заведения, – ответил Денни. – У твоего босса должны остаться обо мне приятные воспоминания.
Он взял нас с Барби за руки и повел в пентхаус. Светлый паркет был отполирован до блеска, а мебель в кремовых и белых тонах сверкала. Если сравнивать с остальной частью отеля, здесь оказался абсолютно другой мир и все по высшему классу. В центре комнаты на угловом диване сидел праймус, чью мощь я ощущала еще на первом этаже. Он был поглощен телефонным разговором и, похоже, вовсе нас не замечал. Его окружала аура, источающая аромат мегаполиса – асфальта, стальных балок и бетона. Человеческая оболочка, которую он носил, явно имела африканские корни. Темный цвет кожи в сочетании с ярким костюмом и бросающимся в глаза шрамом на подбородке создавали впечатление предводителя африканских воинов.
Нельсон Суада – Алый Лев. Моя цель. После смерти Джирона отдельные праймусы-предатели устроили борьбу за трон подземного мира бессмертных. Если верить слухам, у Нельсона были максимальные шансы заполучить это наследство. Соответственно, в данный момент он был не один. Кроме парня, который встретил нас у лифта, в пентхаусе находились еще трое праймусов. Если принимать в расчет Денни, получалось шесть противников. Не очень легко, но посильно.
Кто-то вручил Денни спортивную сумку.
– Пересчитай, если хочешь, а потом исчезни!
Денни взял сумку, хоть и не выглядел особенно счастливым. Его взгляд метнулся к Нельсону, и до меня дошло. Скаут ожидал от этой встречи гораздо большего.
– Я бы хотел убедиться, что твой босс останется доволен товаром, прежде чем уйду.
– Доволен ли я, я решу, когда закончу с обеими, – объявил Нельсон, отложив в сторону смартфон. Разозлившись, он встал с дивана. Он даже не удостоил Денни взглядом, и скаут пристыженно опустил голову.
– Вот эта мне нравится. – Босс потустороннего мира обошел Барби по кругу, открыто наслаждаясь ее страхом. – А вторая, по-моему, слегка замкнутая. – Нельсон приблизился ко мне. Его темные глаза равнодушно разглядывали меня. – Ее эмоции как-то… повреждены.
Я чуть не рассмеялась в голос. Нельсон не выглядел чересчур умным, но этим наблюдением попал точно в яблочко.
– Ну, по крайней мере она симпатичная, – продолжил он. – Возможно, я подарю ее своим парням.
Из разных углов пентхауса послышались грязные смешки разных голосов: Нельсон надеялся вызвать у меня панику. Когда ее не последовало, он подозрительно прищурился.
– Что-то с ней не так…
Закончить я ему не дала. Сверкнул мой ациам. Никого из праймусов не посетила идея меня обыскать, как никому не бросилось в глаза, что я пронесла под кожаной курткой спрятанным на спине. Первым делом я с удовлетворением вонзила сияющий ациам в глотку Денни. Скаут хотел закричать, но не успел он и глазом моргнуть, как его сущность загорелась изнутри, обращая его человеческое тело в тлеющее облако пыли. С его смертью разразился хаос. Изменники накинулись на меня. Посыпались искры, прах взмыл в воздух. Они прекрасно дрались, но тем не менее я быстро разделалась с приспешниками Нельсона. Когда догорел последний из них, я увидела, что главарь собирается сбежать. Я бросила в него ациам и надежно припечатала праймуса к стене.
Пока все шло хорошо. Тяжело дыша, я стояла посреди дождя из праха и чувствовала, как энергия убитых праймусов рвалась ко мне. Если бы я являлась настоящим брахионом, то приняла бы ее в себя. Но мое тело было смертно, поэтому она просто протекала сквозь меня, не вызывая перегрузки.
Этому я быстро научилась за время своих охотничьих набегов: внутри меня сосредоточились разные силы. Во мне текла кровь брахиона, поэтому я могла пользоваться ациамом и убивать бессмертных. Моя душа была Изарой. С ее помощью мне удавалось проникать в подсознание праймусов и разрывать все их связи. Но если я это делала, мне необходимо было срочно позаботиться о том, чтобы рядом находился праймус, в которого я могла бы перенаправить освободившуюся энергию.
– Пожалуйста, малышка, в следующий раз предупреждай, если захочешь использовать меня как хранилище энергии в масштабе атомной бомбы, – попросил он, переведя дыхание.
Я ответила на его улыбку.
Его невероятную улыбку.
В паре шагов от меня стояла Барби и в ужасе наблюдала за происходящим. Она все еще не могла разговаривать или двигаться, и мне почему-то стало ее жалко. Но в настоящий момент у меня не было времени переживать за девушку. Нельсон старался ухватиться за мой ациам, чтобы освободиться. Я на краткий миг заставила вспыхнуть силу своего кинжала. Изменник вскрикнул.
– Даже не вздумай! – процедила я. Он оставил ациам в покое и примирительно выставил руки ладонями вперед.
– Спокойно, малышка!
Я за секунду преодолела разделяющее нас расстояние и схватила праймуса за воротник.
– Назовешь меня так еще раз, и ты труп! – Только один человек мог называть меня «малышка». Только один! И он уже заплатил за это своей жизнью.
– Как… как мне тогда тебя называть? – Голос Нельсона сейчас принадлежал, скорее, послушному маменькиному сынку, чем главному злодею.
– Не притворяйся, будто не знаешь, кто я такая.
Его взгляд заметался туда-обратно между мной, толстым слоем пепла на полу и клинком, торчащим из его плеча. И он сделал правильный вывод.
– Изара… – ахнул Нельсон. Похоже, одно это слово вызывало у него больше страха, чем на это было бы способно любое оружие. – Ты ответственна за судьбу всех пропавших демонов.
Опять правильный вывод. Ну, видно, этот Нельсон был не совсем уж тупым.
– Е-если ты хочешь, чтобы я выплатил награду, которая назначена за твою поимку, тебе нужно оставить меня в живых.
– Мне нужно?
Я уже давно знала, что куча предателей назначила награду за мою голову. Таким образом они пытались подражать Джирону и узаконить свои собственные притязания на главенствующую роль в потустороннем мире.
– Иначе мои люди выследят тебя и убьют.
Блеф Нельсона был настолько безнадежным, что при других обстоятельствах я бы расхохоталась. Но на это у меня не было сил. Или настроения. Или беззаботности. Я уже даже не знала. Мой голос прозвучал резко, когда я сказала:
– Думаешь, меня это пугает?
– Хорошо, хорошо. Я отзову вознаграждение!
– Да плевать мне на вознаграждение! – набросилась я на Нельсона и ухватила его еще крепче. – Я хочу знать, кто… убил Люциана Анку!
Его имя причиняло мне больше боли, чем любая рана или сломанная кость. Я думала, станет легче. Не стало.
– Что? – Нельсон в замешательстве смотрел на меня.
– Не держи меня за идиотку! – Я тряхнула его и припечатала к стене. – Мне известно, что за его голову ты тоже назначал награду.
Еще оставалась крошечная надежда. Я с трудом могла себе вообразить, чтобы такой липовый гангстер победил Люциана. Тем не менее надо было проверить. Я не могла просто сидеть на месте и дожидаться того самого времени, которое якобы лечит все раны.
– Люциан Анку мертв?! – пробормотал Нельсон. Он выглядел в высшей степени изумленным. Мое лицо угрожающе помрачнело.
– Эй, эй, эй! Спокойно! Если твоего парня кто-то убил, то виновных тебе стоит поискать в Верховном Совете. В смысле Люциан Анку был брахионом. Только тот, у кого находится его сердце и кто управляет другими брахионами, может его убить. Я думал, ты в курсе.
Я медленно приближалась к краю своего терпения и даже не собиралась это скрывать.
– И почему же ты тогда назначил за него награду?
Нельсон нервно сглотнул и быстро ответил:
– Я отозвал награду за брахиона, как только черные ациамы пропали с рынка. Без них у нас не осталось шансов.
– Назови мне причину, по которой я должна тебе поверить!
– Я тебе клянусь!
Разочарование, отчаяние, горе, облегчение, ярость… все это росло во мне. Я загнала свои чувства обратно и сконцентрировалась на фактах. Этот след, судя по всему, тоже оказался тупиковым. Даже удивление Нельсона по поводу смерти Люциана было настоящим. Если бы какой-то другой отступник преуспел с вознаграждением за него, Нельсону было бы это известно.
Здесь я закончила. И миру определенно стало бы гораздо лучше без криминальных демонов вроде Нельсона.
Последнего охватила откровенная паника, когда я взялась за свой ациам, чтобы довести дело до конца.
– Пожалуйста, я дам тебе все, что захочешь! У меня есть деньги, связи, информация… – заскулил он.
Мне было мало проку от сотрудничества с этим мерзким трусом. Но, возможно, он в самом деле мог бы еще мне пригодиться.
– Есть один праймус, – тихо проговорила я. – Его зовут Марек, и он питает слабость к порталам-призмам.
– Он теперь торчит в Тихом омуте.
Я издала нетерпеливый стон и сжала ладонь на рукоятке клинка. Нельсон врал. Я знала, что его организация пользовалась услугами Марека. Один чересчур ретивый като сообщил мне об этом, желая отсрочить свою кончину.
– Ладно, – заорал Нельсон. – Может, я о нем и слышал.
– Я хочу знать, где он!
Изменник сжал челюсти, словно прикидывая, насколько ценна ему была его жизнь. Кретин.
– Как ты и сама, наверное, можешь себе представить, это не так легко сказать в случае с человеком, у которого есть собственная портальная сеть.
– Ну, тогда ты явно для меня бесполезен, – прорычала я.
– Подожди! Я постараюсь организовать встречу!
– Поклянись!
Нельсон снова заколебался.
– Не могу. Я едва знаком с Мареком, но приложу все усилия…
Нас прервал приглушенный взрыв. Где-то в глубине пентхауса что-то взлетело на воздух. По всему помещению прокатилась волна силы нескольких праймусов. Среди них я различила энергетический след, который был мне очень знаком. Солнечный свет на искрящейся речной глади.
Не выпуская Нельсона, я повернула голову и увидела примерно десять гвардейцев Лиги в темной, но современной одежде. Смотрелись они как армейское спецподразделение – за исключением доспехов-наплечников и слегка изогнутых кинжалов. В центре группы гвардейцев стоял их командир. Элиас.
Мой взгляд задержался на его фигуре. Несмотря на множество различий, он до боли напоминал мне его брата.
«Отпусти меня!» – Паникующий голос Нельсона ворвался в мои мысли. Я его проигнорировала.
– Опустить оружие! – приказал Элиас своим людям. Гвардеец справа от него уставился на своего предводителя как на умалишенного.
– Командир?
Сила Элиаса забурлила в пентхаусе, рассеивая любые сомнения по поводу его приказа.
– Мне повторить?
Гвардейцы опустили клинки, но не теряли бдительности.
«Если хочешь найти Марека, я тебе нужен! – вновь зазвучал у меня в голове голос Нельсона. – Отпусти меня».
Предатель слишком сильно боялся гвардии и еще сильнее – заключения в Тихом омуте. И правильно.
«Только если ты поклянешься, что больше никогда не причинишь вреда ни одному человеку!» – безмолвно потребовала я.
«Клянусь!» – поспешил заверить Нельсон. Он бы поклялся мне в чем угодно, лишь бы не попасться в лапы гвардии.
Я рывком вытащила ациам из его груди. В рядах гвардейцев началось движение, но оно было слишком медленным. Нельсон покинул свою оболочку и улетел, прежде чем кто-то успел ему помешать. Его тело безжизненно упало на пол.
Гвардейцы нерешительно посмотрели на своего командира, пока тот осуждающе сузил глаза.
– Ты в курсе, кому только что дала сбежать?
Во мне закипал гнев. Он был единственным чувством, которое я могла пропустить, не рискуя потерять себя.
Я подошла к Элиасу и ударила его кулаком по лицу. Его голова отлетела в сторону. Гвардейцы вскинули оружие, но юноша остановил их движением руки.
– Где ты был? – прокричала я ему. Восемь месяцев. Восемь проклятых месяцев я пыталась его разыскать.
Элиас вытер с губы густую темную кровь. Взгляд ожесточился, но самообладания он не терял. Это окончательно довело меня до белого каления.
«Что с тобой случилось?» – мысленно спросил он меня.
– Я столько раз тебя звала, но ты не счел необходимым объявиться, – прошипела ему я. Он не хотел выяснять отношения перед своими людьми? Да пошел он!
– Я командир гвардии. У меня есть дела поважнее, чем подскакивать всякий раз, когда ты зовешь, – так же резко парировал он.
Я не поверила своим ушам. Да я даже не знала, что тут можно ответить. Тем не менее мое отчаяние рвалось наружу. Поэтому я снова выбросила кулак.
Элиас перехватил мой выпад, сердито сверкнув глазами.
– Вон отсюда! – отдал он приказ гвардии. Мужчины, по всей видимости, не особенно обрадовались такому распоряжению, но не посмели еще сильнее разозлить своего командира. Не в его нынешнем настроении.
Отлично, теперь в плохом настроении мы оба.
Гвардейцы медленно потянулись на выход. Барби они увели с собой. С ними она в надежных руках. Ей сотрут память и отправят домой. Я ее спасла. Наверное, я должна чувствовать себя героиней. Но я не чувствую. Я вообще ничего не чувствую – кроме ярости.
Когда мы остались одни, Элиас выпустил мою руку.
– Что на тебя нашло, Ари? Ты сражаешься с отступниками? В одиночку? Радуйся, что сегодня в отеле был только Нельсон. Он – ничтожество с отвратительными наклонностями. Других не так просто одурачить.
– Тебе известно, что они здесь вытворяют?!
– Не меняй тему! – строго потребовал он. – Я хочу знать, почему ты тут играешь в одинокого мстителя. Я очень сомневаюсь, что Люциан в курсе, чем ты тут занимаешься. Итак: что опять выкинул мой младший брат? Вы поссорились?
…
Вдохнуть. Выдохнуть.
Два абсолютно безобидных вопроса. В сущности.
У меня в горле образовался густой комок.
– Ты не знаешь?
Мой голос звучал не громче шепота, пока я просто таращилась на Элиаса. На глаза набежали слезы, но ни одна из них не пролилась. Больше нет. С Рождества я себе этого больше не позволяла.
– Чего я не знаю? – насторожился Элиас. Я отшатнулась от него.
Почему именно мне придется ему об этом говорить?
У меня закружилась голова. Я прислонилась к дивану.
– Ари, что стряслось?
Я не могла. Я не могла облечь это в слова. Поэтому я стащила с себя куртку и повернулась к Элиасу спиной. Хоть майка и скрывала большую часть моей спины, молчание Элиаса доказывало, что он увидел достаточно.
– Я никогда не нарушаю свое слово, – горячо возразил он. – Никогда!
Он позволил мне утонуть в его глазах.
– Я люблю тебя, малышка. Навечно. Обещаю.
Тишина расползалась по пентхаусу, словно безжалостный холод. Она была мне истинным врагом, потому что в тишине мне не хватало его еще сильнее.
– С каких пор? – прохрипел Элиас.
– Почти сразу после того, как ты ушел. – Я не могла на него смотреть. Могла только изо всех сил стараться подавить свои воспоминания.
– Как?
– Не знаю. Он исчез, чтобы это спрятать. А потом… – Мой голос надломился.
– Я быстро, – заверил он. – Но, пожалуйста, постарайся держаться подальше от неприятностей, пока я не вернусь. – Он смахнул прядь волос с моего лица, наслаждаясь эффектом, который оказывали на меня кончики его пальцев. – Видимо, ты волшебным образом притягиваешь катастрофы.
Да, видимо, я притягивала катастрофы.
Мне на плечо легла ладонь Элиаса. Он мягко развернул меня к себе лицом. Его глаза были полны боли, сострадания и чувства вины. Он меня обнял.
– Ари, я…
– Нет! – Я оттолкнула его и отошла. Его близость – это чересчур. Я не могла ослабить контроль над собой, иначе утонула бы. Мои стены рухнули бы, а я больше никогда не смогла бы дышать.
Элиас не двигался. Он понимал.
– Ступай домой, Ари, – услышала я его голос. – Клянусь тебе, я выясню, что произошло.
И затем Элиас ушел, а тишина вернулась.
Мой вечный противник.
Я могла лишь бежать от нее прочь. Мне нужно было постоянно находиться в движении, иначе меня проглотила бы боль.
Свой мотоцикл я припарковала в боковом переулке через пару домов от «Гоморры». Когда я к нему подошла, рядом с ним стоял второй, который я узнала бы где угодно. Вздохнув, я приготовилась получать нагоняй.
– Тренировка, да? – едко спросил Райан. Он сидел на небольшом козырьке, глядя на звездное небо.
Эм, да. Это – наряду с занятиями – было единственной отговоркой, с которой мама и Викториус выпускали меня из дома, моментально не забив тревогу.
– По сути это даже не ложь – просто в более точном смысле, чем обычно.
– Ага. – Райан спрыгнул с крыши. Несмотря на свои размеры, на тротуар он приземлился аккуратно и практически бесшумно. Этим охотник был обязан многочисленным печатям, с помощью которых он мог играючи справиться со среднестатистическим праймусом. – И как много твоих «партнеров по спаррингу» сегодня ушли из жизни во время такой тренировки?
Темные глаза Райана сурово блеснули. Татуированный великан выглядел крайне угрожающе, когда вот так возвышался над кем-то. Но я знала, что на меня он не злился. Ведь в таком случае Райан, наоборот, совсем со мной не разговаривал бы, а сразу сдал Гидеону.
– Сколько, Моррисон?
– Пять, – еле слышно созналась я.
Райан издал странный звук, напоминающий смесь рычания и вздоха. А выглядел он так, как если бы хотел одновременно меня придушить, пнуть мусорный бак, ударить кулаком об стену или в тот же миг рвануть и избить еще пять праймусов, только чтобы я этого не сделала.
– И как давно ты уже страдаешь этой ерундой? – накинулся он на меня.
– Какое-то время. – С кануна Нового года, если быть точной. Поначалу каждую ночь, но в долгосрочной перспективе это вызвало бы слишком много подозрений. Как в лицее, так и среди отступников, на которых я охотилась. В итоге в настоящий момент я ограничивалась парой раз в неделю. – Не волнуйся, Райан, у меня все под контролем.
– Да, точно, – фыркнул он. – Знаю я такой контроль. Послушай-ка, Моррисон. Я чувствовал то же самое, когда лишился родителей. Меня ослепляла жажда мести, и я наворотил целую кучу дерьма.
– И? – тихо возразила я. – В том состоянии ты прислушивался к советам окружающих?
Райан скорчил гримасу, будто я, сжульничав, вывела его из игры.
– Туше, Моррисон, – проворчал он. – Нет, естественно, я не слушал советов окружающих. Но слава богу, что у меня был упрямый лучший друг, который во время этого карательного похода промыл мне мозги, прикрыл спину и открыл глаза. И не один раз.
Райан никогда много не рассказывал о том, как познакомился с Гидеоном. Но я знала, что отец Гидеона, верховный мастер, позволил Райану обучаться в лицее. Как и мне. Без него он бы никогда не стал грозным охотником, которым являлся сейчас. И именно этот грозный охотник стоял передо мной и неуклюже заламывал огромные руки.
– Я понимаю, что не могу стать таким другом для тебя. У тебя есть Лиззи, а я… я мало чего могу предложить, Моррисон. Мне не по силам глубокомысленные беседы или бесконечные жизненные мудрости. А если кто-то рассказывает мне что-то о своих чувствах, больше всего мне хочется самому себя отправить в отключку. Но что я действительно хорошо умею, так это бороться. И если ты мне позволишь, я буду прикрывать тебе спину в любой еще более безумной битве. – Он ненадолго замер, словно ему надо было еще раз обдумать собственные слова. А затем пожал плечами. – Вероятнее всего, сначала я буду брюзжать и проклинать все на свете, но я прикрою тебе спину.
У меня потеплело на душе. Я чувствовала, как подступают слезы. А потом пришел страх. Нет, это была скорее чистая паника перед тем, что могла выпустить наружу любая, даже такая незначительная эмоция. Сделав шаг назад, я плотнее закуталась в свою куртку.
– Спасибо, – прошептала я. Знаю, это было жестоко по отношению к Райану. Он заслуживал намного большего, чем одного прохладного «спасибо». Но я не могла дать ему этого. Просто не могла. – Но мне все равно пора идти. У Плеяды и без того полно неприятностей из-за меня.
– Ясно, Моррисон, – вздохнул Райан, проведя рукой по взъерошенному ирокезу. – Я тебя понимаю. Лучше, чем ты думаешь. И это нормально. Но подумай о том, что у меня еще осталось много дней отпуска и я всегда на расстоянии одного звонка.
«Малышка, думай о том, – услышала я его шепот в своей голове, – что я всегда на расстоянии мысли».
Я загнала обратно это воспоминание и этот голос, от которого у меня каждый раз, как в первый раз, сдавливало горло.
– Как ты вообще меня нашел? – просипела я, чтобы сменить тему. Я правда очень старалась запутать следы. Часы с геолокацией лежали дома у меня в комнате. А из мобильника я специально вынула аккумулятор.
Райан бесстыдно осклабился.
– Я установил на этот твой миленький байк отслеживающий передатчик, – произнес он и почти с любовью стукнул ногой по заднему колесу моего мотоцикла. – Мир тесен, знаешь ли. Типчик, у которого я беру запчасти для своего байка, рассказал мне о кусачей цыпочке с золотыми глазами, которая купила его старый «Дукати». А потом я сам сложил один плюс один.
– Ты за мной шпионил, – обвинила его я.
– Только пока не обнаружил твое укрытие в лесу.
Н-да, не могла же я парковать мотоцикл в лицее. В конце концов там не должны были узнать о моих ночных похождениях. Потому официально я уходила на тренировки и дважды в неделю тайком ускользала из-под защиты. Столько усилий насмарку из-за одного внимательного механика, который запомнил мои глаза.
– Значит, в будущем придется надевать солнцезащитные очки, чтобы не выделяться, – разочарованно протянула я. Райан засмеялся и кинул мне мой шлем, который, скрытый печатью, висел на руле.
– Откровенно говоря, он не часто заглядывал тебе в глаза. Из мужской солидарности я это слегка смягчил. – Он оседлал свой мотоцикл и завел мотор.
– Шикарно, – буркнула я и сделала то же самое. – А из солидарности со мной ты дал ему под зад?
Теперь громкий хохот Райана растворился за рокотом мотора.
– Ах, Моррисон. О таких вещах не откровенничают.