Для тех, кому пришлось ждать эту книгу целый год[1], расскажу краткое содержание первой книги, "Принц Шутов", чтобы освежить ваши воспоминания, и не заставлять персонажей пересказывать друг другу то, что они уже и так знают.
Здесь я приведу лишь то, что существенно для последующей истории.
1.Ялан Кендет (внук Красной Королевы) и Снорри вер Снагасон (очень крупный викинг) отправляются из Красной Марки (северная Италия) в Суровые Льды (север Норвегии), связанные заклинанием, из-за которого один из них стал присягнувшим свету, а другой – присягнувшим тьме.
2.Ялан теперь присягнувший тьме, и каждый день на закате его навещает дух женского пола по имени Аслауг.
3.Снорри теперь присягнувший свету, и на рассвете его посещает дух мужского пола по имени Баракель.
4.Они путешествовали в Чёрный форт, чтобы спасти жену и выжившего ребёнка Снорри от Свена Сломай Весло и других подручных Мёртвого Короля, включая некромантов, нерождённых и Эдриса Дина. Спасти их не удалось. Семья Снорри не выжила.
5.Ялан, Снорри и Туттугу – толстый и слегка застенчивый викинг – единственные пережили путешествие в Чёрный форт. Они вернулись в портовый город Тронд и провели там зиму.
6.У Снорри теперь есть ключ Локи – волшебный ключ, который может открыть любой замок. Этот ключ очень нужен Мёртвому Королю.
7.Из их врагов выжили, возможно, Эдрис Дин и некоторое количество хардассцев ("красных викингов"), а также горстка некромантов с Затонувших Островов.
8.Бабушка Ялана, Красная Королева, остаётся в Красной Марке со своей старшей сестрой, известной как Молчаливая Сестра, и уродливым старшим братом Гариусом. Это заклинание Молчаливой Сестры сковало Снорри и Ялана.
9.Несколько могущественных людей используют магию, чтобы манипулировать событиями в Разрушенной Империи, и часто стоят за многими из сотни тронов. Мёртвый Король, Синяя Госпожа, ледяная ведьма Скилфа и повелитель снов Сейджес – четверо из таких людей. Ялан на своём пути в Чёрный форт встречал Скилфу и Сейджеса. Мёртвый Король несколько раз предпринимал попытки убить Ялана и Снорри. Синяя Госпожа вовлечена в некую длительную тайную войну против Красной Королевы, и, похоже, именно она направляет Мёртвого Короля, хотя тот, возможно, об этом не подозревает.
Пролог
Два человека в комнате с множеством дверей. Один высокий в халате, суровый, отмеченный жестокостью и интеллектом. Другой ниже, очень тощий. На его голове копна волос, словно от удивления вставших дыбом, а его одежда – меняющийся шутовской наряд, настолько пёстрый, что режет глаз.
Коротышка смеётся, и этот многогранный звук с одинаковым успехом может как убить птиц в полёте, так и заставить распуститься сухую ветку.
– Я призвал тебя! – Высокий мужчина стискивает зубы так, словно всё ещё старается удержать второго на месте, хотя руки прижимает к бокам.
– Отличный фокус, Келем.
– Ты меня знаешь?
– Я всех знаю. – Короткая ухмылка. – Ты маг дверей.
– А ты?
– Икол. – Его наряд меняется, лохмотья с жёлтыми квадратами на синем фоне сменяют алые геральдические лилии на сером. – Олик. – Он улыбается улыбкой, которая слепит и режет. – Локи, коли тебе так угодно.
– Локи, ты бог? – В Келеме ни капли юмора, только властность. Властность и огромная, жуткая сосредоточенность в каменно-серых глазах.
– Нет. – Локи поворачивается, глядя на двери. – Но я известный лжец.
– Я призывал самого могущественного…
– Не всегда получаешь то, что хочешь. – Он почти напевает. – Но иногда получаешь то, что нужно[2]. Ты получил меня.
– Ты бог?
– Боги скучные. Я стоял перед троном. Там сидит старый одноглазый Вотан, с воронами, которые шепчут ему в оба уха. – Локи улыбается. – Вечно эти вороны. Забавно, как так выходит.
– Мне нужно…
– Люди не знают, что им нужно. Они едва знают, чего хотят. Вотан, отец бурь, бог богов, суровый и мудрый. Но в основном суровый. Тебе бы он понравился. И наблюдает – вечно наблюдает – о, чего он только не видел! – Локи поворачивается и окидывает взглядом комнату. – Я же всего лишь шут в зале, где был создан мир. Я проказничаю, шучу, отмачиваю выходки. Я не очень важная фигура. Но представь… если бы это я дёргал за струны и заставлял богов плясать. Что если в основе, если копнуть достаточно глубоко, если вскрыть всю правду… что если в сердце всего… была ложь. Как червь в центре яблока, свернувшийся, словно Уроборос. В точности, как тайна человека, свернувшись, прячется в центре каждой твоей частички, какой бы тонкий кусок ни отрезать? Вот бы весёлая вышла шутка?
Келем хмурится, слушая эту чушь, а потом, тряхнув головой, возвращается к своей цели.
– Я создал это место. Из своих неудач. – Он указывает на двери. Тринадцать дверей, идущих вплотную по каждой стене комнаты, в которой больше ничего нет. – Эти двери я не могу открыть. Можешь уйти отсюда, но ни одна дверь не откроется, пока все не будут отперты. Я сам так сделал. – В комнате горит единственная свеча, огонёк которой танцует, когда люди шевелятся. Их тени пляшут под её дудку.
– С чего бы мне захотелось уйти? – В руке Локи появляется серебряный кубок, доверху наполненный тёмно-красным, словно кровь, вином. Он делает глоток.
– Повелеваю именем двенадцати архангелов…
– Да-да. – Отмахивается Локи от заклятья. Вино темнеет, пока не становится настолько чёрным, что начинает притягивать взгляд и слепить. Настолько чёрным, что серебро тускнеет и разлагается. Настолько чёрным, что это уже ничто, отсутствие света. И внезапно становится ключом. Чёрным стеклянным ключом.
– Это…? – В голосе дверного мага слышится жажда. – Он откроет их?
– Надеюсь. – Локи крутит ключ в пальцах.
– Что это за ключ? Не Ахерона же? Взятый с небес, когда…
– Он мой. Я его сделал. Только что.
– Откуда ты знаешь, что он их откроет? – Келем взглядом окидывает комнату.
– Это хороший ключ. – Локи смотрит магу в глаза. – Это каждый ключ. Каждый ключ, что был и есть, каждый ключ, что будет, каждый ключ, что только может быть.
– Отдай его…
– И что в этом весёлого? – Локи подходит к ближайшей двери и прикладывает к ней палец. – Вот эта. – Все двери простые и деревянные, но когда он прикасается к этой двери, она становится блестящей и безупречной панелью из чёрного стекла. – Она хитрая. – Локи прикладывает ладонь к двери, и появляется колесо. Восьмиспицевое колесо из того же чёрного стекла выступает над поверхностью, и кажется, что, повернув его, можно отпереть и открыть дверь. Локи не прикасается к нему. Вместо этого он постукивает своим ключом по стене рядом с дверью, и вся комната преображается. Теперь это высокий свод со стенами из литого камня и громадной круглой дверью из серебристой стали в потолке. От панелей, встроенных в стены, исходит свет. Вперёд уходит коридор, который тянется дальше, чем хватает взгляда. Тринадцать арок из серебристой стали стоят по краям свода, каждая в футе от стены, каждая залита мерцающим светом, словно пляшущими на воде лунными бликами. За исключением одной арки перед Локи – эта чёрная, её кристаллическая поверхность расщепляет и поглощает свет. – Открой эту дверь, и миру конец.
Локи двигается дальше, прикасаясь по очереди к каждой двери.
– Келем, твоя смерть за одной из этих дверей.
Маг напрягается, а потом насмешливо говорит:
– Бог обманов, так…
– Не волнуйся. – Локи ухмыляется. – Её тебе не открыть.
– Отдай мне ключ. – Келем протягивает руку, но не делает ни шага в сторону гостя.
– А что насчёт этой двери? – Локи смотрит вверх на круг серебристой стали. – Ты пытался спрятать её от меня.
Келем ничего не говорит.
– Сколько поколений твои люди прожили здесь, в этих пещерах, прячась от мира?
– Это не пещеры! – Возмущается Келем. Он отдёргивает руку. – Мир отравлен. День Тысячи Солнц…
– …был двести лет назад. – Локи беспечно взмахивает ключом в сторону потолка. Громадная дверь скрежещет, потом качается на петлях, окатывая их фонтаном земли и пыли. Она толщиной в рост человека.
– Нет! – Келем падает на колени, закрывая голову руками. Пыль оседает вокруг него, делая из мага старика. Пол покрыт землёй с зеленью, в ней копошатся черви, носятся жуки, и высоко над ними, за длинной вертикальной шахтой полыхает круг голубого неба.
– Вот, я открыл тебе самую важную дверь. Выходи, возьми себе, что сможешь, пока всё не исчезло. С востока земли уже заново заселяют другие. – Локи оглядывается, словно в поисках выхода для себя. – Можешь меня не благодарить.
Келем поднимает голову и стирает грязь с красных слезящихся глаз.
– Отдай мне ключ. – Его голос хрипит.
– Тебе придётся поискать его.
– Я приказываю тебе… – Но ключ исчез, и Локи исчез. Остаётся только Келем. Келем и его неудачи.