Пролог
– Ну что, Танечка, добегалась? – ласково произнес наглый похититель невинных дев тихим рокочущим голосом и довольно ухмыльнулся.
Я мрачно созерцала Жаркова, жалея, что взглядом нельзя убить. Мы сидели в кабинете его хаты на Миллионной, в центре Питера. Учитывая, что пришла в себя я тоже здесь, на кожаном диванчике у стены, и первое, что увидела, – это физиономия склонившегося надо мной Димки, возможности проверить, заперта ли дверь, не было. Но, думаю, да. Заперта. А ключ мне вряд ли любезно вручат. Обидно, черт… Страх от того, что я в полной его власти, перекрывала злость. Похитил, зараза такая! Прямо около дома!! И вычислил ведь, куда я переехала из общаги. Сволочь! Гад! А папа в командировке, далеко…
– Итак, Танюша, – тем же ласковым голосом продолжил Жарков, переплетя пальцы и не сводя с меня своих проклятущих глаз цвета старого янтаря, в которых затаился красноватый огонек. – Я просил по-хорошему, ты заупрямилась.
Я невольно вздрогнула – с таким предвкушением это прозвучало, а от следующих слов пробрал мороз до самых костей.
– Теперь условия диктую я. Будешь моей девушкой, и мы это пропишем в договоре. И никуда ты не сбежишь от меня больше.
– Разбежался! – тут же взвилась я, скрыв под возмущением отчаяние и новую волну страха. – Жарков, ты охренел, что ли?!
Нет, нет, не хочу, не буду, инстинкты, заткнитесь, эмоции, пошли на фиг, я не хочу встречаться с ним!.. Ведь только успокоилась, только пришла в себя!
– Тань, твое упрямство мне надоело. – Жарков пропустил мимо ушей мои слова. – Я сказал, будет так, как я решил, раз упорно шарахаешься и не хочешь слушать, что говорю, – негромко продолжил он, не сводя с меня пристального взгляда, пока я хватала ртом воздух, онемев от беспредельной наглости и уверенности этого… демона волосатого! – Родителей твоих все равно нет, я проверял, они уехали. И не делай такого возмущенного личика, – он снова улыбнулся, а я подавилась очередным воплем, испуганно уставившись на него. Улыбка вышла мечтательной и нежной. – Я помню, как ты реагировала на мои поцелуи, Танюша. И не только, – выразительно так намекнул он, а у меня спину как ледяной крупой обсыпало. – Ну а если ты до сих пор дуешься за тот маленький срыв в клубе. – Димка на мгновение замолчал и продолжил: – Сама понимаешь, я не люблю, когда кто-то чужой трогает мою девушку. И уж тем более так нагло ее лапает. – В золотистых глазах блеснули багровые сполохи. – У тебя час на сбор вещей, Танюша. Я подвезу и помогу, – продолжил он, ухмылка стала шире.
– Я никуда не перееду и ничего собирать не буду! – выкрикнула, стиснув подлокотники. – И да, знаешь ли, в том клубе вы со своим приятелем показали свою истинную натуру! Кстати, где его потерял, а? – язвительно добавила, черпая в злости хоть какое-то спасение от страха.
Он… он так уверенно себя вел, и отчаяние во мне поднялось с новой силой. Закралось подозрение, что у Жаркова припрятан козырь, который не позволит мне противиться его наглым действиям. Что там демон про договор упоминал?..
– Ты дружишь с Катей, да? – Тот же ласковый тон, от которого тело против воли наполнялось сладкой истомой, а мысли сворачивали совсем не в ту сторону.
Танька, очнись!! Но в глазах Димки горел мрачный огонек решимости. Рубинового цвета. На слова о друге он не обратил никакого внимания.
– А она простой человек. Думаю, тебе не слишком понравится, если с ней что-то случится, да? Или этот, как его, водяной? Мне, знаешь ли, не нравится, если моя девушка предпочитает общество какого-то пацана моему. – Жарков чуть сузил глаза. – Но ты же хочешь дальше с ним… дружить, Танюша?
Вот эта пауза перед последним словом взбесила несказанно. На что он намекает?! Мы с Пашкой действительно дружим, он вообще ни разу ничего такого по отношению ко мне не позволил! Маньяк, придурок озабоченный! Я скрипнула зубами, злость бушевала внутри, успешно подавляя тихую радость от того, что этот вот конкретно зарвавшийся индивид все-таки здесь, рядом, протяни руку – дотронешься. И пусть сейчас он вел себя как последняя сволочь, я… черт, я скучала. Сильно. И, как с ужасом поняла, не только по нему. Хотя… Димка умел быть разным. Стоп, не буду вспоминать о наших свиданиях! Сейчас он зашел слишком далеко! Шантаж – это уже перебор, как и похищение, как и выставление мне условий. Но с другой стороны, я слишком ясно понимала: Димка не отступится. Да еще и приятеля своего подключит наверняка, а с ним я тем более не хотела встречаться! Вот про Катьку это Жарков зря, подставлять бывшую соседку не хотелось, она же ни сном ни духом, кто я такая на самом деле. А она – просто человек, хоть и живет теперь с лешим.
– Это подло, Жарков, – глухо отозвалась я, стиснув подлокотники кресла, в котором сидела. – Слышишь, подло! Не трогай их!..
Раздражение мешалось с отчаянием и… радостью… Ненавижу, ненавижу!!!
– Умница моя, значит, согласна? – мурлыкнул Жарков.
– Да, – сухо бросила я. – Где договор?
Не сомневаюсь, демон уже подготовил его. Кошмар какой, встречаться с ним по договору! Заключить… сделку, будто куплю-продажу обсуждаем! Моей невинности, ага.
– Пожалуйста, моя девочка, – весело ответил Димка и подвинул ноут. – Там просто и понятно.
Вопреки всему, от того, как он назвал меня, тело затопила жаркая истома, загубив на корню намерение ругаться дальше. Демон, тьфу! Вот когда я пожалела о своей сущности и неспособности сопротивляться обаянию Жаркова! Я вцепилась в мышку, но… обнаружила, что файл защищен от исправлений и открыт только для чтения. Точно, подготовился. Начала читать… Действительно, все предельно просто:
«1. Спальня общая, спим вместе.
2. Обязательно отвечать на звонки и сообщения.
3. Ставить в известность, если куда-то отлучаюсь без сопровождения.
4. Не находиться в обществе незнакомых мужчин дольше пяти минут.
5. Быть послушной девочкой».
Ну и все. Кратко, лаконично, внизу моя фамилия и фамилия демона. Блин. Блин, блин, блинский. Попадос!!! Я не буду с ним спать, на фиг, ни просто так, ни… никак вообще! Мне нельзя, черт возьми! Я не хочу, не хочу, не хочу-у-у!.. И плевать, что при мысли о том, что мы с ним окажемся в одной постели, внутри все радостно обмирает и становится невыносимо жарко! Вспомнились те выходные на даче, когда я все-таки оказалась в этой постели… Подняла на Жаркова взгляд и решила уточнить некоторые моменты. Уже все равно, что он там подумает.
– Секса не будет. – Я смело встретилась с его глазами, в которых мелькали рубиновые сполохи.
– Без твоего желания, – тут же подхватил он с похабной ухмылочкой.
Только открыла рот, чтобы согласиться, но тут же его захлопнула, с подозрением прищурившись. В чем подвох? Я и так не соглашусь, ни за что и никогда! Даже несмотря на то, как реагировала на Жаркова и его поцелуи!
– Его и не будет, – осторожно ответила, напряженно глядя на собеседника.
– Танюша… – вкрадчиво произнес хозяин кабинета, и меня как в теплый сироп окунули. Стало жарко и сладко, и снова страшно. – Я буду к тебе прикасаться, вредная моя, и целовать тоже буду. И я знаю, тебе это понравится.
Мало ли что знаешь! Я сглотнула сухим горлом, ладошки вспотели от нервного волнения. Памятуя, как плавлюсь от поцелуев и… и остального, да уж, секс будет, и в ближайшее время. И… есть большая вероятность, что после моей первой ночи с демоном Жарков получит персональную игрушку, а я… я навсегда потеряю себя как личность. Не хочу-у-у-у! Я прикусила губу, едва сдерживаясь, чтобы не всхлипнуть от отчаяния.
– Жарков… – прохрипела, но он перебил.
– Танечка… – И голос мягкий такой, нежный. И… глаза… тоже так нежно смотрят, ругаться как-то совсем расхотелось. – Я не отпущу тебя. Никуда. Поняла? Даже не надейся.
Я откинулась на спинку кресла, растерянно моргнула, облизала губы. Он не шутил. Он на полном серьезе говорил! Слова резко позабылись, что сказать в ответ, я понятия не имела. Демон же вернул себе ноут, подключил его к принтеру, пару раз щелкнул мышкой, и через несколько минут передо мной лежал экземпляр договора. Ну… подпишу его и что? Что мешает нарушить?..
– Кровью, Танюша.
У меня похолодели пальцы. Кровью – это серьезно, это значит, придется соблюдать! Каждый пункт. Глаза защипало, лист расплылся перед глазами, и пришлось пару раз моргнуть, чтобы прогнать ненужную сейчас влагу. Без истерик, Танюха, только не хватало тут раскисать перед подлым шантажистом!
– Ты… я тебя ненавижу, демон, – пробормотала, слизнув соленую влагу с губ, – пара слезинок все же скатились по щекам. – Тебя и твоего приятеля.
Ответом стали преувеличенно печальный вздох и невозмутимые слова:
– Да кто ж виноват, Танечка, ты сама отказывалась разговаривать со мной. Пришлось идти на крайние меры. А с договором я придумал, – усмехнулся он.
– Не сомневалась, – зло огрызнулась я. – Шантаж тоже, уверена!
Меня одарили прищуренным взглядом, потом хозяин кабинета откинулся на спинку кресла, потянулся, демонстрируя подчеркнутые рукавами футболки рельефные бицепсы. Невольно отвела взгляд, чтобы не дразнить себя привлекательным зрелищем и не провоцировать лишний раз слюноотделение. Красив, зараза такая. И самое поганое, я знаю, он может быть другим! Нежным, внимательным, заботливым… Нет, нет, не хочу с ним встречаться! Ни на каких условиях!! Потому что и другую сторону его увидела, в том же клубе, например. Не прерви нас тогда… Оборвала мысль – и так не по себе, нечего нагнетать обстановку.
– Девочка моя, я буду долго и тщательно вымаливать твое прощение, – проникновенно сказал Димка, и такой неприличный подтекст мне послышался в его словах, что щеки как огнем опалило от вспыхнувшего румянца. – Но только после того, как подпишешь.
В кабинете воцарилась тишина. Я хмуро уставилась на листок, не видя написанного – строчки прыгали перед глазами, от волнения опять сжало горло. Не знаю, как далеко он готов зайти в стремлении заполучить меня, правда ли что-то сделает Пашке и Катьке, и не хочу проверять. Черт. Припер к стенке, зараза такая! И самое печальное, где-то ну очень в глубине души я этому даже рада…
– Тут… тут срок действия договора не указан, – тихо произнесла я, голос позорно дрогнул.
– А он без срока, Танечка, – последовал ответ.
Я недоверчиво прищурилась, уставившись на него. Эм, мне послышалось?
– Это как? – вырвалось у меня.
– Не отпущу, – тихо, внушительно так повторил Жарков. – Сказал же, Таня.
– А… а как же приятель твой? – рискнула спросить, памятуя его заявление в выходные, на его даче.
– Мы договорились, – спокойно произнес Димка. – Еще вопросы, Танюша? Или подписываем?
Вот как. Ну что ж, уже легче, одного демона я… как-нибудь переживу. И подумаю, как справиться с ситуацией. Может, папа, когда вернется, что подскажет – сразу во всем ему повинюсь, честное слово! Жарков подождал возражений, которых не последовало – дар речи опять мне временно отказал, – молча достал из ящика стола упаковку с иголками и надорвал. Я кусала губы, отчаянно не желая становиться девушкой этого демона, у которого бездна эгоизма, непомерное самомнение, непробиваемая уверенность, что есть его мнение и неправильное, и еще куча недостатков, бесивших несказанно. И… и который может быть нежным, заботливым, безумно обаятельным, и только для меня одной… Нет, нет! Не-э-эт, не буду вспоминать! Мой рыжий кошмар так же без слов поманил, пришлось встать, подойти и протянуть руку. Жарков сграбастал мою ладошку своей лапищей, и от этого прикосновения по телу легкой волной пробежала колкая дрожь. Теплые, мягкие пальцы аккуратно сжали мою кисть, быстрый укол иглой, я прикусила язык, чтобы не ойкнуть. Красная капля шлепнулась на лист с договором, потом Димка отпустил мою ладонь и точно так же уколол свой палец – вторая капля упала на бумагу.
Его кровь смешалась с моей, мягко засветилась бледно-розовым и погасла, мгновенно высохнув. Меня на мгновение пронзило странное ощущение, как будто сотни иголочек закололи тело, и я невольно передернулась – магия сработала. Осталось последнее – чистая формальность, потому что кровь скрепила договор крепче подписей. Жарков протянул ручку, по-прежнему не говоря ни слова, но вот во взгляде плескалась радость, и… слишком довольно он улыбался.
– Давай, Тань, – поторопил он, и я заподозрила подвох.
Опустила взгляд на лист бумаги, где следовало поставить подпись. Моргнула, не поверив глазам. Содержимое договора слегка изменилось. Черт, когда, как?! Нет, все пункты остались на месте, только вот…
– Жарков!!! Это как понимать?! – прошипела, толкнув ему листок. – Откуда здесь это?! – Мой палец обвиняюще ткнулся в самый низ.
– Я же сказал, мы договорились, – широко ухмыльнулся Димка, ничуть не смущенный, и кивнул. – Подписывай, Танюш, у тебя выбора нет. Кровь уже на договоре.
Пока я хватала ртом воздух, подбирая цензурные слова, зазвонил Димкин телефон. Не сводя с меня веселого взгляда, он ответил:
– Да? Да, все нормально, заходи, – и отключился.
Я застыла, уже догадываясь, с кем Жарков разговаривал и кого сейчас увижу, если повернусь. Дверь за спиной тихо скрипнула, мое сердце скатилось в пятки и там затаилось, а воздух в легких резко закончился.
– Та-а-а-ань, – позвал Димка и подтолкнул договор обратно. – Не тяни время, бесполезно.
На плечи легли ладони, ноздрей коснулся знакомый аромат, а около уха раздались тихие слова:
– Все, Танюша.
Действительно все. Меня охватило оцепенение, я отстраненно наблюдала, как Димка поставил размашистую подпись, видя, что я не тороплюсь, и в третий раз вернул договор мне. Пальцы сжали ручку, которая ощутимо дрожала, кое-как накорябали мои инициалы… Боже, что будет со мной дальше?!