Глава 1
Данте свирепо глядел поверх кружки кофе на Доминика, Тао, Трика и Маркуса.
– Она не моя пара, – уже в десятый раз повторил он. Данте понимал, что телохранители с ним играют, но был слишком возмущён, чтобы находить в их словах что-то забавное. А было ли что-то забавное в том, что женщина сообщила семерым своим братьям, что Данте – её пара, а за "отказ" ей им хотелось увидеть его яйца на блюдечке?
– А я говорю, что вы двое вместе мило смотрелись, – поддразнивал Трик, откинувшись на спинку стула напротив Данте за длинным дубовым столом. Как только он отодвинул в сторону пустую тарелку, в которой ещё не так давно была овсянка, Грейс – несомненный лучший мировой повар – её забрала, неодобрительно посмотрела на Трика, но Данте видел, что она силилась не улыбнуться.
– Да, вы очень подходили друг другу, – согласился Маркус, на губах которого играла обычная широкая клоунская улыбка, от которой таяло большинство женщин, но которая выбешивала Данте.
Данте с недоверием посмотрел на Маркуса.
– Я и приспешник Сатаны подходили друг другу?
– Кому-то же придётся связаться с этим приспешником Сатаны, – Доминик невинно пожал плечами и сделал глоток кофе.
Трик одарил Данте доброй, понимающей улыбкой, которая более наигранной уже быть не могла.
– Не переживай. Уверен, придёт время, когда она простит тебя за отказ. – Слова об "отказе" бесили Данте так же сильно как фальшивое спокойствие. От своей пары он бы никогда не отказался, даже несмотря на то, что пока не готов её обрести. Не то чтобы он не ощущал в своей жизни отсутствие этой связи.
Ощущал и Данте и его волк. Но всё было не так просто. Когда появится его пара, она на законных основаниях захочет всего его, потребует местечко в самом центре его жизни, будет ожидать от Данте верности, того, что будет у него единственной, навсегда. Для Беты подобное могло стать проблемой. В настоящее время верность Данте принадлежала Трею, а жизнью руководили обязательства перед стаей.
Бета был не только правой рукой Альфы, ответственной за советы по политическому поведению. Он так же был ответственен за защиту и безопасность всей стаи, продумывал планы и стратегии, выступал в качестве посредника в ведении переговоров между Альфой и другими стаями. Данте также обучал телохранителей и командовал ими. Беты делали всю грязную работу, за которую больше никто не брался, в частности, допрашивали и убивали врагов. У Данте имелись отличные навыки дознавателя.
Каждый день Данте проводил в патрулировании территории стаи с охраной на смене, проделывал кучу бумажной работы или совершал важные звонки, чтобы уменьшить нагрузку Трея, и выслушивал членов стаи с проблемами, которые желали ему озвучить. А ещё Данте был ответственен за эмоциональное благополучие стаи так же, как за физическую безопасность.
А также Данте постоянно находился на связи с телохранителями, чтобы всегда быть в курсе любой активности у границ территории стаи. Но эти тяжёлые обязанности были для него нормой, потому что Данте нравилась его должность и он гордился быть Бетой.
Однако паре Данте не придётся разрываться между мужчиной и положением в стае. Он много раз видел, как случалось подобное. Да, конечно, поначалу женщина частенько счастлива, потому что осознаёт, что является парой Беты стаи. Но когда понимает о жертвах, на которые придётся пойти, то тут же выставляет ультиматум: Или твоя работа, или я.
Именно такой ультиматум предъявила мать Данте отцу. И когда отец выбрал работу… что ж, жизнь стала довольно дерьмовой. Если пара Данте предъявит подобный ультиматум, он никогда не повторит выбор своего отца. Он оставит должность Беты. Но пока Данте не готов это сделать.
– Знаешь, нет ничего неправильного в том, чтобы связаться с непростой женщиной, – заметил Маркус, накладывая на тарелку еду. Удивительно, что ему удавалось сохранять такую хорошую форму, ведь, казалось, что он только и делает что ест.
Данте сделал большой глоток кофе.
– Лично я предпочитаю женщин, которые такие же незамысловатые, как и я, – усмехнулся Ретт. – Ну, которые выведут тебя из себя, и ты ведь это понимаешь, как и то, что ты совсем не такой заурядный. Ты можешь быть беззаботным и непринуждённым, но под всем этим глубоким и целостным.
– Ты сейчас описываешь Райана, – Данте указал на сидящего рядом хмурого волка – единственного телохранителя, который не присоединился к игре "давайте-сегодня-выбесим-Данте". Райан – немногословный член стаи – чуть слышно проворчал и снова сосредоточился на тарелке перед собой.
– Райан уж точно целостный, – допустил Ретт. – Как и Трей и все телохранители. Вот почему вы все стали друзьями. По велению души. Но мы не говорим об остальных. Мы говорим о тебе. С тех пор как ты занял должность Беты, когда ещё был юнцом, то всегда ставишь себя на второе место после стаи, нашего Альфы, своих обязанностей. Ты трудоголик в самой запущенной стадии. Тебе нужно найти баланс между работой и развлечениями. Ты должен заботиться о себе так же, как заботишься обо всех остальных.
Данте очень хотелось вмазать Ретту. Парень был искренним, преданным и мог отдать собрату по стае последнюю рубашку, но также анализировал каждый их шаг, разделял на составляющие и находил то, что выводило их из себя. Вот так работал его странный аналитический склад ума. Ретт до раздражительного не мог оставить людей наедине со своими проблемами. Нет, он хотел всех "исправить". Вот почему Тарин называла его "психологический механик". Но Данте не нуждался в починке. Он полностью отдавался работе, но не был на ней повёрнут.
– Полегче, доктор Фрейд. Ты сейчас мне начнёшь загонять о том, что в подростковом возрасте я на подсознательном уровне хотел заняться сексом со своей мамочкой?
Ретт порывался сказать что-то ещё, но резкий взгляд Грейс его остановил.
– Ладно, затыкаюсь. И только потому что ты понимаешь, что я прав.
– А теперь мы можем вернуться к изначальной теме разговора? Почему Глори ложно назвала меня своей парой? Она же понимает, что это не заставит меня с ней связаться.
– Может, её гордость уязвлена, потому что Глори рассчитывала на большее, чем один перепих, и она хочет доставить неприятности, чтобы тебя вернуть, – предположил Тао – глава телохранителей.
– Но, прежде чем её коснуться, я сразу предупредил, что больше одной ночи мне не нужно. – Данте вздохнул. – И с чего бы это ей ожидать чего-то большего?
– Некоторые не могут принять то что видят или слышат. – Выражение лица Ретта было искренне сочувствующим.
– Да, – согласился Доминик. – Как только её братишки с тобой закончат, она, вероятно, будет счастлива.
– Посмотрим… приспешник Сатаны. – Не в первый раз банда братишек наезжает на Данте. По крайней мере на этот раз не собственные.
– Знаешь, они все долбаные ублюдки, – губы Трика сложились в улыбку. – А ещё я слышал, что они сумасшедшие. И я имею в виду не "чудаковато" сумасшедшие, а "мы ищем неприятности…" сумасшедшие. Если бы я был на твоём месте, то, определённо, немного нервничал.
– Нервничал из-за чего? – спросила вошедшая Шайя и села за стол. Рыжеволосая женщина, которая была с детства близкой подругой Тарин, недавно присоединилась к их стае.
Вообще-то Трею не хотелось добавлять в их довольно маленькую стаю из шестнадцати волков нового жильца. За исключением Тарин стая состояла из тех, кто покинул стаю Бьорна, когда изгнали Трея. Но по просьбе Тарин он принял Шайю и также позволил двум членам стаи Бьорна занять места Сельмы и Кирка, когда те покинули стаю Феникс.
Трик улыбнулся Шайе.
– Мы всего лишь поздравляем Данте с обретением пары.
Словно ощутив, что Данте близок к тому, чтобы задушить Трика – не из-за потери контроля, а ради забавы, – Тао быстро объяснил:
– Девчонке Данте на одну ночь видимо не понравилось оказаться в таком статусе и она решила рассказать своим братьям о том, что Данте – её пара, и натравила их на него.
Шайя поморщилась.
– Когда Тарин об этом узнает, ей это явно не понравится. Молитесь, чтобы Трей держал её подальше от этой темы.
Тао посмотрел на Данте.
– И что ты собираешься делать? На твоём месте мне бы захотелось посмотреть в лицо этой Глори.
– Видимо, именно на это она и надеется. Я не играю в её игры. – Данте допил кофе. – Мы встретимся с Ником Акстоном в "Ужине у Мо", как он просил. Как Альфа Глори он вправе узнать все обстоятельства, прежде чем дело примет другой оборот. Отказ ему во встрече нарушит союз между нашими стаями. Ни одна избалованная маленькая принцесса этого не достойна.
– По крайней мере он поступил достойно, позвонив и рассказав о том, что натворила Глори, – заметил Райан.
– А перед встречей мы должны упомянуть об этом нашим Альфам? – спросил Тао.
– Нет. – Естественно, нехорошо утаивать подобное от своих Альф, но часть роли Данте в качестве Беты была защищать их… даже от самих себя. Как правильно заметила Шайя, Трею будет нелегко удержать беременную Тарин от вовлечения в это дело. – Будет лучше, если мы сначала встретимся с Альфой стаи Глори, и только потом расскажем об этом нашим. В этом случае Тарин не потребует взять её на встречу, а Трею не придётся её успокаивать.
Тао и четыре телохранителя кивнули, согласившись с планом.
– А Джейми ещё не спускалась на завтрак? – Шайя спрашивала об ещё одном новом члене стаи. Данте и Джейми были в одной стае. Данте тогда было четырнадцать, когда он с Треем и несколькими членами стаи ушёл, и до недавнего времени с Джейми он не виделся.
Как обычно, когда упоминали Джейми, Трик дьявольски улыбнулся Данте, от чего метки от когтей на его щеке потемнели.
– Нет, ещё не спускалась, – ответил Трик, не отводя взгляд от Данте. – Кто бы мог подумать, что побег от девчонки напугает обычно невозмутимого тебя? Так забавно за этим наблюдать.
– Она меня не пугает.
– Пугает. И всегда пугала.
Ладно, это правда. Когда они были детьми, Джейми повсюду крутилась рядом с Данте как маленький потерявшийся котёнок, следовала за ним, как будто у него имелся ответ на все её проблемы. Парни считали забавным, что низенькая, пухлая девчонка, которая на четыре года младше, подавляла его. Она даже разыгрывала подружек Данте и никакие поддразнивания Трика не могли заставить её прекратить. По-видимому, к характеру Трика у неё был иммунитет. Но у Данте его не было, поэтому из-за Джейми он получал каждый день дозу насмешек.
Данте ожидал, что со временем её давление пропадёт. Но, очевидно, этого не произошло. Джейми не кокетничала с ним бесстыдно, не беспокоила его, но яркими улыбками, лёгкими прикосновениями, тёплыми взглядами выдавала свою заинтересованность Данте. Однако Данте не намеревался отвечать на её заинтересованность, и это он совершенно чётко объяснил прошлой ночью Трику.
Не то чтобы Джейми не привлекала Данте. Несмотря на то, что у неё не было такого личика, при взгляде на которое парень останавливался как вкопанный, но, побывав несколько минут в её обществе задаёшься вопросом, почему не заметил, как она великолепна. А рот Джейми… Данте частенько ловил себя на мысли о том, что хочет прикусить её губу. Аромат Джейми – жимолости и карамели – волк Данте всегда находил… интригующим… А теперь он ещё имел отличительную нотку зрелой женщины, которая ещё больше его возбуждала.
До Джейми волк Данте не интересовался покорными женщинами. И сам Данте ими не интересовался. Ему нравились дерзкие женщины, чья сила не уступала его, и очень любил наблюдать, как они ему покоряются. Не то чтобы Данте хотел видеть женщин связанными, на коленях, называющих его Господин… Хотя, тот раз в Барселоне был забавным. Нет, Данте нравились женщины, которые могли бросить ему вызов, потому что присутствовала возможность капитуляции, что гораздо приятнее и означало, что его доминирующее положение реально: они не подчинялись, потому что это было в их характере; они подчинялись, потому что он владел всем контролем.
Не то чтобы Данте или его волк не уважали покорных волчиц. Они были так же важны в стае как и доминирующие, ведь без них не было бы равновесия. Стая из чистокровных властных оборотней не смогла бы долго просуществовать. Покорный волк – не пассивный, слабый, не имеющий права голоса тихий волк. Джейми уж точно не обладала ничем из этого… на самом-то деле она была полной противоположностью. На психическом уровне покорный волк мог оказаться сильнее властного. Однако в физическом плане они уступали. Покорные волки не делают вызовы тем, кто гораздо выше по рангу. Большинство любой ценой будет избегать стычек. Им крайне сложно кому-то сказать "нет". Джейми из-за силы характера не страдала от таких проблем.
Несмотря на эту силу Данте не верил, что Джейми – или любая другая покорная волчица – способна справиться с полной силой его личности.
Но даже если бы Джейми не была покорной волчицей, Данте не ответил бы на её страстные взгляды. С женщинами собственной стаи даже одноразового перепиха у него никогда не было. Данте не хотелось, чтобы его истинная пара чувствовала себя неуютно, когда он приведёт её домой. Данте видел, как неловко Тарин было рядом с Сельмой, и не хотел ставить в такое положение свою будущую пару. Тарин не испытала расстройства, когда Сельма решила покинуть стаю.
В любом случае Данте пока не хотелось отношений. Не потому что на это не было времени, а потому что прошлый опыт показал, что отношения между оборотнями были опасны. Когда один внезапно обретает истинную пару, ситуация может приобрести очень тяжёлый оборот. Данте не собирался повторять этот опыт.
– Ты мог бы научиться у Джейми парочке трюков, – заметил Трик. – Она знает как повеселиться.
Данте усмехнулся.
– А ещё она невероятно упрямая и немного сумасшедшая. – Дерзость он любил, но вот сумасшествие? Не очень.
Шайя подняла указательный палец.
– Она предпочитает слово "одухотворённая".
– Она, определённо, знает как повеселиться, – усмехнулся Доминик. Он повернулся к Данте. – Как-то ночью я видел, как они с Шайей напились так, словно завтра никогда не наступит, и ржали, смотря какую-то плохую порнушку.
Маркус едва не подавился кофе.
Шайя мечтательно вздохнула, улыбнулась.
– Ах, то ещё было времечко.
– Неужели они трогали себя? Или, ещё лучше – друг друга? – Маркус выглядел так, словно и правда пытается представить эту картину.
– Нет, – ответил Доминик, – они перекидывались анальной пробкой. Той, что ты подарил Джейми на день рождения, просто потому что ты какой-то странный.
Маркус пожал плечами.
– По крайней мере она её хоть как-то использует.
Отлично зная Доминика, Данте с лёгкостью предположил:
– Ты к ним присоединился?
Губы Доминика расплылись в улыбке.
– Ладно, хорошо, так и было. И я повеселился.
Трик резко поднял голову, будто услышал какой-то отдалённый шум.
– Кажется, она сейчас придёт.
Так и оказалось. Невозможно ошибиться в источнике хриплого смеха, который являлся ещё одним свойством, привлекающим как мужчину, так и волка. Голос Джейми мог камень превратить в жидкость. "Но это не важно", – сказал себе Данте. Не важно как сильно она привлекала внешним видом. Не важно как сильно волк Данте её хотел. Не важно, насколько сильно хотелось укусить её губки и насколько соблазнительным и для мужчины и для волка казался аромат Джейми. Данте не интересовался никакими, даже временно рабочими отношениями с Джейми Фэрроу.
Данте глубоко вздохнул и приготовился к той лучезарной улыбке, которой обычно одаривала его Джейми, улыбке, от которой заинтересованно начинал шевелиться его член, в чём Данте никогда себе не признается. Маркус, как делал каждое утро, подвинулся, чтобы рядом с Данте оказалось свободное место. Предатель.
Джейми и её брат Гейб – ещё один новичок стаи – вошли в кухню, держась за руки… и Данте едва челюсть на пол не уронил. Волк начал метаться, встревоженный ещё её смехом. Одетая в обычную мешковатую одежду, которая, как считал Данте, совсем не скрывала её восхитительные изгибы, Джейми вошла в кухню и, прежде чем подойти к столу, поздоровалась с Грейс.
А затем она сделала то, чего никогда не делала прежде и от чего волк Данте раздражённо зарычал – Джейми улыбнулась ему той же самой короткой, вежливой улыбкой, какой одаривала остальных… прошла мимо и села между Домиником и Шайей.
Вот блядство.
Джейми претворялась, что не замечает направленных на неё удивлённых взглядов. Стаю не должно было шокировать, что она посчитала Данте гиблым делом. Да, конечно, Данте для неё был наваждением, но, чёрт возьми, у женщины же есть гордость. Своим безразличием Данте дал понять, что совсем в ней не заинтересован. Гоняться за парнем, который её не хочет, не весело, и не важно, каким горячим Джейми его считает. Она могла попробовать свои силы в соблазнении и посмотреть поддастся ли Данте… Угу. Да она добьётся большего успеха в прибитии к каменной стене желе. Соблазнение не входило в её сильные стороны.
Кроме того, прошлой ночью она подслушала разговор Данте с Триком. Данте сказал, что не рассматривает её как партнёра для отношений. Она не была в его вкусе. Данте сказал, что ему нравятся худые женщины. Вот же поверхностный засранец. Как будто эти комментарии не вогнали бы её в краску, даже если бы она подслушивала одна. Но нет, свидетелем её стыда стала Шайя. Ох, боже!
Что ж, сегодня Джейми не надела обтягивающую футболку с Нью-Йорком и узкие голубые джинсы, чтобы показать этому засранцу, что она больше не пухляшка. Она не нанесла тушь, тени и блеск для губ, как делала обычно. И даже не задавалась вопросом заметил ли это Данте. Совсем.
Хотя, ну, серьёзно же, кто мог её винить в том, что она так сильно хотела Данте?
Широкие плечи, мощная грудь, сильные руки – всё его тело так и кричало "мощный", "смертоносный", "опасный". Джейми выросла среди хорошо сложенных мужчин, видела много мускулистых тел, но Данте входил в собственную лигу. От убедительной, настойчивой индивидуальности казалось, что он занимает больше пространства, чем на самом деле. Данте казался бы неприступным, если бы не его кривая усмешка, от которой сердце женщин переставало биться.
Учитывая, какие красавицы толпами увивались за Данте, Джейми не удивлялась его равнодушию. Он не находился в том положении, чтобы снизойти до простой девчонки, коей она являлась. В их индивидуальностях существовали различия. Данте был приверженцем правил, в то время как Джейми рассматривала их как рекомендации. Он соблюдал моральный кодекс, а у неё были собственные понятия о добре и зле, которые не совпадали с его… как, например, Джейми считала воровством, если её поймали и наказание было в терапевтических целях. Данте был очень хорошим планировщиком, желающим подготовиться к каждому возможному сценарию событий, чтобы всё держать под контролем. А Джейми? Она предпочитала, чтобы всё шло своим чередом и любила рисковать.
К несчастью, ни волчица, ни тело Джейми не видели в этих различиях чего-то важного. И волчица и тело относились к нему с нездоровым интересом, что больно задевало Джейми. Даже когда Данте был ребёнком – маленьким, тощим, хмурым мальчишкой настороже – он её очаровывал. Среди старших братьев он был "коротышкой", и те считали, что могут сделать его жизнь несчастной. Какая ирония, что теперь он был гораздо больше любого из своих братьев, даже больше Джоша, который был Альфой. Ха-ха.
Несмотря на то, что, по его словам, все они были полнейшими ублюдками, у Данте, казалось, имелась внутренняя сила, и это означало, что неважно, что они сделали или сколько, в Данте была полнейшая уверенность в том, что им никогда не коснуться и не оставить глубокий след. Повзрослев, она с восхищением наблюдала за тем, как Данте работал над собой, чтобы стать физически сильным и крепким, пока не стал уверенным в себе и начал на сто процентов чувствовать себя уютно в своей шкуре.
Все эти годы спустя, что-то оставалось в Данте, что манило Джейми и волчицу.
Может, это его проницательные тигрино-карие глаза, дерзкая улыбка или излучаемая уверенность.
Или, быть может, потому что он всегда удивительно и восхитительно держал себя и волка под контролем. У Джейми было ощущение, что на каком-то уровне для Данте контроль очень важен, но она не могла понять причину. В действительности, и для неё он был также важен. Но Данте ни малейшего понятия об этом не имел.
Единственный, кто знал о её проблемах, был брат, и это Джейми устраивало.
Неважно, как сильно её привлекал Данте, больше сохнуть она по нему не станет. Больше никаких гаданий о том, такие ли его короткие орехово-каштановые волосы мягкие, как она представляла. Больше никаких гаданий о том такие ли умелые его большие руки, как она подозревала. И больше никаких гаданий о том, соответствовал ли размер его члена остальным большим частям тела. Но как она могла об этом не думать? Да ладно, она же всего лишь человек. Ну, вроде того.
Так как романтическая привязанность не основывалась только на физическом уровне, то нельзя только силой воли заставить себя избавиться от этой страсти. Очень жаль. Как заметила Шайя, Джейми могла уверенно скрыть это от него. Она могла играть безразличие и позволить ему поверить, что больше в него не влюблена, что пользуется остатками самоуважения. Она могла улыбаться и делать вид, что счастливее никогда не была.
Именно это и намеревалась сделать Джейми. Она не могла позволить себе опуститься до уровня ревущей дурочки из-за какого-то парня. Вот кем был Данте – просто парнем. А парни, как известно всем женщинам, не должны иметь над женщинами власть и заставлять их плевать на самоуважение. Это бы создало вселенский дисбаланс, что недопустимо.
Поэтому, решительно настроенная следовать плану, Джейми взяла тост и продолжила не обращать никакого внимания на того-о-ком-не-должна-думать. У неё были более важные вещи для беспокойства. Например, самоконтроль, который сейчас был для неё очень важен.
Учитывая обстоятельства, может и к лучшему, что Данте она совсем не интересовала. Несмотря на то, что с виду он казался довольно спокойным, что можно было принять за беспечность, на самом деле Данте был начеку, наблюдал за всем, впитывая, как губка, каждую деталь. Если у него появится хоть малейшее подозрение, что Джейми что-то скрывает, то он примется изводить, пока она не даст все ответы.
– Хорошо спала? – спросил сидевший напротив и поедающий арбуз Гейб.
Слова прозвучали как невинный, обычный вопрос, но таили в себе гораздо большее, чем казалось остальным.
– Да, хорошо, спасибо. – Казалось, её улыбка удовлетворила брата, потому что он вернулся к завтраку.
Шайя толкнула её в бок.
– Есть какие-нибудь планы на вторую половину дня?
– Никаких. А что?
– Мы с Грейс и Лидией собираемся прошвырнуться по магазинам. К пятнице мы хотим устроить Тарин сюрприз и подарить ванночку для малыша, поэтому нужно подготовиться. Хочешь пойти с нами?
– Конечно. – Джейми нравилась женщина Альфы. Она обладала остроумием, которое всем нравилось, и Джейми восхищалась её силой. Женщина преодолела латентность и волчица не долго была заперта внутри… а до этого случая о подобном никогда не слышали.
На самом-то деле Джейми нравились все члены стаи… кроме бабули Трея, которая враждебно относилась ко всем свободным женщинам. Своим маленьким безумным мозгом та навоображала, что все свободные женщины могли охомутать одного из "её мальчиков", в число которых входили Трей и его телохранители. Ни одна женщина не была достаточно хороша для мальчиков Греты, вот почему она так ненавидела Тарин. Если повезёт, то Джейми расправится со своим завтраком до того, как придёт старушка.
Когда на колени неожиданно запрыгнул рыжий кот, Джейми улыбнулась. Кот потёрся головой о её грудь, напрашиваясь на ласку, и Джейми, как обычно, с радостью его погладила.
– Никогда не слышала, чтобы кот так громко мурлыкал. Привет, Красавчик, – проворковала Шайя, нежно почесав кота по голове.
– С чего это вдруг ты зовёшь эту уродливую тварь Красавчиком? – Доминик поморщился. – Этот котяра пухлый, мохнатый и весь покрыт шрамами.
– Эй! – Джейми ударила локтем Доминика в рёбра. – Это мой мохнатый Красавчик. Правда, малыш? Три года назад Айви, одна из девчонок, с которыми я работала в собачьем питомнике, нашла его на грани смерти. Несмотря на то, что это был кот, она взяла его в питомник на лечение. К счастью, он быстро поправился и мог вернуться домой. Однако он решил отправиться со мной. Не знаю, может это потому, что я заботилась о нём в питомнике.
Улыбка Доминика как всегда была кокетливой.
– Я бы тоже отправился с тобой куда угодно. Не хочешь взять меня к себе?
Джейми закатила глаза и повернулась к Шайе, кормя кота кусочками мяса и тунца.
– Так когда и где сбор?
– Думаю, часа в два в торговом центре. Подойдёт?
– Отлично. Никогда раньше не выбирала детскую ванночку.
– Я тоже, – ответила Шайя, звуча очень возбуждённо, – но Лидия отлично справляется с украшением, и хорошо знает, что нам нужно купить. Грейс хочет приготовить пирожные и другие вкусности. Я отвечаю за сбор подарков и организацию игр, но мне понадобится помощь, и ты можешь мне пригодиться. – Шайя наклонилась и тихо добавила: – Кстати, мне нравится твой новый образ. Ты должна всегда выставлять напоказ то, что имеешь.
– Я ничего не выставляю напоказ. Просто то, что я не оделась как шлюха и не оставила ничего для воображения не означает, что у меня пивной животик или что-то в этом роде.
– Ты бы видела его лицо, когда вошла. Я почти ожидала, что он начнёт пускать слюни.
– Это всё груди. Мои малышки кого угодно заставят уделить им внимание.
– О чём вы там шепчитесь? – спросил Доминик Джейми.
– Я не могу тебе рассказать, иначе мне придётся тебя убить.
Он сделал забавную мордашку, затем посмотрел вниз и нахмурился.
– А что это на тебе за свободные штаны?
– А что?
– Да в них твоя задница потеряна для всего мира.
Шайя и Гейб застонали, а Джейми рассмеялась. Ей нравился блондинистый извращенец, который всегда вставлял колкие замечания и слишком хорошо выглядел для собственного же блага. Учитывая, что он мог сразить женщину лишь своей улыбкой, Джейми понятия не имела, почему он вообще переживает о морщинах. Казалось, будто он хотел от них избавиться. Если бы не множество женщин, которые восхваляли его таланты в спальни, Джейми посчитала бы Доминика геем.
– Хочешь увидеть, чем я владею? – спросил он.
– Зависит от того, зуд ли это и заразен ли он?
Доминик снова нахмурился.
– Хочу довести до твоего сведения, что я не шлюшонок, коим ты меня считаешь. – Проигнорировав её усмешку, Доминик потянул вверх футболку, обнажая потрясающий пресс и великолепную татуировку красного китайского дракона с широко раскрытой пастью, расположившуюся прямо над сердцем. Остальная часть тела дракона исчезала под рукавом, и Джейми предположила, что она обвивает бицепс.
– Потрясающе.
– Тату ещё не закончена. Скоро нужно сходить на очередную сессию.
– Мне она нравится. И она огромный повод взглянуть на грудь и мышцы. – Загорелую, цвета карамели кожу Доминика так и хотелось облизать.
– Детка, тебе не нужен повод. Как только захочешь увидеть любую часть этого тела, только попроси. Эй, а ты уже слышала о небольшой проблемке Данте?
Как только Доминик закончил пересказывать историю, Джейми выдохнула:
– Вот сука. – На долю секунды она забылась и хотела предложить лично разобраться с той властной женщиной.
"Покорная волчица так бы не поступила", – напомнил голос разума.
Шайя кивнула.
– Да, надо расквитаться с сукой. Она заслужила то, что получит… Хотя, надеюсь, что наша беременная Альфа не взбесится из-за этого.
Прикончив тост, Джейми аккуратно опустила на пол Красавчика и поднялась с места.
– Мне нужно заняться делами. Увидимся позже. – Она уже и так опаздывала, что, к несчастью, казалось, стало её личной чертой.
Проходя мимо Данте, Джейми ничего не смогла с собой поделать и посмотрела на него. Он хмуро посмотрел на неё в ответ. И чем, чёрт возьми, он недоволен? Казалось, не важно, что она говорила или делала, он всегда вёл себя как заноза в заднице. Чёрт. Джейми давно уже пришла к выводу, что невозможно найти парней, которые были бы внимательными, чувственными и страстными. Ну, невозможно найти тех, у которых уже у самих нет бойфрендов.
Больше не желая, чтобы Данте занимал её мысли, она откинула их прочь.
Подойдя к Грейс, которая бурчала "дерьмо, дерьмо, дерьмо" на горячую сковороду – женщина очень много употребляла это слово, – Джейми быстро чмокнула её в щёку.
– Спасибо за завтрак. Увидимся позже.
Двигаясь по сети коридоров в комнату, чтобы забрать рюкзак, Джейми снова удивилась тому, какими гладкими были стены из песчаника. Стая жила в пещерах, которые соединялись ходами и образовывали один гигантский дом. Несмотря на то, что на протяжении лет древние жилища модернизировались, она по-прежнему могла увидеть, как всё здесь выглядело в каменном веке. Джейми, конечно, не ожидала современного убранства, роскошного коврового покрытия, современной мебели из массивного дуба и сосны. Хотя, наверное, стоило учесть, что Лидия – художник-оформитель – была очень творческой личностью и настояла на отделке интерьера.
Тарин любила называть это место "Бедрок", вот почему Трея она частенько называла Флинстоуном. Забрав рюкзак, Джейми направилась к выходу из пещер, спустилась по гладкой, вырезанной в скале лестнице и вошла на скрытую автостоянку. Оказавшись в своём Шевроле, Джейми покинула территорию стаи, помахав Кэму, – супругу Лидии – охранявшему ворота, и направилась к собачьему питомнику, в котором работала с шестнадцати лет.
Все собаки, находившиеся в питомнике, были спасены из ужасных условий и были настолько травмированы, что не могли отправиться в другой дом. Во многих случаях подобных собак убивали, особенно, если они были слишком дикими. Одна из причин, почему Джейми каждую неделю работала там по утрам, состояла в том, что могла найти с ними язык так, как никогда не могла найти с оборотнем.
Через двадцать минут Джейми оказалась в питомнике. Сменив в одной из раздевалок джинсы и футболку на комбинезон защитного цвета, она бросила рюкзак в шкафчик и отправилась в свою рабочую секцию. В содержании и управлении питомником состояло много человек, но в обязанности Джейми входила забота о двадцати собаках, которых она очень любила.
Она присела на корточки рядом с открытой собачьей клеткой и начала гладить щенков немецкой овчарки с двумя коллегами и лучшими друзьями. За исключением брата, эти двое единственные знали её секрет.
– Ты видела когда-нибудь что-то настолько восхитительное? – воскликнула Райли, белая львица-оборотень, когда заметила приближение Джейми.
"Да, Данте". Но Джейми тут же выкинула эту мысль из головы. Слава богу, что она не произнесла этого вслух.
– Ты снова опоздала, – укорила Айви, но тон ведьмы содержал игривые нотки. – Спасибо, что наконец-то к нам присоединилась.
– Да, что ж, исполнительность – отличное качество.
Послышалась серия звуковых сигналов. Райли вытащила из кармана мобильник. Внезапно её личико в форме сердечка покраснело, от чего светлые волосы показались ещё белее.
– Сообщение от Айдана? – полюбопытствовала Айви.
– Да, дикий бык собственной персоной, – горько подтвердила Райли.
– Значит, ты не позволяешь ему уговорить тебя дать ему второй шанс, – комментарий Айви больше походил на утверждение.
– Чёрт, нет.
– Хорошо. Хочешь, чтобы я применила немного магии и сделала его импотентом? – В выражении лица Айви читалась надежда.
– Я больше подумываю о каком-нибудь венерическом заболевании.
– Звучит здорово.
Райли слегка подтолкнула локтем Айви и улыбнулась.
– Ты уже рассказала Джейми, что сделала своему обманщику бывшему?
– Что? – Джейми знала, что история окажется занимательной. Айви была отличным человеком, но когда дело касалось парней, пощады от неё не жди. Хотя, это неудивительно. Айви была уникальным типом ведьмы – она была сиреной, но не мистической версией, сидящей на скалах и завлекающей моряков. Сирены вроде Айви использовали свои мощные голоса для колдовства и чар. Кроме того, они излучали сексуальность и чувственность, и тем самым приманивали мужчин.
Айви возмущало, что парни настолько были загипнотизированы её внешней красотой, что не заглядывали внутрь. Она не часто заводила отношения. Если парень переходил ей дорогу… хорошего не жди.
Выражение лица Айви было самой невинностью.
– Я ввела его в состояние глубокого сна и побрила с головы до ног, уделив особое внимание спине, мошонке и щели между ягодицами.
"Типичная Айви", – подумала Джейми.
– И что он сделал, когда проснулся?
– Он сильно разозлился, орал, но трудно было принимать его всерьёз, когда он походил на манекен. Стыдоба да и только. Он был пумой и, ты же знаешь, какой ходит слушок, что мужчины-оборотни из семейства кошачьих очень хороши в оральном сексе из-за лёгкой шероховатости языка? Эти слухи имеют основание.
– Я знаю это по опыту. – Райли покачала головой, выглядя огорчённой. – Мы должны прекратить все разговоры о парнях и сексе, а то я возбуждаюсь.
– И я. – Айви перекинула волосы цвета воронова крыла через плечо. Джейми поймала себя на мысли, что хочет такие же блестящие волосы. Ей множество раз говорили, что её волосы гладкие и здоровые, но волосы Айви были какими-то другими. Казалось, они поглощали и отражали свет. В зависимости от света, её волосы могли казаться фиолетовыми. – Настало время, чтобы мы что-то предприняли, чтобы утолить голод наших либидо.
Джейми кивнула.
– Определённо. Особенно, когда я решила сдаться с Данте.
Айви и Райли открыли изумлённо рты. Несмотря на то, что ни одна из них Данте не видела, Джейми им много о нём рассказывала.
– Признаёшь поражение? – Айви недоверчиво покачала головой. – За все те годы, что я тебя знаю, не видела, чтобы ты в чём-то сдавалась.
– А теперь сдаюсь и восстанавливаю остатки самоуважения. – Джейми рассказала о подслушанном разговоре между Данте и Триком.
– Вот же засранец, – не выдержала Айви.
– Тогда нам точно нужно выбраться на тусовку, – заявила Райли, – потому что я почти изнасиловала Д-н-Б.
– Д-н-Б? – переспросила Айви.
– Дружок на батарейках. Неужели у тебя такого нет?
– Конечно же, есть. Я зову его Джек-Отбойный молоток. А у тебя есть, Джейми?
– Я зову свой "Отросточек".
Айви громко рассмеялась.
– Мне нравится. В любом случае, Джек-Отбойный молоток нуждается в передышке. Как насчёт похода в "Энигму" на этих выходных?
"Энигма" была местным клубом, исключительно для сверхъестественных существ. Людей в него не пускали, потому что в этом клубе не запрещались сексуальные контакты. Сверхъестественные создания относились нормально к случайному, хоть и не легкомысленному, сексу. В их культуре два человека, наслаждающиеся интимностью были красивым, естественным и самым первобытным явлением и отвечали примитивной потребности к прикосновениям – социальным и сексуальным. В этот момент всегда существовал обмен уважением и наслаждением. Люди не всегда понимали культуру оборотней и порой чувствовали себя неуютно или обижались, когда оборотень пытался интимно прикоснуться. В прошлом это вызывало множество проблем, поэтому большинство клубов для оборотней закрыли доступ для людей.
– Операция "Успокой либидо" должна начаться субботней ночью. – Райли повернулась к Джейми. – Ты как?
– Субботняя ночь в "Энигме", – протянула Джейми. – А до тех пор придётся расчехлить вибраторы и мечтать о шершавых языках.
Айви улыбнулась.
– Отличный план.
На этом Джейми, Айви и Райли вошли в здание и приступили к своим обязанностям.
С обеих сторон длинного прохода располагались клетки. Гомон был ужасающим: собаки выли, лаяли, рычали и скулили. Джейми жалела животных, застрявших здесь, находящихся в смятении, испуганных. Всех работников просили носить наушники, которые не заглушали шум и не препятствовали разговорам с коллегами, но не давали шуму вредить барабанным перепонкам.
Как обычно Джейми провела следующие несколько часов в рутинной работе: одну за одной она выводила собак из клеток, заводила в уличный загон и в это время убирала старые и грязные газеты, чистила и мыла пол. Затем настилала чистые газеты, приносила еду, воду и возвращала собак в клетки.
Джейми испытывала ко всем ним слабость, но особенно её сердце разрывал один пёсик – Бен – маленькая, худая дворняжка с шерстью песчаного цвета, которая, как обычно, свернулась в углу своей клетки и дрожала. Брат Джейми назвал бы это состояние на грани нервного срыва. Как только Джейми закончила с уборкой клеток, то села на свежую подстилку рядом с собакой, легонько погладила её и тихо начала с ней разговаривать… просто ни о чём. Через несколько минут Бен вскарабкался ей на колени и снова свернулся в клубок, а Джейми продолжила гладить его по грубой шерсти.
– Ты балуешь его. – Услышав знакомый низкий голос, Джейми подняла голову и увидела ещё одного работника – Шона. Несмотря на то, что одет он был в старый, грязный спортивный костюм, каким-то образом в нём он умудрялся выглядеть как всегда мило.
– Таким своим состоянием он разбивает мне сердце. – Джейми аккуратно переложила спящего пса на пол и поднялась на ноги.
– Так как твоя смена окончена, я пришёл спросить, не хочешь ли ты со мной пообедать.
Боже, этот парень был таким упорным. Не важно, сколько раз он уже получил от Джейми отказ, всё равно, по меньшей мере, раз в неделю он приглашал её на обед. Однажды, пять лет назад, у них была короткая интрижка. Шон был милым парнем, с хорошей внешностью и волчице Джейми он нравился. Поэтому, интрижка могла превратиться во что-то более продолжительное, если бы только не одно "но"… Шон был человеком.
Джейми не имела ничего против людей, но что-то большее, чем короткий роман с ними заводить не рекомендовалось. Их культура полностью отличалась от культуры сверхъестественных существ, поэтому они не могли понять глубину и важность связи истинной пары, и поэтому не отходили в сторону, если оборотни, с которыми они встречались, внезапно находили свою пару. В прошлом это приводило к множеству драк… ведь никто не должен пытаться встать между истинными половинками. Затем к этому подключились группы "Убить демонов", которые использовали эти инциденты как свидетельство того, что оборотни были мерзкими тварями, их нужно уничтожить и бла-бла-бла.
Да какого чёрта.
Сейчас для Джейми это проблемой не было, потому что даже если она найдёт того, кто станет половинкой её души, она не захочет связывать с ним свою жизнь. Из-за проблем с волчицей Джейми не могла образовать метафизическую связь с парой без риска для его жизни, а сделать это она не была готова.
"Но, может, короткая интрижка с кем-то не станет уж чем-то плохим", – подумала Джейми, снова посмотрев на Шона. Не казалось, что он ожидал от неё того, чего она не способна была дать. Он понимал отношения и, естественно, знал, что делать в спальне. Однако существовала проблема. Шону нравилась другая. Да, естественно, между ними могла быть только короткая интрижка, это не большое дело, но будет ли справедливо то, что влюблены они в других? Нельзя же сказать, что она не могла провести с Шоном немного времени и посмотреть, а вдруг природа возьмёт своё, верно? Джейми не была из тех девушек, которых остановил бы такой маленький пустячок как скучность Шона. Вообще-то, это своего рода было мило.
– Да, мы можем пообедать, но только как друзья, – настояла Джейми, закрывая клетку Бена. – Пока. Ты всё ещё испытываешь чувства к другой, а я едва начала процесс жизни без одного мужчины.
Без того, с кем она даже не встречалась… каким бы жалким это ни было?
Шон улыбнулся и кивнул.
– Пока. Может, нам обоим именно сейчас нужна обыкновенная дружба.
Через двадцать минут они были в забегаловке "У Мо". Едва парочка сделала заказ, как дверь открылась и в заведение вошёл объект самых грязных – ладно, самых греховных – фантазий Джейми.
Как обычно он выглядел бесстрашным, резким, сильным и таким чертовски горячим, что Джейми затаила дыхание.
Его властная, уверенная, целеустремлённая походка не должна была быть такой чертовски привлекательной, учитывая, что он граничил с дерзостью, но горячила кровь и возбуждала волчицу. Джейми могла поспорить, что и в постели он был таким же властным и умелым…
"Нет, больше никаких мечтаний о нём!"
Внутренний голос был прав. Джейми снова сосредоточила внимание на Шоне, улыбнулась ему и попросила бога, чтобы её тело так отзывалось на него, а не на дерзкого придурка по другую сторону забегаловки. Вот чёрт.