Пролог
Недалекое прошлое
Признаю честно, я виновата перед Вами. Я подлая, жестокая, мерзкая и циничная обманщица, с Вашей, вполне обоснованной ситуацией, точки зрения. Подозреваю, что Вы наверняка найдете куда больше красочных эпитетов для обозначения совершенного мной.
Признаю, я использовала мгновения Вашей благосклонности, чтобы добраться до ключей, карт, архивов и арсеналов.
Но не обвиняйте меня в лицемерии. В том, что Ваше общество доставило мне несказанное удовольствие, я признаюсь откровенно и честно, и, уверяю, это правда. Верьте хотя бы в это!
Как странно считать искренность чувств, возникших между двумя врагами, единственным утешением.
Как странно убеждать Вас в своей честности, предавая.
Как странно надеяться, что Ваши чувства были искренни и я не зря трачу последние мгновения перед бегством не на заметание следов, а на прощальное письмо.
И я не прошу прощения, ибо для меня его не существует.
Вы не хуже меня знаете, что, когда речь заходит о выживании вида, всем остальным пренебрегают. Мелочами – жизнью, честью, именем, чувствами… Можно обманывать, предавать, убивать… Так все начиналось, но потом, позже, все изменилось. И стало только тяжелее.
Мы такие разные, да, но как же в решениях похожи.
Для нас обоих есть только долг.
Бесконечно тяжелый долг перед расой, который ведет нас в разные стороны, когда душа просит совсем иного. Мига близости, капли безоблачного счастья. Доверия. Но сколько жизней можно отдать за несколько дней покоя? Чужих жизней, за которые отвечаешь.
Ваша благосклонность, моя благодарность – все прах и тлен перед предназначением и долгом.
Для меня все еще сложнее. Мой долг – не перед расой, не только перед сеани, он – перед самим миром. Перед мирозданием, перед магией и самой стихией.
Долг, призвавший меня, сильнее самых ярких чувств. И разумом я прекрасно это понимаю, потому, содрогаясь от ненависти к самой себе, совершаю то, что совершаю.
Как говорили великие древние, что жили не здесь: «Делай что должно, дабы случилось что суждено». Нам не суждено быть рядом среди войны. Нам суждено стать врагами.
Что бы Вы ни сделали теперь, руководствуясь уже своим долгом, понятиями чести, присягой и клятвами, пускай мне говорили, что у дэрхани чести нет, даже ненавистью, на которую Вы имеете полное право, я приму это. Когда настанет мой черед расплачиваться, клянусь, смиренно приму свою участь. Хотя не раньше, чем исполню свой долг.
Я – виновата!
Но противиться бросившей меня в неизвестность силе я не могла.
И нет, я не оправдываюсь, я просто хочу рассказать, хотя бы Вам. Тяжко не иметь возможности поговорить о том, что произошло со мной, о цепях, что тянут куда-то, заставляют делать что-то, но Оковы словно наложили печать запрета на разговоры о происходящем. А вот так, в письме… можно.
Я потеряла много, почти все. От прошлой жизни остались только смутные картинки, ощущения, обрывки разговоров.
Но мой родной мир другой, и он мне более недоступен. Ведь в нем я, кажется, умерла.
Помню…
Высокие дома, выстроившиеся рядами, как на параде, густо-серое небо, расцвеченное лучами прожекторов, узкие полоски зелени. Сотни машин, несущихся по дорогам, ручьями растекающиеся по многоярусным развилкам.
Чьи-то теплые ласковые руки, мелодичные голоса. Колыбельная, нежно журчащая в сознании. Строгое, но гордое лицо отца, мягкая улыбка матери.
Музыка, круговорот движения, вечно неспящая страна занятых одиноких людей.
Долгая-долгая жизнь. Под конец – глупость, но спасшая пару жизней тем, кто, кажется, может устроить встряску целому миру. Информация – это власть… Ценой моей жизни оказались три флеш-диска.
Помню.
Стремительное бегство сквозь ночной город. Хриплое дыхание вырывается белым туманным облачком. Оглушительный стук крови в висках. Топот преследователей. Загонщиков.
Неудачно свернула, как им кажется. Тупик. Подъезд.
Вверх по лестнице. Смутные зловещие тени, окружающие жертву на крыше. Отчаянная злость. Безумная усмешка, контакт под пяткой замкнут… На лицах преследователей – недоумение. И огненный шар взрыва выбрасывает меня во тьму. Долгое падение. Плеск воды, безжалостной холодной толщей смыкающейся над головой. Темнота, боль, разрывающая легкие. Лед.
Все.
Но оказалось – нет.
Нигде, никогда… темнота. Тела нет, только разум в странном, пустом пространстве, где есть лишь безостановочно вращающееся колесо, переливающееся всеми оттенками тьмы. И страх. Потому что сознание, сохранившее себя, медленно размывалось, сохраняя чувства. Ощущать, как исчезает часть себя, больно…
Неожиданно все изменилось.
Властный голос, наполнивший модуляциями мою душу, предлагающий необычный выбор. Или вечное забвение, или служба Равновесию, череда новых жизней и смертей во имя непонятного долга… Сила, власть и знание, бесконечный путь, круговорот мироздания, непрерывная череда спасенных миров.
Торопливое, необдуманное согласие.
Золотые змеи смыкаются вокруг запястий браслетами. Это Оковы Равновесия. Клыки, полные яда, впиваются в вены, наполняя их силой. Круг вращается все быстрее и быстрее – и вышвыривает в иной мир.
И, без передышки, снова боль, снова бой!
Та самая битва, поворотный момент войны. Тот горный город, где были похоронены последние зачинщики конфликта и предатели, уничтожившие Высший совет дэрхани, и началось избиение беззащитных и невиновных. Но дэрхани никогда не умели прощать, не так ли?
Бесконечное отступление, марш-броски на выносливость, ловушки для наступающих сил, эвакуация мирного населения.
Все это Вам знакомо? Разумеется, но я не солдат и никогда им не была. Просто мирный житель, на которого неожиданно свалилось знание. Знание, как поступить правильно, как спасти больше сеани, кем можно пожертвовать, чтобы не рухнул мир. Кто еще сможет ценой жизни задержать авангард, чтобы я успела отправить следующую сотню детей порталом в неизвестность.
Кровавый водоворот и беспрестанное напряжение. Да, знание было, сила помогала держаться, не срываясь в истерику, но… это война.
Все, что я делала, – просто минимизировала потери. Хотя многим казалось, что совершала невозможное.
Стрекот выстрелов, алые бутоны разрывов.
Кровь, смерть и ненависть… Обоюдная.
Потом было еще одно закономерно проигранное, ведь воинская каста давно выбита, сражение. Неразбериха беспорядочного отступления.
Плен. Я даже обрадовалась, быстро затерявшись в перепуганной толпе. Никакой больше ответственности. Все кончено. Может, теперь я отдохну? Но нет, Оковы все еще жили, полные силы, и принуждали к действиям.
Помните?
Сбившиеся в толпу беззащитные сеани, жмущиеся под дулами пулеметов. Тусклые глаза и опущенные плечи. Безнадежность.
Это момент нашей первой личной встречи. Эрдаэли Риш… Мы знали друг друга по повадкам наших подчиненных, по линиям на тактических картах, по сотням атак, отступлений и ловушек. Но лицом к лицу не встречались никогда.
Помните, как медленно, словно сытый тигр, Вы прохаживались вдоль ряда пленников? За торжество во взгляде и хищную довольную усмешку не имею права обвинять. Но это было страшно. Я же знала, кого Вы ищете… того, кто лишил Вас законной добычи, окончательного отмщения, кровавой тризны по роду и семье.
И в то же время приветствовала бы смерть, потому что устала. И пожалуй, спровоцировала бы Вас, но… Оковы!
Никто меня не узнал.
Остановившись, словно почуяв не видимый никому, кроме меня, золотистый свет силы, Вы пристально вгляделись в мое лицо. Сердце зашлось в бешеном ритме, колени ослабели… Мгновенное осознание оглушающей волной смыло все преграды.
Импринтинг. Та самая сказочная связь между душами сеани и дэрхани, основа этого мира. Да, она существует. Да, это именно то, из-за чего вообще начался разлад. Да, именно она соединила нас. Да, я не из этого мира, но воплощена волей Равновесия совсем как сеани.
Иногда многие знания лишь мешают. И причины конфликта (о да, кто сильнее?) кажутся смешными, если бы не были так страшны его последствия. Я скажу: «Поверьте мне». Нет в этой связи старших и младших, подчиняющихся и командующих, только равноправие и равновесие жизней, чувств, интересов. Нет и не должно быть принуждения. Это – союз равных. Союз душ. Двух половинок, нашедших друг друга. Клянусь Вам в этом душой своей.
Именно поэтому не могу себя простить сама и не прошу прощения Вашего. Я смогла побороть связь… предать.
Но дальше.
Подземелье, маленькие тесные камеры. Почему мы еще живы? Неужели только из-за той встречи? Вы тогда тоже что-то почувствовали?
Несколько месяцев бесконечной, до ломоты в теле, работы. Резкие окрики стражи, сгоняющей нас по утрам в шахты. От ненависти, изливающейся в пространство, я просто задыхалась. Но долг, долг, долг… именно он выдернул меня из-под обвала вместе с полудюжиной шахтеров и парой охранников. Именно он заставил меня орать на главу смены, грозя ему, вот смешно, осколком гранита. Глупость, провокация, но…
Именно тогда Вы потребовали провести дополнительный опрос пленных и лично явились в форт отобрать наиболее интересных. Вы искали меня? Точнее, Рэлл Рин, последнего портальщика сеани.
Отдали еще и меня – из штрафных казематов. Это судьба.
И результат… вспышка странной, стремительной, противоестественной, непреодолимой любви?
Между Вами, гордящимся самоконтролем, и мною, придавленной долгом? Между врагами.
Мы раз за разом сгорали от страсти на широком, покрытом мехом ложе. Тихий шепот, ласковые прикосновения, осторожные разговоры ни о чем. Ты и я. Вместе. Ненадолго. Миг счастья, обманом вырванный у судьбы.
Горечь и боль предстоящего предательства, робкие ростки надежды в глазах сородичей, когда я возвращалась в шахты.
И вот сегодня…
Двойник спит, свернувшись трогательным клубком, Вы спите тоже. Всего лишь сонный порошок из лазарета.
Сейчас, еще миг… один короткий поцелуй.
Потом я бесшумно проскользну в темноте мимо охранников. Они не заметят меня, скрытую золотистым пологом силы. От крытых галерей и жилых комнат до огромного хранилища две минуты стремительного бега. До казематов – две дюжины, до выхода из подземелий – полдня пути…
До последнего эвакуационного портала…
Прощайте.