Уважаемые читатели! Скачать книгу для ознакомления в электроном виде вы можете бесплатно у нас с сайта и купить в бумажном виде в интернет-магазинах Озон, и Read.ru Приятного прочтения!
Джеймс Клеменс - Хроники убийцы богов - #1 И пала тьма
Тысячелетиями народы Девяти земель безмятежно жили под властью ста богов. Одним больше, одним меньше — казалось бы, какая разница? Но вот происходит невозможное, даже немыслимое: Мирин, богиня Летних островов, получает роковую рану. И рушится равновесие божественных сил, а вместе с ним и весь мир смертных. Тилар де Нох, в прошлом рыцарь теней, а ныне жалкий калека, — единственный, кто способен опознать преступника. Умирающая богиня успела наделить Тилара сверхчеловеческой силой, тем самым сделав его меченым как для людей, так и для темных сущностей, — те и другие считают его врагом. Новый шедевр от создателя мировых бестселлеров, также известного как Джеймс Роллинс.
Перевод: И. Колесникова Издательство: Эксмо, Домино Формат: FB2
Часть первая Потеря милости
Гумор [старолиттикское — быть влажным] — 1) любая полезная жидкость животного; 2) одна из четверки более значительных жидкостей тела (кровь, пот, мужское семя, менструальная кровь) или пятерки менее значительных (слезы, слюна, мокрота, желтая и черная желчь); 3) благословенные жидкости, из которых вытекают Девять Милостей богов. Первичный трактат по телосложению, страница 3593
Глава 1 Пант Иногда ночь никак не закончится. Тилар де Нох встал на колено на растрескавшихся булыжниках и утер кровь с темной щетины на подбородке. Минуту назад, когда его вышвырнули из «Древесной лягушки», он неудачно приземлился на руку, которая усохла и потеряла чувствительность уже несколько лет назад. Она не выдержала его тяжести, и Тилар оказался лицом к лицу с не слишком-то привлекательной мостовой. Пока он целовался с камнями, ему припомнилась старая поговорка Летних островов: «Хорошая ночь длится вечно, а плохая еще дольше». Стоя на колене, Тилар молил всех богов, чтобы нынешняя ночь наконец-то закончилась. Пропади пропадом эта долгожданная пинта и тихое, наедине с самим собой, празднование тридцатого дня рождения. Сейчас он более всего желал оказаться в своей одинокой постели на чердаке рыбной лавки. Но, как говорится, не судьба. Еще повезет, если доведется увидеть рассвет. Тилар слизнул кровь с разбитой губы и стрельнул глазами по сторонам, высматривая путь к отступлению. Там, где улица уходила вверх, тянулись террасы, виллы и ухоженные сады горожан, у которых хватало достатка, чтобы наслаждаться прохладным ветерком с моря. В самом конце улица поднималась к кастильону, что сиял белизной на вершине Летней горы. И который к тому же хорошо охранялся, так что спасения в том направлении искать не стоило. Да и в противоположном направлении надеяться было не на что. Там улица дробилась на кривые переулки, обжитые публичными девками, и темные тупики нижнего Панта. О безопасности там никто никогда и не слыхивал. В итоге он повернулся лицом к неприятелям — Ерге и Барго. Плечи массивных айев украшали одинаковые татуировки: две половинки одного рабского круга. Когда-то бойцы на кровавой арене цирка, теперь они стали свободными, но любимый спорт остался прежним. Ерга теребил эбеновые четки, вплетенные в прядь грязно-каштановых волос, — знак принадлежности к гильдии «щитов таверны». Четки говорили о статусе вышибалы при пивном доме. Рядом с ним стоял Барго; из парочки только у него имелся язык, так что именно он и рявкнул: — Добрый мастер Ринд не шибко жалует подонков, которые сползаются к нему попрошайничать. Тилар не сводил с них прищуренного взгляда и не двигался с места, зная, что оправдываться бесполезно. Он вошел в таверну с двумя медными пинчами, и их с избытком хватило бы на выпивку. Но видимо, он выбрал не то заведение. Он знал, что не стоит рисковать, заходя в пивные верхней части города, — там ему не место. И все же порой он забывался, а иногда просто хотелось окунуться в воспоминания. Он выкинул из головы лишние мысли и скорчился на булыжниках под теплым дождем, неторопливо моросящим с темных небес. Дождь не нес с собой приятного, очищающего чувства, он казался скорее туманом, в котором запуталась и продолжала висеть над островами дневная жара. И все же не стоило винить погоду в том, что лоб Тилара покрыла испарина, а потрепанная одежда неожиданно показалась чересчур тесной. Ерга сжал кулаки, из его покрытого шрамами горла вырвался булькающий смех. Пара айев неторопливо вышла из-под скрипящей на ветру вывески «Древесной лягушки». Этим вечером их развлечением будет Тилар. Ерга нанес удар первым, кулак с силой вылетел вперед. Никакой тонкости. Но ему и не требовалось особого умения, теперь уже нет. Когда-то Тилар был рыцарем теней и без труда уложил бы обоих. Но вместе с рыцарским званием его лишили и Милости. Ну а после пяти лет, проведенных в рабских ямах Трика, рука, в которой он когда-то держал меч, от локтя до кончиков пальцев превратилась в бесчувственную деревяшку. Ногам тоже досталось: одно колено осталось полусогнутым после неосторожного удара молотом, да и другая нога сгибалась медленно и болезненно. Спину стягивали и горбили шрамы от кнута. Он уже давно не называл себя рыцарем. С другой стороны, мастер теней, который обучал его в Ташижане приемам рукопашного боя, заставлял ученика думать головой, а не только полагаться на Милости. Как часто, получая подзатыльник, Тилар слышал ворчливое: «Помни, самая опасная Милость исходит не от бога, но из ума и сердца зажатого в угол человека». Но огромный Ерга, с голой грудью, пахнущий элем и потом, весил раза в полтора больше его. — Мы маленько позабавимся с тобой, — предупредил ай, хватая его за пах. — Давно мечтали перепихнуться с рыцарем теней. Тилар прищурился. Наконец-то он понял, почему эта парочка привязалась именно к нему. Вовсе не из-за потрепанной одежды или сгорбленной фигуры. Причина заключалась в вытатуированных на лице полосах, которые зигзагами тянулись от уголка каждого глаза к виску. Три полосы: одна отмечала пажа, две — эсквайра, а третью получал рыцарь после принятия клятвы. Полосы, когда-то носимые с гордостью, теперь стали позорной меткой павшего рыцаря. Тилар по возможности скрывал их. Отрастил волосы, и неровные пряди падали на серые, цвета штормового моря, глаза. Он привык держать голову опущенной. Но все же в груди продолжала тлеть ярость, огонь ее не угас до конца. Он углями теплился где-то под ребрами, готовый в любое мгновение взвиться пламенем. Ерга протянул руку, намереваясь ухватить его за волосы, и тем самым совершил большую ошибку. Тилар оттолкнулся от мостовой изуродованной рукой и откачнулся в сторону. И в тот миг, когда Ерга нагнулся, он с размаху ударил противника локтем в переносицу. Тилар явственно услышал треск кости перед тем, как его перекрыл отчаянный вопль. Ерга отшатнулся, из ноздрей у него фонтаном била кровь. Барго с ревом кинулся на подмогу товарищу. Тилар перекатился на изуродованную шрамами спину и с силой выбросил вперед обе ноги. Он знал, куда нужно бить. Каблуки тяжелых сапог ударили по коленям вышибалы, и Барго разом перестал чувствовать под собой ноги. Он раскинул руки в стороны, покачнулся и начал валиться прямо на Тилара. Тот, все еще не поднимаясь с мостовой, перекатился на бок и не забыл подобрать под себя потрепанный плащ. Барго мешком упал на мостовую рядом, приземлившись, как и ранее Тилар, лицом вниз. Но бывшие аренные бойцы знали, как работать на пару. Пальцы Ерги вцепились мертвой хваткой в лодыжку Тилара. Рыча и сплевывая кровь, вышибала потащил его к себе. В бытность эсквайром Тилар как-то свалился с лошади, нога его осталась в стремени, и жеребец увлек его за собой. Ерга оказался посильнее того жеребца. Крякнув, Тилар рывком перевернулся на живот. Ерге пришлось ослабить хватку, чтобы не вывихнуть руку. Частично высвободившись, Тилар с силой свел вместе пятки и сдавил пальцы вышибалы. Ерга взвыл от боли и совсем отпустил его. Рыцарь приземлился на бок и оглянулся через плечо. Болело все тело, а и без того небольшие запасы сил быстро истощались. Ерга тем временем помог товарищу подняться с мостовой, в глазах обоих пылало пламя ненависти. Тилару удалось воспользоваться неожиданностью, но теперь все кончено. Айи приближались к нему сразу с двух сторон. — Стоять! От неожиданного окрика замерли все трое. Тилар увидел человека в черном камзоле с серебряными галунами и таком же плаще. Ни кольчуги, ни щита. Только у пояса висел меч в ножнах. Черный бриллиант украшал навершие рукояти и горел огнем. Рыцарь теней. Глаза воина сияли тем же огнем, что и алмаз на рукояти его меча. В плаще незнакомца запутался ветерок, раздувая его полы. Движение можно было принять за перелив лунного света, но тут плащ колыхнулся вокруг рыцаря, и тьма скрыла его вовсе, будто он исчез. Тилар знал, что видит не игру света, но благословение тени. Рыцари тени могут оставаться невидимыми, сливаться с темнотой и ускользать незамеченными. Ночью не сыщешь врага опаснее. Барго и Ерга тоже знали это, и с поклонами отступили в сторону, не разгибая спин и не поднимая глаз. Когда рыцарь шагнул мимо Ерги, тот упал на одно колено. — В чем причина беспорядка? — спросил рыцарь. Его взгляд неподвижно остановился на Тиларе. Вместо того чтобы поднять голову, Тилар уставился на сапоги рыцаря. По обуви можно многое узнать о человеке. Перед ним красовались сапоги из прекрасно выделанной телячьей кожи и рога муллера с Великого берега. Подошвы стерты стременами за многие сотни переходов. То, что ни один из Летних островов не простирался более чем на пять переходов, означало, что рыцарь был чужаком. Возможно, это осененный Милостью посланник из царства другого бога. Или новобранец, призванный на службу здешней богине Мирин. «В любом случае он получил плащ совсем недавно», — заключил Тилар. Барго наконец смущенно откашлялся и решился заговорить. — Этот выродок попрошайничал в таверне мастера Ринда. Мы немного поучили его и как раз собирались спустить обратно в нижний Пант. — Неужели? — воскликнул рыцарь. Тилар ощутил в его голосе иронию. — Я бы сказал, что это он давал вам урок. Барго возмущенно всколыхнулся. Сапоги из телячьей кожи переместились ближе к Тилару. — Как ваше имя, сударь? Тилар не ответил. Он также не стал поднимать глаз — в том не было нужды. Все равно лицо рыцаря окажется скрытым за вуалью из масклина, выкроенной из той же осененной благодатью ткани, что и плащ. На лицах рыцарей можно различить только глаза и полосы татуировки. — Они говорят правду? — продолжал рыцарь. — А вам известно, сударь, что просить милостыню после заката запрещено? Вместо ответа Тилар вытащил из кармана обе монеты и бросил их на мостовую под ноги рыцарю. — Ах, получается, что у попрошайки имеются собственные деньги?! Сударь, я думаю, что вам лучше потратить их в нижней части города. Носок сапога пододвинул медные кругляшки обратно к Тилару. Редкостное проявление доброты заслужило любопытный взгляд исподлобья. Рыцарь оказался высоким и поджарым. Его лицо действительно закрывала завеса масклина. На Тилара сверкнули темным огнем глаза и тут же удивленно расширились. Рыцарь невольно подался назад. — Он — лишенный титула рыцарь, — вставил Барго. — Поганый клятвопреступник. Тилар засунул монеты в карман и поднялся. Он оглядел рыцаря с ног до головы, охвативший его поначалу стыд быстро отступал под натиском злости. В позе рыцаря явственно читалось отвращение. Впервые их глаза встретились. — Не пугайтесь. Бесчестье не заразно, сир. — Тилар резко отвернулся. Но недостаточно резко… — Сир Нох… — Да, рыцарь узнал его. — Тилар сир Нох. Тилар замешкался. Тысяча переходов от родины, и все равно ему не избавиться от проклятого имени. — Это вы, сир, не так ли? — Вы ошибаетесь, сир рыцарь, — сказал Тилар, не оборачиваясь. — Да будут прокляты мои осененные глаза, если я ошибаюсь! Повернитесь же ко мне! Тилар прекрасно знал, что не следует игнорировать приказы рыцаря теней. Он обернулся. За спиной рыцаря он увидел потихоньку пятящихся к дверям таверны Барго и Ергу. Парочка понимала, что их забаве пришел конец, но Барго все же задержался на пороге. Он утер с губ кровь и сопли и бросил Тилару убийственный взгляд. За ним остался долг, который вышибала намеревался получить сполна. Затем они с Ергой скрылись за дверью «Древесной лягушки». Внимание Тилара вернулось к стоящему перед ним человеку. — Как я уже говорил, вы приняли меня за кого-то другого, сир. В ответ рыцарь потянулся к пряжке на шее. Похожая на тень полоса масклина, трепеща, упала. Тилар инстинктивно опустил глаза: только рыцарю дозволялось видеть лицо другого рыцаря. — Посмотрите на меня, сир, — отдал приказ звучный, уверенный голос. Тилар с содроганием повиновался. Да, он не раз видел эти высокие скулы, светло-русые волосы и янтарные глаза. От юного рыцаря веяло солнечным светом и осенними полями — полная противоположность его собственным темным, сумрачным чертам. Время полетело назад, и в стоящем перед ним бородатом мужчине Тилар без труда узнал румяного мальчишку. — Перрил… В последний раз, когда он видел это лицо, его украшали только две полосы. Перрил был одним из трех юных сквайров в Ташижане на его попечении до… до… Сердце свела боль, и Тилар отвел взгляд в сторону. Рыцарь теней опустился перед ним на колено. — Сир Нох. — Нет, — помотал головой Тилар. — Я больше не сир. Просто де Нох. — Нет, для меня вы всегда останетесь сиром. Тилар отшатнулся: — Поднимись с колен, Перрил. Ты позоришь себя и свой плащ. Выходит, я подвел орден и в этом простом деле. Я плохо подготовил тебя. Он повернулся и отправился вниз по улице. Позади раздались шаги. Перрил без труда нагнал его и пошел рядом. — Всем, что у меня есть, я обязан вам. Слова резанули Тилара, как удар кинжала. Он торопливо шел вперед, зная, что если и не сможет скрыться, то хотя бы попробует сбежать от воспоминаний. Юноша не отставал. — Я хочу поговорить с вами, сир! Многое изменилось в Ташижане. Если бы вы встретились со мной завтра… Тилар резко развернулся к нему. Грудь его сжимало от стыда и горя. — Посмотри на меня, Перрил. — Он вытянул перед собой искалеченную руку. — Рыцарь, которого ты знал, давно мертв и похоронен. Я — всего лишь отребье из нижнего Панта. Оставь меня догнивать в этой дыре! Энергичная тирада заставила рыцаря отступить на полшага. Тилар снова увидел перед собой мальчишку, обиженного и не знающего, как ответить. Юноша поднял голову и уставился на сияющий ореол меньшей из лун. — Сейчас вынужден покинуть вас, — пробормотал он извиняющимся тоном и закрыл лицо масклином. — Но мы еще встретимся, даже если разговор со мной принесет вам боль. — Оставь меня в покое, Перрил, — с отчаянием произнес Тилар. — Если ты когда-то любил меня, оставь все как есть. — Ненадолго. — Рыцарь закутался в плащ и отступил в тень, сливаясь с ночью. Тилар видел только светящиеся глаза. — Для всех нас наступает страшное, полное опасностей время. И Перрил растворился во тьме, двигаясь с дарованным Милостью проворством. Тилар постоял еще несколько мгновений. В кармане пальцы сжимали пару медных пинчей. О, если бы это был серебряный йок, чтобы забыться на весь остаток ночи. Хотя он сомневался, что даже целый кошель полновесных марчей поможет утопить его боль. Тилар двинулся вниз по улице. Самыми темными закоулками Панта он пробирался в район порта, к своей одинокой постели. Поутру он попробует найти лодку, которая перевезет его на другой остров. Он не желал новых встреч с прошлым. Лучше затеряться где-нибудь и погрузиться в забвение. Тут он вспомнил слова Перрила: «Страшное, полное опасностей время». Исполненная мрачного веселья мысль прорвалась сквозь боль и стыд: «Страшное и опасное? Самое подходящее определение моего существования последние пять лет. Так что мне бояться нечего!» Тряхнув головой, он положил конец размышлениям: его это не касается.
Все размещенные здесь
произведения представлены исключительно для предварительного
ознакомления и в целях популяризации и рекламы бумажных изданий.
Книга полная магии и коварства, предательства и верности долгу, захватывает в свой сюжет так что кажется читатель проживает жизнь своего любимого героя... Очень хочется прочитать продолжение, сможет ли "убийца богов" вернуть спокойствие и мир в эту страну... книга замечательная, было приятно читать.
В эксцентричном городе Дуралее запрещены магия, гномы и прочие ненормальности, а к сиротам применяют закон о Хранении Находок. Согласно этому закону Бран Хэмбрик, найденный в запертом банковском хранилище, принадлежит на веки вечные вздорному семейству, чей глава на свое несчастье первым открыл сейф. Но не бывает же так, чтобы появившийся явно магическим путем мальчик не привлек неприятности и ненормальности! Они не заставляют себя ждать, а Брану приходится распутывать тайны – своего прошлого и города Дуралея, попутно обретая новые знания, новых друзей и старых врагов.
книга замечательная, было приятно читать.
