Уважаемые читатели! Скачать книгу для ознакомления в электроном виде вы можете бесплатно у нас с сайта и купить в бумажном виде в интернет-магазинах Озон, и Read.ru Приятного прочтения!
Холли Джеймс любит кошек — она просто никогда не думала, что на самом деле она одна из них. По крайней мере до тех пор, пока она не встретила двух восхитительных вер-леопардов греховно-темного Гара и прекрасно-золотистого Кэла. Ужасная встреча, с несущимся питбулем окончилась тем, что Холли приземлилась своей пятой точной прямиком на тротуар. Но когда появившиеся ниоткуда владельцы собаки стали интересоваться, все ли с ней в порядке, более всего Холли была шокирована своей реакцией на их аппетитный … запах.
Перевод: Disharmony Формат: FB2
Моим дорогим друзьям из Дома Фран Спасибо за ваш энтузиазм и за то, что вы меня поддерживали! Вы знаете, о ком я!
Я хотела бы поблагодарить моих чудесных редакторов в Элорас Кейв: Елену, которая верила в «Кошек» и Сюз, которая буквально за ухо вела меня к завершению их. Большое спасибо, я очень благодарна этим двум очаровательным и умным женщинам! Благодаря Хелен, я серьезно относилась к этой работе и старалась сделать ее как можно лучше… а благодаря Сюз, я поверила, что смогу это сделать!
Глава 1
Холли вскрикнула от удивления и страха, когда перед ней из кованых железных ворот выскочил питбуль и бросился прямо к ней. Его высунутый язык и дикие глаза были пугающим зрелищем для робкой женщины, любящей кошек и совсем ничего не знающей о собаках. Когда пес на полной скорости понесся к ней, она открыла рот, чтобы закричать, ожидая, что тот сейчас оторвет зубами кусок от ее ноги. Бежать ей было некуда. Справа от нее была стена из камня и кованого железа, преградившая путь к бегству, а на пустой улице слева не было припаркованных машин, на которые можно было бы забраться, чтобы зверь не смог ее достать. И уж точно она не смогла бы убежать от собаки! В руках у нее были две тяжеленные сумки с продуктами, и она подумала, что может быть, если бросит их, пес кинется на только что купленный большой кусок мяса. Думать некогда! Только она собралась, готовясь к атаке, как пес на огромной скорости промчался мимо нее, и она, оперевшись спиной о кованую железную решетку в каменной стене, с облегчением выдохнула, поскольку до этого задержала дыхание от страха. Она так вцепилась в сумки с продуктами, что пластиковый контейнер с молоком готов был уже открыться. У нее дрожали ноги. Мысли путались. Что ей сейчас точно не было нужно, так это, чтобы ее еще раз напугали. — Вы в порядке? — прямо позади нее прозвучал тихий низкий голос. Этот неожиданный вопрос стал для нее последней каплей. Пакет с молоком взорвался, обливая ее жидкостью, она вскрикнула от удивления и ужаса и упала набок на выщербленный тротуар, ее обездвиженное тело внезапно обмякло. Холли чувствовала, что и ее сердце сейчас взорвется, как это чертово молоко! Она знала, что голос раздавался из-за высокой стены из камня и металла, но она увидела мужчину, наклонившегося и протягивающего руку, чтобы взять сумки с продуктами из ее крепко сжатых рук. Какого черта? Моргнув, она посмотрела вначале на мужчину, потом снова вдоль тротуара. Ворот не было, кроме тех, из которых выбежал пес, да и до них было больше ста метров. Ему пришлось бы перелезть или перепрыгнуть через стену, а это, даже для человека атлетического телосложения было бы совсем нелегко. — Простите за Тигру. Он не опасен, но может быть чертовски страшным, — негромко проговорил низкий медово-мягкий голос, и из ее крепко сжатых пальцев забрали залитые молоком сумки. — Пойдемте, я дам Вам полотенца. Холли взялась за узкую ладонь, появившуюся перед ее лицом и, опершись на нее, поднялась из недостойной позы, в которой находилась на покрытом молоком бетоне. Она подвигалась, проверяя, не пострадала ли, потом посмотрела на незнакомца, моргнув, и скептически проговорила: — Вы называете это… это… существо… Тигрой? — Она чуть не рассмеялась, представив этого милого прыгучего зверька. Только сейчас она впервые четко рассмотрела его, и чуть снова не села на мокрый бетон. Прекрасные темно-желтые блестящие глаза. Странные глаза для мужчины, с черными, как вороново крыло, волосами. Да и само лицо, от которого у нее захватило дух и перехватило дыхание. Когда она наконец-то смогла оторвать взгляд от него, ее глаза скользнули ниже, вдоль его тела, такого, что Холли снова перестала дышать. Она была уверена, что умерла и попала в ад. Потому что нет на земле такого мужчины, который выглядел бы, как фигов бог в потертой футболке и драных джинсах. В этих глазах было столько беспокойства, что она едва смогла сдержать свое бушующее либидо и не ляпнуть что-нибудь совершенно неподходящее, например, восторженный визг от желания связать его и сделать с ним все, что она пожелает. У нее возникло безумное желание облизать его. Кусать его! Да, ему следовало бы обеспокоиться! Ходить незащищенным от женщин, которые могли бы на него напасть и которые с удовольствием отведали бы этой чудесной… Ооох! Холли вытянула свою мокрую от молока руку из его ладони и заставила себя слабо усмехнуться. — Мой стейк выжил или мне придется опять спускаться с горы к автобусу, следующему до супермаркета? Темные брови над блестящими топазовыми глазами нахмурились, и он быстро выбросил руку, чтобы не дать ей снова упасть на бок. — Наверное, Вам лучше пока не пытаться встать, — произнес сладкий медовый голос где-то у нее над левым ухом. Какого черта я опять падаю? — Нет! Я-я… в порядке, — это все, что она успела произнести, прежде, чем он странно наклонился и исчез из виду. Эй, она что, опять оказалась на этом чертовом тротуаре? Ох, вот он, нагнулся к ней и протянул руку, чтобы проверить ее пульс. Почему, черт возьми, он снова склонился над ней? Мммм, она с удовольствием протянула бы руку и притянула бы его шикарное тело до своего уровня. И какого черта он… — Думаешь, она больна? — поинтересовался тихий мужской голос откуда-то вне ее поля зрения. — Думаю, она просто ощутила слишком много феромонов. Она практически совсем в отключке. Вот, возьми сумки, — негромко проговорил сладкий медовый голос, и вдруг ее подняли с земли. Она поплыла по воздуху, а потом уткнулась в крепкую мужскую грудь, вдыхая восхитительный, пьянящий запах мужчины с золотыми глазами. Оооох, так бы его и съела! — Это ведь ненормально, правда? — снова тихий голос. — Нет, я думаю, по какой-то причине она восприимчива к нам. Я себя чувствую, как кошачья игрушка с валерьянкой, — медовый голос звучал раздраженно, но какая разница, если он так чудесно пах? — Молоку конец. — Можешь купить ей еще упаковку. Брось его и посмотри, что еще можно спасти из ее сумки. — Почему если нужно куда-то сгонять, то это должен делать я, а как нести девушку, так это ты? — тихий голос звучал раздраженно. — Забей, парень. Ты еще слишком молод, чтобы знать, что делать с девушкой, когда донесешь ее до дома. — Только потому, что у меня не было такой возможности, поскольку живу с братом и Фреей, решившими не оставаться в клане. Но практика мне бы пригодилась. Они говорили о ней? У Холли так кружилась голова, что она едва могла определить, где верх, а где низ. Она предположила, что там, откуда исходил сладкий сексуальный медовый голос, — верх. Ой-ой, она чувствовала себя так, словно была пьяна! Мог шок сделать такое с человеком? Она подняла руку и посмотрела на свои пальцы. Их что, правда, было восемь? Холли покачала головой и уткнулась щекой в восхитительно пахнущую грудь. И быстро провела языком, чтобы убедиться был ли он на вкус так же хорош, как и на запах. Ммммм, даже у его потертой футболки был такой сексуальный вкус. — Черт! Она тебя что, только что лизнула? — Хрипло произнес второй голос. — Заткнись, Кэл! Открой эту долбаную дверь. А потом иди, оттащи Тигру от его подружки и верни его обратно в конуру. — Кэл сделай то, Кэл сделай это! — передразнил его тихий раздраженный голос. — Однажды ты поймешь, что я уже вырос! Голоса смолкли. Восхитительно пахнущий мужчина с золотыми глазами переместил ее вес и уложил ее на что-то мягкое, похожее по ощущениям на диван. Она не могла быть до конца уверена, так как ее разум был полон кружащихся образов неплохого времяпрепровождения с этим чудесно пахнущим незнакомцем. О да, она бы тааак этого хотела. Черт! Он уходит! Она моргнула, стараясь сфокусировать взгляд. Через мгновение она полностью ощутила, что лежит, свернувшись, на удобном диване и смотрит прямо в зеленые глаза огромного персидского кота. — Ох, привет, котик, ты не видел, куда пошел тот аппетитный здоровяк? — Она криво улыбнулась, пытаясь приподняться и сесть. — Просто полежите несколько минут. Вы будете в порядке, когда организм очистится, — произнес низкий медовый голос с некоторого расстояния от нее. Холли глубоко вздохнула. Чудесный запах пропал. Голос был слышен, но мужчина был где-то на другом конце комнаты. Она лежала и смотрела на кота, который, сидя на подлокотнике дивана, начал тщательно вылизываться, и она почувствовала, что голова у нее уже так сильно не кружится, а дыхание не перехватывает. Минуты шли, она смогла сесть и увидела кучу полотенец на кофейном столике перед диваном. — Эм, спасибо, я, эм, я так извиняюсь! — пробормотала она, краснея от смущения, и взяла верхнее в стопке полотенце, чтобы вытереть молоко с лица, волос и блузки. Она чувствовала себя, как мокрая крыса. — Все в порядке. Если нужны еще полотенца, я принесу. Холли подняла глаза и увидела, что источник голоса сидит в кресле метрах в пяти от нее на другом конце роскошной гостиной. Он все еще выглядел поразительно, но теперь она могла смотреть на него, не представляя, как он разденется и трахнет ее, что, правда, несколько разочаровывало, зато не так шокировало. Он внимательно смотрел ей в лицо. — Эм, наверно, я, вроде как… была сама не своя. — Она пожала плечами, а ее лицо залилось краской, — Спасибо. — Вы живете в старом доме Холлиранов, верно? — Он говорил тихо, но она слышала каждое слово, несмотря на огромные размеры комнаты. — Да, я снимаю его у агентства… пока они не найдут покупателя. — Она поняла, что ее разум снова работает почти нормально, и тряхнула головой, чтобы убрать остатки оцепенения. — Там долго никто не жил, и я удивился, когда узнал, что теперь там кто-то есть. — Наверно, этот дом жуткая развалина, но я так быстро не смогла найти ничего получше. Он дешевый, и это лучше, чем спать на улице. — Она пожала плечами, нахмурилась, пытаясь разглядеть на его лице хоть тень эмоции. Он был как потрясающе красивая каменная статуя. Ни следа эмоции или беспокойства. Кроме того момента на улице, когда он показался обеспокоенным, настороженным. — Я хочу еще раз извиниться за своего пса. Он безобиден, но тут у сучки, живущей неподалеку, течка и он сбегает из своей конуры, чтобы добраться до нее, если только мы его не закроем. Я должен Вам пакет молока и должен подвезти Вас до дома. — Его голос был тихий, осторожный. — Как только Кэл вернется, он поможет Вам добраться до дома, а потом купит Вам молока. Холли пожала плечами, проводя полотенцем вдоль шеи и собирая оставшиеся под волосами капли молока. — Я очень признательна. Ходить к автобусу и обратно просто ужасно. — Не стоит здесь ходить пешком после наступления темноты. Я надеюсь, Вы не подумаете, что я лезу не в свое дело, но я видел, как Вы возвращались домой поздно вечером, а это не очень-то безопасно, даже в Ратледже. Холли посмотрела на него, моргнув. — У меня есть машина, но она сдохла, и мне надо найти денег, чтобы починить ее. Но не волнуйтесь обо мне. Говорят, в Ратледже не было ни одного серьезного преступления за последние восемьдесят лет. Даже двери никто не запирает. О чем беспокоиться? Гар глубоко вздохнул. Она, должно быть, была самой наивной женщиной из всех, что он когда-либо встречал, если думала, что нет никакой опасности в том, чтобы гулять ночью, одной. Если бы он постоянно не вмешивался, ее бы сейчас уже не было. В этом районе появился элемент, который поднял преступность на новый уровень, и единственной причиной того, что он все еще был фактически неизвестен, был тот факт, что Гар сам об этом позаботился. Он прекрасно мог ощущать запах ее теплой и мокрой от молока кожи через всю чертову комнату. Она была для него также восхитительна, как и он для нее, но он не мог рисковать и позволить ей быть с ним. Пока он был только наблюдателем. Следил. Когда требовалось, вмешивался, чтобы поддержать мир. Чтобы защитить славных граждан Ратледжа от вреда. Он никогда не выделял кого-то одного как особый случай, и сейчас этого делать не собирался. Не собирался. Поскольку Кэл был так молод, у него все еще был сильный иммунитет к запаху крови людей. И было еще несколько лет впереди, прежде чем начнут течь слюнки, как только он будет поблизости от них. У Гара же такой устойчивости не было, и ему пришлось развить у себя нечувствительность к их манящему запаху. Было гораздо легче защищать их от их общих врагов, когда он не находил их запах таким охрененно аппетитным. Конечно, в отличие от Ликосов, такие как он, предпочитали менее беззащитную еду. В пищевой цепочке люди были самыми беззащитными, а Гар защищал их, потому что когда-то давно один из них защитил его с сородичами. Например, за женщиной, сидящей напротив него, он приглядывал неделями, наблюдая, как она добирается домой с работы после того, как стемнеет. Он уловил ее запах еще, когда она была на автобусной остановке далеко у подножия холма. Запах этой женщины отвлекал его. Много раз он следовал за ней до дома, прячась в тени живых изгородей и деревьев, растущих вдоль пустынной частной дороги, которая вела к трем очень старым домам, которые раньше были частями трех больших поместий, трех пустых, брошенных поместий. Это и стало причиной того, что он выбрал этот большой дом в Хит Роу: поблизости не жили люди. Он позаботился о том, чтобы для риелтора, пытающегося продать дом Холлиранов найти покупателей было практически невозможно, пугая до полусмерти всех, кто пытался купить его. Он усмехнулся про себя при мысли о «привидении» из-за которого люди держались подальше от этой части Ратледжа, об ужасном чудовище, которое бродило по поместью глубокой ночью. Но потом появилась Холли Джеймс, тридцать четыре года, разведена, детей нет, никаких близких родственников или друзей в Ратледже, потому что она только что переехала из Омахи, чтобы сбежать от плохих воспоминаний. У Холли Джеймс был восхитительный запах, зеленые с золотистыми вкраплениями глаза и самая сексапильная походка, а работала она за гроши в единственном вечернем кафе и пабе Ратледжа. О да! Он знал о ней все, так как она была человеком, не побоявшимся снять дом Холлеранов, несмотря на страшные слухи. Она привлекла его внимание, и она никогда не узнает, как близка была к тому, чтобы попасть в некролог как минимум пять раз с тех пор, как въехала в тот дом. Ее бы убили, ради еды. Это то, чем она и ей подобные были для Ликосов, обосновавшихся в Ратледже и на нескольких прилегающих к нему фермах. Они подбирали заблудившихся путешественников автостопом и бродяг, попадавших на их территорию, а иногда и сбежавших из дома детей, которые искали какой-нибудь угол, где могли бы переждать, пытаясь убежать от родителей, хотевших, чтобы они строго придерживались правил. Лица на пакетах молока и досках объявлений в магазинах; их никогда не найдут. Но Гар не вмешивался, если Ликосы не забредали в сам город Ратледж. Он, Кэл и Фрея чертовски долго путешествовали, пока не осели в маленьком городке на две тысячи восемь душ. А Гар был в огромном долгу перед стариком, которому раньше принадлежал этот дом, этот старик спас жизнь Кэлу и дал путникам кров, не задавая никаких вопросов. Томасу Хейлу принадлежала большая часть Ратледжа, когда тот был еще только поселением фермеров. Он прожил в этом городе все свои девяносто восемь лет и пережил своих жену и двенадцать детей. Он впустил в свой дом троих бездомных бродяг, не задавая вопросов, дал им еду, кров и доверие. Впервые Гару досталось от людей что-то кроме боли и страдания. В обмен на его помощь и доброту, клан Серонта поклялся защищать Томаса Хейла и его любимый город, и последние тридцать лет после его смерти они держали свое слово. Гар держал свой клан подальше от людей Ратледжа, но время от времени он общался с ними, когда покупал все необходимое и для поддержания законности. Он мог изменить свою настоящую форму, создавая иллюзию старения, чтобы ни у кого не возникало вопросов, почему он не стареет. Кэлу пока было нелегко освоить такую магию, и Гар держал его подальше от людей, если не возникала абсолютная необходимость в обратном. Фрея нашла себе мужа три года назад, достигнув зрелости, и вместо того, чтобы стать матриархом, присоединилась к большему клану мужа, там у нее был большой выбор мужчин. Время от времени она приезжала их проведать, но не любила надолго оставлять свой новый клан, и они видели ее все реже и реже. В последние годы стало одиноко. А Кэл? Раньше, чем тот думал, ему пора будет искать девушку. В последнее время парень слишком уж пялился на женщин, и не хотелось бы, чтобы по достижению совершеннолетия он слетел с катушек и оттрахал, все юбки в Ратледже. Потому что это чертовски расстроило бы некоторых. К тому же парень в последние месяцы начал поглядывать на Холли Джеймс, а Гару это не нравилось. Холли Джеймс была особенная. Он это почувствовал, когда в первый раз увидел её. И он уж точно не позволит Кэлу первым завладеть ею. Он смотрел на женщину на другом конце комнаты и боролся с ослепляющим желанием перепрыгнуть это небольшое расстояние и взять ее прямо там, на чертовом ковре, сорвать ее мокрую одежду и слизать молоко с ее кожи. Вылизать каждый сантиметр ее сладко пахнущей плоти, войти в ее сочное тело, впиваясь зубами в ее плечо, пробуя на вкус ее чудесную жизненную силу. У него колом стояло от одной мысли об этом Он быстро усмирил свои желания, ему сейчас совсем не нужно было давать ей снова ощутить его феромоны. Она даже не должна была ощущать его запаха. Он не ожидал, что она так отреагирует. Его запах должны узнавать только другие представители его вида. Он обычно старался держаться подальше от людей, если только это было не невозможно. И когда он оказался рядом с ней, он не ожидал, что отреагирует на нее так физически. Увидев ее, парализованную от страха перед его псом, он приблизился к забору, ее сладкий запах, такой чертовски близкий, чуть не свел его с ума! Когда он заговорил, и она упала, он легко перепрыгнул через забор и чуть не поддался своему инстинкту хищника и не взял эту женщину, не отнес ее в лес и не взял ее снова и снова, пока его голод не был бы удовлетворен. Чтобы донести ее в дом, ему потребовалось собрать всю свою волю в кулак. И теперь, когда она выходила из своего феромонового транса, и воздух наполнился ее чудесным ароматом, ему снова было трудно защитить ее от своего желания! Где, черт возьми, Кэл? Холли нервно поерзала на мокром диване, надеясь, что она не портит молоком антикварную парчовую обивку. Она взяла еще одно полотенце и мягко промокнула им материю, собирая, попавшие на нее капли. Она очень надеялась, что паренек скоро вернется, чтобы она могла отсюда убраться к черту. Только оттого, что этот мужчина был в одной комнате с ней, ее пульс учащался, а киска снова сжималась! Какой бы у него ни был одеколон, это было уже чересчур для любой женщины в здравом уме. У нее снова кружилась голова. — Эм, знаете, я просто возьму свои сумки и пойду, — она прикусила нижнюю губу. — Я не хочу Вам докучать, и боюсь, я испортила Ваш диван. — Она встала и снова промокнула грудь полотенцем. Блузка прилипла к ней, как вторая кожа. — Мне правда надо домой, — она немного дико осмотрелась по сторонам и бочком направилась к арке, за которой, она была уверена, находился выход. Надо было выбираться отсюда! Мужчина с золотыми глазами медленно поднялся из кресла, он выглядел так, как будто собирался направиться к ней. Со слегка напряженной улыбкой, она выставила руку и сказала: — Я сама смогу выйти на улицу. Только скажите Кэлу занести мои сумки, когда он вернется с Вашим…эм…псом. Не сказав больше ни слова, она развернулась и, двигаясь быстрее, чем когда-либо до этого в жизни, направилась, как она надеялась, к входной двери. Она бросилась к выходу, как испуганный кролик! Больше он сдерживаться не мог, это было чересчур. Если бы эта глупая женщина просто спокойно вышла, его инстинкт охотника не сработал бы. Гар даже не думал, он действовал. Добравшись до нее за один — два легких прыжка через мебель, он повалил ее на пол и прижал к ковру, все его тело ныло от желания, в то время, как она вскрикнула от удивления и испуга, когда он перевернул ее. — Холли, никогда не убегай от хищника, иначе они становятся непредсказуемы, — прохрипел он, и его губы опустились на нее быстро, страстно и горячо, он провел языком по ее губам. Она поерзала под его весом, проводя бедром по его твердому члену. — Холли, детка, пожалуйста, прекрати! Пока я еще могу себя контролировать, — он неровно дышал в ее приоткрытый рот, она ощутила его запах, пока он с огромным болезненным усилием пытался сдержаться. Когда он бросился на нее, она не успела сделать и двух шагов, как он повалил ее на пол, словно гепард газель. Но страх, который породили его действия, быстро таял, и на смену ему приходило дурманящее возбуждение. Он хотел сорвать с нее одежду и ласкать ее. Ощущать ее тело, зажатое под ним на ковре в прихожей, было очень эротично, а потом у него совсем снесло крышу, когда она с негромким стоном возбуждения подняла голову и жадно поцеловала его в губы, проводя своим языком по его. Ого! Опять эти чертовы феромоны! — Ты знаешь мое имя? — Хрипло прошептала она в его губы. — Кто ты, черт побери? — Гар, — ответил он, крепко обнял ее, поднимая с пола, и слегка толкнул ее спиной в угол, рядом с зеркалом, опрокидывая антикварную лампу, которая разбилась о мраморный пол, — Холли, пожалуйста. Останови меня, пока я совсем не потерял контроль! — Какого черта происходит, Гар? — она беспомощно простонала в его губы. — Я не могу остановиться. — Ее руки скользнули вверх под его рубашку и начали жадно ласкать его крепкое тело. Он старался сдержаться, но ему не удалось побороть себя, когда она укусила его за шею, и он содрогнулся от возбуждения. — Все в порядке, ты просто… реагируешь… на мои… феромоны, — он тяжело дышал, и голос его был хриплым, его когти удлинились настолько, что он смог ими разрезать ее мокрую блузку, бюстгальтер и джинсы, а потом он убрал их, чтобы не поцарапать ее. — Моя одежда! — Вскрикнула она. — Ты же порвал всю мою одежду! — Я куплю тебе другую, — прорычал он, казалось его голос идет откуда-то из груди. Его собственная рубашка исчезла также быстро. Он толкнул ее обнаженной спиной к холодной стене, опустил руку вниз между их телами, чтобы рывком расстегнуть молнию на своих штанах. Она застонала и обвила руками его шею, крепко обнимая, ее зубы впились в его твердое мускулистое плечо, когда одним резким, сильным движением бедер он ввел свой толстый, твердый, как кол, член в ее мокрую киску. Он с шипением вдохнул сквозь зубы Гар наслаждался болью, он лизнул ее горло, провел зубами по нежной коже. Он хотел ее крови. Сгорал от желания попробовать ее. Он должен быть точным, чтобы не убить ее. Гар чувствовал, как удлиняются клыки, как она извивается от его глубоких сильных толчков, как кровь струится по ее венам, он выбрал самое подходящее место и вонзил клыки в мышцы ее шеи между ухом и плечом. Холли закричала от боли, а потом от наслаждения от сильнейшего оргазма, ее тело, словно пульсировало само по себе, а он, казалось, становился все больше и длиннее, глубоко входя в нее. Он зарычал в ее кожу, а потом его клыки уменьшились, и он начал облизывать и посасывать ее проколотую плоть, лакая ее горячую кровь и пробуя на вкус ее жизненную энергию. Он двигался в ней дико, сильно, горячо, ненасытно. У нее был чудесный вкус! Он открыл рот от удивления, когда понял, что она тоже выпила его крови! Ее маленький горячий язычок метался по прокушенной коже на его шее, где она попробовала его жизненной энергии. Гар неистово двигался в ее сочном теле, наслаждаясь тем, как она сжималась вокруг его члена, когда кончала, и как царапала его спину и грудь в преддверии оргазма. Она была абсолютно очаровательна, очень страстна, и он был на грани, так горячо… поднимаясь, пульсируя, а затем он сам оказался охвачен сильнейшей волной своего собственного оргазма, он ввел свой член в нее до самого основания и почувствовал, как его горячее семя изверглось внутри нее, наполняя ее. Теперь она была его. Женщина, казалось, была в ужасе от того, что она делает это у входа в дом незнакомца. В ужасе от того, что до крови укусила его. В ужасе, что он укусил ее! Он стоял, опираясь на стену, все еще зажимая ее тело в углу, а его член был все еще в ней, она воскликнула, задыхаясь: — Ты укусил меня! Гар медленно толкнулся бедрами, почувствовал, как она выгибается и услышал, как она застонала. — Ты меня первая укусила, — промурлыкал он в ее шею, касаясь губами сладко пахнущей кожи женщины. Гар был поражен. И доволен. И напуган. Она попробовала его кровь. Она приняла его семя. И она как-то забрала все его желание расстаться с ней. Он больше всего на свете хотел дарить ей наслаждение, получать наслаждение от нее, и чтобы она была с ним. Она приняла его как пару. Знала она это или нет, но она была связана ритуалом, как и он. Теперь оставалось только позаботиться о том, чтобы она не сбежала от него до того, как он завершит этот ритуал, связывающий их.
Все размещенные здесь
произведения представлены исключительно для предварительного
ознакомления и в целях популяризации и рекламы бумажных изданий.
надо было дальше розвисать сюжет , а то как-то закончилось не успев начатся... Письменное порно во всей его красе)) ка-то все очень просто...Холи дает жару братцам))) Может она и изврашенка , но что бы вы делали оказасшись на ее месте... ??-- а??
фуууу не люблю такие книги!!!! почти нет сюжета,только одна порнуха да и Холли какая то извращенка!!!!!может кому то и нравятся такие книги ,но только не мне!перечитывать совсем не тянет!
Габриэль Меррик играет с огнем. В буквальном смысле. Иногда он может контролировать его. А иногда нет. Его братья всегда могли положиться на него, особенно его брат-близнец, Ник. Когда поджигатель начинает сеять хаос в их городе, все улики указывают на Габриэля. Но дело в том, что он этого не делал. И никто, кажется, не верит ему. Кроме застенчивой студентки-второкурсницы, Лэйни, умницы, которая одевается в водолазки и джинсы, а также полностью выводит его из равновесия. Лэйни понимает проблемы в его семье и умеет хранить секреты. Ведь у нее есть несколько собственных. Габриэль не может позволить ей догадаться о способностях его братьев и его самого, об опасности, которая ходит за ним по пятам. Но он не может не рисковать. Пламя распространяется…
