Уважаемые читатели! Скачать книгу для ознакомления в электроном виде вы можете бесплатно у нас с сайта и купить в бумажном виде в интернет-магазинах Озон, и Read.ru Приятного прочтения!
Александр Фостин готов остепениться и для того, чтобы отыскать свою суженную, отправляется из Нью-Йорка в солнечный Колорадо. Его миссия деликатна — Алекс должен объяснить девушке, что вампиры существуют, и, так уж случилось, он — один из них. Но с того момента, как он видит Хелену Макалистер, беседа становится последней вещью на свете, занимающей его мысли. Целоваться с незнакомцами на крыльце собственного дома и, уж тем более, приглашать их в свою постель — совсем не в её правилах. Но что-то в Алексе заставляет Хелену чувствовать себя в безопасности даже тогда, когда этот мужчина разрушает все её защитные барьеры. Ее доверие рассыпается вдребезги, как только она избавляется от недолгого наваждения и понимает, что любовник ее мечты — чудовище. Что именно не оправдавший надежд своей возлюбленной и до смерти напугавший её вампир может предложить девушке, чтобы загладить свою вину?…
Алекс остановился у двери, его сердце бешено колотилось. Никакого плана у него не было — из него и в нормальных-то условиях стратег был никудышный, а уж о том, чтобы придумать что-то на ходу, и речи быть не могло. Даже несмотря на то, что температура на улице была около минус двадцати, он словно сгорал в адском пламени. Пролетая через страну, он представлял эту девушку маяком, влекущим его всё ближе. Когда же, наконец, приземлился и впервые вдохнул разреженный, совершенно сухой горный воздух, тяга к ней стала практически осязаемой. Он никогда не встречал её прежде. Три дня назад мать вложила в его руку клочок бумаги. В нем было имя и часть адреса — сведения, которые она по крупицам собрала в своих снах. Ключ к его будущему. Он шагнул назад и окинул дом беглым взглядом, полным сомнения. Это развалившееся чудовище ни капли не было похоже на коттедж, в котором он рос, или мансарду, в которой жил сейчас. Выцветший сосновый венок на двери, корзина сосновых шишек и оленьи рога на открытой веранде поразили его своим необычным видом, свойственным только дикому западу. Надпись на коврике у дверей гласила: «Благослови этот беспорядок». Он отряхнул с ботинок снег, провел рукой по волосам, буркнул «К черту!» и позвонил в звонок. Услышал жужжание, а сразу за ним бешеный лай. Великолепно, собака. — Замолчи! Перестань лаять! Нельзя! Женский голос, доносившийся из глубины дома. Её? Он прислушался и уловил шаркающий звук. Тапочки по плитке. Она была за дверью. Жар её тела ощущался сквозь дерево. Он раздул ноздри и вдохнул её запах. Она ела попкорн, кожу её покрывала какая-то ванильная маслянистая смесь — лосьон для рук? Нет, масло для ванны. А ниже… Чёрт возьми! С легким головокружением он прислонился к двери. Его мать не ошиблась. — Кто там? Глазок потемнел. Алекс выпрямился, чтобы дать себя рассмотреть. Казалось, как раз сейчас стоило бы сказать нечто проникновенное, но он так и не сказал. — Привет. Меня зовут Александр Фостин. Когда она ответила, он обратил внимание скорее на интригующий грудной тембр её голоса, чем на смысл самих слов: — Вы хоть представляете, который час? — Пожалуйста, у меня тут важное сообщение для Хелены Макалистер. Я с ней разговариваю? — Что за сообщение? Алекс заглянул в глазок. Увидеть её он, конечно, не смог, но смог почувствовать её и всю силу её недовольства. И уже начал побаиваться, что девушка вообще не откроет эту чёртову дверь. Но подавил своё нетерпение и улыбнулся в стеклянный кружок, надеясь, что в этот момент выглядит достаточно обаятельно. Было трудно изображать вежливость, когда его нервы дрожали от предвкушения встречи с ней. — Новости хорошие, но через дверь разговаривать неудобно. Вы выйдете? — Э… Погодите секунду. — Он услышал её крик, — Майк, поставь фильм на паузу. Вернусь через минуту. Алекс кашлянул, чтоб скрыть ухмылку. В доме больше никого не было. Его будущая жена была умна, осторожна… И очень привлекательна в своём пушистом розовом халатике. Её мокрые темные волосы свисали прямыми прядями до подбородка. Это хорошо — он ненавидел вылавливать волосинки изо рта. С одной стороны они были забраны назад, открывая изящное заостренное ушко, словно созданное для того, чтобы его покусывали. Низкое рычание оборвало череду его мыслей. Рукой девушка придерживала собаку, скалившуюся на него, словно адская плюшевая игрушка. Он приподнял бровь, и собака вновь залилась лаем. Девушка попыталась перекричать этот гам: — Простите, она не всегда такая. — Тон её голоса был извиняющимся, но во взгляде по-прежнему сквозило подозрение. Она была достаточно умна, чтобы доверять своей собаке. — Да всё в порядке, — Алекс поднял руку к собачей морде. — О, не делайте этого! — взмолилась девушка. — Она может и укусить. Но собака не укусила. Вместо этого она с жадностью обнюхала его руку, не чуяв прежде ничего подобного. Алекс взглянул ей в глаза, молчаливо требуя покорности. Собака успокоилась и девушка, пожав плечами, отпустила её ошейник. — Так что за хорошие новости? — Неожиданно спокойно она прислонилась плечом к дверному косяку. Её милое личико светилось озорством. Холл позади мерцал теплым золотистым сиянием. Всё, чего он сейчас хотел, так это укрыться там от уличного холода и заключить девушку в свои объятия. — Только не говорите, что я выиграла в лотерею. — Она высунулась на веранду и посмотрела по сторонам. — Эд Макмахон прячется в кустах? Алекс пошатнулся, ошеломленный её близостью. Он надеялся, что девушка окажется привлекательной, но "привлекательная" — слабо сказано. Она была… — С вами всё в порядке? Опьяняющей. Точно. И она по-прежнему ждала от него объяснений. Проблема была в том, что его мысли были бессвязны, чтобы ещё о чем-то говорить. Её имя было единственной вещью, которую он мог осознавать. Три слога крутились на его языке словно какое-то древнее заклинание. — Хелена. В ответ её зрачки расширились, делая синие глаза чёрными. Выражение лица вопросительным. Любопытным. С тем же любопытством он поднял руку и погладил её по щеке костяшками пальцев. Потом повернул ладонь и запустил пальцы в её влажные волосы. Глядя ей глаза, он подумал, что девушка, в какой-то степени, должна была понять, кто он такой и что это значило. Судьба. Её розовый ротик округлился от удивления, будто бы она только что о чём-то вспомнила. В ней совсем не чувствовалось страха. Более того, от его прикосновения она медленно выдохнула, её дыхание белым облаком заклубилось в воздухе между ними. Красный бархат желания окутал его разум. Время для объяснений будет и позже. — Хелена, ты для меня единственная. Не было времени на объяснения. Не сейчас, когда он был охвачен вихрем чувств. Он притянул её ближе и вся она уже принадлежала ему: нежность её губ, её тело, с тихим стоном обмякшее в его руках. Мягкая плотная ткань халатика смялась под натиском его пальцев. Она была его единственной. Определенно. Никто больше не мог быть так сладок на вкус. Изголодавшийся, он слизнул масло и соль от попкорна с её губ. Кровь зашумела в ушах. Он обхватил ладонями голову девушки и проник языком в её жаждущий ротик. Сладкий запах чистого тела поднимался от воротника халатика и мужчина понял — под халатиком она была абсолютно нага, только бери. Взгляд Алекса затуманился. Он окончательно утратил остатки здравого смысла, когда девушка принялась порочно и завлекающе водить бедрами по его эрекции. Он хотел поглотить её всю, проникнуть в эту женщину, обладать ею всеми возможными способами и как можно скорее. Доведенный до отчаяния желанием прикоснуться к коже Хелены, он распахнул полы халатика. Почувствовав восхитительный жар её тела, мужчина пошатнулся, и они прислонились к дверному косяку. Не прерывая поцелуя, он накрыл руками груди девушки. Они идеально легли в его ладони. Под правой рукой мужчины сердечко Хелены трепетало, словно крылья птицы. Знала ли она, что он придёт? Принимала ли ванну, только чтобы быть уверенной, что примет его всей своей влажностью и мягкостью? Тем временем она проникла под его пальто и провела рукой вниз, к поясу его брюк. Матерь Божья. Это выходит из-под контроля. Он прервал поцелуй. От того, чтобы овладеть ею, его отделяла всего лишь молния брюк. Не то чтобы у него обычно возникали с этим какие-то проблемы. Просто на этот раз всё по-другому. Алекс сделал глубокий вдох и попытался вновь обрести над собой контроль. Хелена ему в этом совсем не помогала. Он перехватил её руку как раз перед тем, как та успела скользнуть в его ширинку. Девушка лениво выгнулась, её халатик был широко распахнут, губы порозовели от поцелуев, взгляд стал эротично рассеянным. Судя по всему, она была одурманена, но ведь он ещё ничего не сделал. Возможно потому, что сам был одурманен ею. Застонав, она откинула голову и подставила ему свою шею. Идеальная, гладкая кожа светилась белым золотом в свете веранды. Это был жест инстинктивной покорности, и он заставил Алекса забыть обо всех своих благих намерениях. Рванув девушку к груди, он скользнул губами вдоль её сонной артерии. Дразнил её зубами и языком, использовал всё мастерство, которым обладал, чередовал посасывающие поцелуи с легкими укусами, заходя настолько далеко, насколько вообще мог зайти, не прокусив её кожу. Хелена мурлыкала от удовольствия. Он приподнял её ногу, побуждая закинуть её на его бедро. Отодвинув воротник халатика, Алекс обнажил пульс, трепещущий над ключицей девушки. Он повёл носом возле её горла, прикасаясь лицом к гладкой коже, и его рот приоткрылся, ловя запах пульсирующей под поверхностью живой крови. Хелена тяжело задышала и обхватила голову мужчины, собирая в пальцах его волосы. Её запах стал примитивным и возбуждающим, и ноздри Алекса запылали, его рот наполнился слюной. Она была близка к оргазму. Алекс не смог сдержать низкое рычание. Дин-дон-дин-дон-дин-дон. Ужасный звук разорвал красную дымку. Дверной звонок. Ему потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что Хелена прислонилась к кнопке звонка. Он вернул её в вертикальное положение и звон прекратился. Вне себя от гнева, девушка тут же принялась отбиваться и кричать. Он едва мог удержать её в объятиях. — Возлюбленная, — возможно, он сказал это вслух, а может быть, только подумал, но точно знал, что она поняла. Его рот приоткрылся, зубы оцарапали её плоть. Хелена сердито двинула коленом и угодила точно между ног. Боль свалила его на землю. Хелена отступила за порог. Алекс было пополз за ней на четвереньках, но дверь треснула его прямо по башке. — Ох! — Он даже звёздочки увидел, совсем как в мультфильмах. Собака залаяла снова. Некоторое время Алекс стоял на коленях на коврике «Благослови этот беспорядок», прижимая одну руку к голове, другую держа между ног, постанывая от боли и думая, что такого никогда не случилось бы с его братом Михаилом. Михаил бы подошел к двери, уже имея какой-нибудь план. А его второй брат, Грегори… Что ж, Грегори никогда бы не позволил женщине себя поколотить. Но уже через несколько минут после встречи со своей будущей женой Алекс стоял на коленях, потрясённый и мычащий, как больная корова. Вернее, бык. Племенной бык. — Хелена! Ты не понимаешь. Я пришёл, чтобы жениться на тебе. — Лучше убирайся отсюда. Я уже вызвала копов. Её голос доносился сверху. Содрогаясь от боли, Алекс поднял голову. С прижатым к уху телефоном она высовывалась из окна второго этажа. — Я говорю с 911. О! Я не должна с ним разговаривать? Извините. Ну, он высокий, по крайней мере, футов с шесть ростом, брюнет. Да, высокий, темненький, симпатичный. Боже, какой позор! На нем пальто. Не могу точно утверждать, сколько ему лет. Может, лет тридцать. Сказал, что его зовут Александр Фаст… Фастино?.. Ну, или что-то вроде того. — Фостин! — Да, он сейчас как раз стоит на коленях у меня на крыльце. Издаёт забавные звуки. — Хелена, отмени вызов. Давай поговорим. — Ага, конечно, извращенец! Я к тебе ближе, чем на десять футов без электрошокера не подойду. — Она снова заговорила с 911. — Да, он подошел к двери, сказал, что у него для меня сообщение, а потом напал на меня. — Напал на тебя? Ох, да перестань! — Мне кажется, я слышу сирены. Алекс уже услышал их и знал, как близко они были. Конечно, они могли послать впереди патрульную машину с выключенной сиреной. Он подумывал завести взятый напрокат автомобиль, но жалкая погоня через незнакомый город в его Чеви Кобальте стала бы худшей из неудач сегодняшнего вечера и для него закончилась бы по ту сторону железной решетки. А вампиры плохо себя ведут в тюремной обстановке. Он должен был смыться отсюда своим ходом. Ворча что-то под нос и по-прежнему осознавая, что Хелена смотрит на него сверху, он подошел к машине и вытащил из салона сумку на колесиках и ноутбук. Полицейские были уже почти на месте. — Мы поженимся, Хелена Макаллистер, — рявкнул он напоследок. Несомненно, весьма торжественный для него момент. — Можешь на это рассчитывать! Возможно, он просто станет жертвой восхода солнца. Полицейские приняли её заявление и отогнали брошенную машину. Хелена была рада тому, что он оставил после себя хотя бы её. Подтверждая то, что девушка не сумасшедшая и что выглядевший как бог мужчина действительно постучал в её дверь, бормоча что-то о «своей единственной», а потом принялся поглощать её, как кварту Черри Гарсиа. — Господи, Хелена, — Лэйси проводила её к дивану, словно немощную. — Может быть, тебе стоит переночевать сегодня у меня? — Спасибо, не могу. Это будет означать, что я признала поражение. — Она пожала плечами, чтобы скрыть своё нервное состояние. — Я почти уверена, что если покину дом, он придет сюда и будет нюхать моё нижнее бельё или займётся ещё чем-нибудь подобным. Знаешь, чего я действительно сейчас хочу, так это пробежаться. — Прямо как одна из тех обреченных цыпочек в ужастиках? — Я не сказала, что собираюсь это сделать, я только сказала, что хотела бы этого. А как ещё она могла снова обрести контроль над своим телом? Здравый смысл, безопасность, благопристойное поведение — ничто из этого больше не имело значения. Это было умопомешательством. С тех пор, как Александр Фостин появился у двери её дома и запустил длинные пальцы в её волосы, мозг девушки больше не отвечал за действия её тела. Она ещё никогда и ни у одного мужчины не видела таких красивых глаз. — Мы с Питером могли бы остаться у тебя на ночь. Встревоженная собственными мыслями, Хелена выдавила улыбку. — Мне бы это понравилось. Устроим пижамную вечеринку? Все вместе прямо в гостиной? Лейси улыбнулась в ответ и посмотрела на девушку так озабоченно и искренне, что Хелена чуть не расплакалась. Она была раздавлена. — Приведёшь Ньюлэнда, чтобы охранял нас? Ньюлэнд был Бернским зенненхаундом Питера, гораздо более крупным, чем её маленький шпиц Скалли. Но Скалли для неё была в самый раз. Хелена потянулась и взъерошила густую шерсть своей собаки. — Ты ведь знала, что он извращенец, да?.. — Не хочешь принять ванну или сделать ещё что-нибудь? — спросила Лейси. — Я посторожу. — Нет, я приняла ванну как раз перед тем, как… — У нее опустились руки. — Послушай, противно сознавать, что он на свободе, но ведь всё, что он сделал, это поцеловал меня. — Это неправда. — Я действительно в порядке. — Зачем ты его покрываешь? — Я всего лишь жертва Целующегося Бандита. Что это было, старое кино? Или мультфильм? — Мюзикл с Синатрой, — Лейси любила старинные сентиментальные фильмы. — Он мог бы сделать и нечто большее. Тебе повезло. — Да… — Он мог сделать гораздо, гораздо большее. Когда мужчина впервые прикоснулся к ней, его руки и губы были холодны, — должно быть, какое-то время он просто простоял снаружи, — но потом быстро согрелись. Всё происходило так, словно он знал её тайный код или изучил её фантазии. Он целовал её так, как она хотела бы, чтоб её целовали. И он прикасался к ней именно так, как она всегда хотела бы, чтобы к ней прикасались. И он был извращенцем, который приставал к женщинам на их верандах. Фигурально выражаясь. Этот единственный самый сильный в её жизни эротический трепет охватил её именно тогда, когда фактически совершалось преступление. В сущности, она уже уступила мужчине. Сейчас оставалось только официально об этом заявить и начать коллекционировать парней. — Да, мне повезло. Я поднимусь наверх и прополощу рот… может быть, вообще его поменяю… — Хочешь, пойду с тобой? — Нет. Позвони Питеру. Джохо уже закрыто? Мне бы и пиццы хватило. В ступоре, навеянном навязчивыми мыслями о его поцелуе, вспоминая детали прошедшего вечера, Хелена медленно поднялась по лестнице. Она ведь ответила на поцелуй. И это было плохо. Очень плохо. Мужчина подошел к её двери с ложным предлогом и превратил её в глупенькую девочку, сходившую с ума по его карим глазам и пленительному языку. А как ещё это назовешь? Во что это её превратило? И во что это превратило его самого? Стоя у раковины, она набрала полный рот Скупи и выплюнула, наблюдая, как щеки раздуваются, словно у бурундука. Кожа на подбородке немного шелушилась. Халат был заляпан кофейными пятнами, манжеты рукавов поизносились. И почему это Фостин пришел именно к ней? Полицейские сказали, что машина, на которой он приехал, была арендована на стоянке при аэропорту близ Денвера. Незадолго до того, как он исчез в ночи, она наблюдала, как этот дерзкий до невозможности мужчина забрал небольшой кейс из дорожного чемодана и сумку с переднего сиденья и спустился по дороге. Всего лишь очередной день, но чего именно: деловой поездки или охоты? Или, может быть, охота и была его бизнесом? Она рассказала полицейским о его последней угрозе жениться на ней. Те отлично сохраняли свойственную копам невозмутимость, но всё же, это привлекло их внимание. Полицейские переглянулись. Это означало, что он определенно был ненормальным и что он обязательно вернётся. Некоторое время они бродили по округе, обшаривая окрестные косогоры и овраги лучами прожекторов, но поскольку на сей раз никого не убили, копы не привели с собой ни немецких овчарок, ни SWAT-команду. Вместо этого они лишь дали ей номер телефона и пообещали не спускать глаз с дома. Её домик располагался на заросшем сосенками и кустарниками земельном участке величиной в пол акра. Здесь было множество мест, где можно спрятаться. В принципе, он мог и не уходить далеко. К тому же, снова пошёл снег. Из-за этого он в любом случае не смог бы далеко уйти. Хелена сплюнула и снова прополоскала рот. Её халатик слегка распахнулся и она увидела синяк у основания шеи, как раз рядом с сонной артерией. Засос. Здорово, сталкер! Спасибо. У неё не было засосов со школьной юности, когда она однажды проиграла в игру «правда или расплата» Бобби Мильбурну, и ей пришлось позволить поставить на себе один. На этот раз всё было по-другому. Поцелуи Бобби её так не возбуждали. Обводя пальцем лиловую отметину, она вспомнила, как грубые поцелуи Фостина вызвали в ней такой отклик, который и вообразить не возможно. Его волосы были вьющимися и густыми, длинными как раз настолько, чтобы схватить их в пригоршню, и она воспользовалась этим, чтобы удержать его губы у своего горла. Слава Богу, дверной звонок затрещал словно будильник, отчего она вернулась к реальности и поняла, каким странным, каким опасным было её положение. Не слушая её протестов, он был совершенно груб и непоколебим, несмотря на то, что она изо всех сил отбивалась от него. Как будто у него вся кровь из мозгов переместилась в эрекцию — его проклятую огромную эрекцию. Неужели она действительно попыталась схватить его член? Дерьмо! Это было совсем на неё не похоже. Воспоминания об огромной твердой выпуклости, выпирающей из-под тонкой шерстяной ткани брюк, снова возродили тот сумбур в её голове и шальные мысли, которые она отчаянно пыталась успокоить. Ей действительно необходима пробежка. Выйдя из оцепенения, она состроила рожицу, вспоминая, как он взвыл от боли, падая на колени. Прости, сталкер. На соседском переднем дворе, расположенном вверх по дороге, Алекс присел на чемодан, в его волосах и на плечах скопился снег. Холод не мог ему навредить, но это вовсе не означало, что мужчине он нравился. Он страстно желал тепла. Пахнущего ванилью тепла Хелены. Свет фар полицейской патрульной машины мелькнул над его головой, но они не увидели его. Был вариант и дальше сидеть вот так, оставаясь… незаметным.
Все размещенные здесь
произведения представлены исключительно для предварительного
ознакомления и в целях популяризации и рекламы бумажных изданий.
Согласившись выполнить необычное поручение, Кассия Блэкбоу получила взамен проклятие, которое многие бы посчитали величайшим даром. Однако на деле все обернулось нагромождением проблем. Ведь и сама Кассия стала величайшей драгоценностью, которой многие не прочь завладеть. Как теперь отличить настоящую дружбу от лести, любовь от корысти, искренность от притворства? Как остаться собой, когда все кругом говорят одно, а делают другое? Кассию затягивает водоворот событий, в результате которых она чуть было не стала… Впрочем, именно об этом и рассказывает эта удивительная история.
