Уважаемые читатели! Скачать книгу для ознакомления в электроном виде вы можете бесплатно у нас с сайта и купить в бумажном виде в интернет-магазинах Озон, и Read.ru Приятного прочтения!
Она прекрасна. Она бессмертна. Она продала душу за возможность покорять и очаровывать. Днем Джорджина Кинкейд — скромная продавщица в книжном магазине, а бурными ночами, как и полагается демону-суккубу, она играючи соблазняет мужчин и выкачивает из них жизненную энергию. Но ее по-прежнему волнуют вполне человеческие проблемы. Кто снабжает ее друзей-музыкантов наркотиком, от которого за версту разит магией? Как спасти репутацию коллеги-инкуба? Подобные задачи Джорджина решает с блеском, но главная проблема — любовь к смертному — так и не находит решения...
Перевод: Евгений Волковыский Издательство: Эксмо, Домино Формат: FB2
Глава первая
Демоны ужасны. Какую бы религию ты ни исповедовал, чем бы в жизни ни занимался — это аксиома. Нет, разумеется, в каждой избушке свои погремушки — особенно там, где орудую я, — но в целом у людей есть основательные причины избегать и страшиться дьявольских прислужников. Они жестоки и беспощадны; они упиваются страданиями и болью, а на досуге терзают души. Они лгут. Воруют. Мошенничают с налогами. Но, несмотря на все это, я считаю, что стала очевидцем самого ужасающего из дьявольских действ. Церемонии награждения. Моего. Стоящий передо мной Горацио, вице-демон такого-то подразделения Инфернальных Интересов, силился подчеркнуть торжественность момента, но безуспешно. Мне казалось, виной тому его небесно-голубой полиэстеровый костюм и пестрый галстук-бабочка. Да и бачки не сильно его украшали. Видать, он лет шестьсот не покидал внутренних кругов ада, с тех самых пор, когда в последний раз был в моде небесно-голубой полиэстер. Постоянно откашливаясь, он шарил взглядом по собравшимся, дабы убедиться, что все мы обратились в слух. Мой надзирающий, Джером, стоял неподалеку со скучающим видом и то и дело поглядывал на часы. Рядом с ним, рот до ушей, ухмылялся Каспер, шаловливый помощник Горацио. В руках он сжимал всякие бумаги, а портфель поставил на пол. Восторженность, нетерпение, подобострастие на его лице выражали служебное рвение высшего порядка. Что касается меня… я изо всех сил старалась выглядеть взволнованной — но ничего не получалось. Что, разумеется, совершенно неприемлемо. Я суккуб, а значит, существую для того, чтобы заставлять людей — в особенности мужчин — поверить и представить себе, что они желают только меня. Я способна моментально сменить маску — от жеманной девственницы до сладострастной повелительницы. Нужны лишь капелька перевоплощения и чуточка притворства. Первую способность я обрела, когда загнала свою человечью душу; со временем овладела и второй. В конце концов, нельзя же на протяжении веков говорить каждому парню: «Да, малыш, ты у меня самый лучший» — и не научиться худо-бедно молоть языком. Пусть мифы рисуют нас дьявольскими бесплотными обольстительницами, но, по правде говоря, бытие суккуба сводится лишь к убедительной бесстрастности на физиономии и умению преподнести себя. В общем-то, эта история с награждением не должна была слишком меня напрячь. Но для Горацио одного бесстрастного вида недостаточно. — Воистину, для меня великая честь находиться здесь сегодня, — заголосил он гнусавым баритоном. Воистину? — Тяжкий труд — вот источник нашего величия, и ныне мы чествуем ту, что доказала свою преданность и всю себя отдала Великому Злу. Именно в таких личностях наша сила, что позволит одержать победу в грандиозной битве, когда в конце времен будут подведены все итоги. Подобные личности достойны уважения, и мы стараемся воздать должное их приверженности, дабы все узнали, как важно в эти трудные времена гнуть свое, несмотря ни на что, и сражаться за наши идеалы. Затем он добавил: — А вот те, кто не отдает все силы работе, канут в огненные бездны отчаяния и будут гореть целую вечность, раздираемые на части трехголовыми псами ада. Я уж было открыла рот, чтобы высказать, насколько это экономически целесообразней выходного пособия, но Джером перехватил мой взгляд и покачал головой. Между тем Горацио пихнул локтем Каспера, и черт поспешно протянул тисненный золотом сертификат. — Вот почему я с таким удовольствием представляю вам это Свидетельство заслуг в значительном превышении и превосходстве назначенных для суккуба квот на последний квартал. Мои поздравления. Горацио пожал мне руку и протянул сертификат, украшенный пятью десятками подписей. ... Сим удостоверяется: ЛЕТА (она же Джорджина Кинкейд), суккуб в епархии Сиэтла, Вашингтон, Соединенные Штаты Америки, Земля, значительно превысила и превзошла назначенные для суккуба квоты на последний квартал, продемонстрировав выдающиеся успехи в обольщении, разложении и обречении на вечные муки человеческих душ. Когда я закончила читать, все смотрели на меня, вроде бы ожидая какой-нибудь речи или еще чего. Я главным образом гадала, не обижу ли кого, если умещу весь ответный спич в рамочку восемь на десять. — Гм, спасибо. Все так… клево. Похоже, Горацио этим удовлетворился. Он энергично кивнул и бросил взгляд на Джерома: — Вы должны гордиться. — Исключительно, — пробормотал архидемон, сдерживая зевоту. Горацио снова повернулся ко мне: — Продолжай в том же духе. Надеюсь, мы увидим тебя первой в списке кандидатов на корпоративный уровень. Как будто мало им моей души. Я изобразила улыбку: — Ну… тут еще нужно постараться. — Отличная позиция. Превосходная. Вы хорошо с ней поработали. Он дружески похлопал по спине Джерома, но что-то мой босс вовсе не лучился счастьем. Он терпеть не мог дружеских похлопываний. Да и любых прикосновений. — Что ж, если мы закончили, я, пожалуй… о, чуть не забыл. Горацио повернулся к Касперу. Черт передал ему что-то еще. — Это тебе. В знак нашей признательности. Он вручил мне подарочную карту сети ресторанов «Эпплбиз», а также купоны на бесплатный прокат видеодисков в «Блокбастере». Мы с Джеромом просто онемели. — Блеск, — наконец выдавила я из себя. Наверное, занявшему второе место дадут подарочную карту семейных закусочных «Сиззлер». Нет сомнения, что второй на самом-то деле главный проигравший. Горацио с Каспером испарились. Мы с Джеромом какое-то время стояли молча. — Джером, ты любишь ребрышки из «Эпплбиз»? — Ужасно смешно, Джорджи. — Он прошелся по моей гостиной, делая вид, будто изучает книги и безделушки. — Неплохая работенка с этими квотами. Конечно, нетрудно преуспеть, если начинаешь с нуля, а? Я пожала плечами и швырнула сертификат на кухонную стойку. — Какое это имеет значение? Как бы то ни было, лавры тебе достались. Полагаю, ты доволен. — Конечно, доволен. Если честно, я был приятно удивлен, что ты исполнила обещание. — Я всегда выполняю обещания. — Не все. Я промолчала, и он улыбнулся: — Так что теперь? Собираешься праздновать? — Ты знаешь, куда я собираюсь. Я собираюсь к Питеру. А ты? Он уклонился от ответа, демонам это свойственно. — Мне казалось, у тебя другие планы. С неким смертным. Похоже, последнее время ты только им и занимаешься. — Не твое дело, чем я занимаюсь. — Любое твое дело — это и мое дело. И снова я не ответила. Демон приблизился, сверля меня взглядом темных глаз. По необъяснимым причинам он, приходя в человеческий мир, предпочитал выглядеть похожим на Джона Кьюсака. Это должно было бы сглаживать его способности к устрашению, но, клянусь, на самом деле получалось только хуже. — Сколько еще ты намерена ломать комедию, Джорджи? — Его слова прозвучали вызовом, попыткой заставить меня разговориться. — Ты же не считаешь, будто у вас с ним есть будущее. Или что вы оба можете вечно оставаться непорочными. Даже если ты умудришься так до него и не дотронуться, ни один человечий самец не станет долго хранить целомудрие. Особенно когда у него куча поклонниц. — Ты что, не расслышал? Это мое дело. Щеки мои запылали. Все я прекрасно знаю, и, тем не менее, недавно увлеклась человеком. Я даже не вполне поняла, как это случилось, поскольку всегда прилагала максимум усилий, чтобы избежать подобных ситуаций. Все подкралось как-то незаметно. Только что я просто ощущала его теплое и успокаивающее присутствие, а через мгновение вдруг осознала, как страстно он любит меня. Эта любовь меня огорошила. Я не смогла ей сопротивляться и решила посмотреть, куда она меня заведет. Джером ни разу не упустил возможности напомнить мне о несчастьях, которые я каждодневно навлекаю на себя этим романом. Мнение его вовсе не безосновательно. Отчасти потому, что у меня почти не было опыта в серьезных отношениях. Но самое главное — прикасаясь к человеческому существу, я неизбежно высасываю часть его жизни. Ну и что, у каждой пары есть свой камень преткновения, разве не так? Демон пригладил пиджак превосходно сшитого черного костюма. — Всего лишь дружеский совет. Это не имеет никакого значения. Мне наплевать, будешь ли ты и дальше морочить ему голову — лишая его будущего, семьи, здоровой половой жизни. Пока ты справляешься с работой, мне все это безразлично. — Ты закончил свои зажигательные речи? Я опаздываю. — Еще одно. Думаю, тебе интересно будет узнать, что я как раз готовился сделать тебе приятный сюрприз. Тебе понравится. — Какой еще сюрприз? Никаких сюрпризов ждать от Джерома не приходилось. Во всяком случае, приятных. — Если я расскажу, какой же это будет сюрприз? Вполне в его духе. Я фыркнула и отвернулась: — У меня нет времени на игры. Говори, что задумал, или проваливай. — Лучше я пойду. Но прежде ты должна кое-что запомнить. Он взял меня за плечо и снова развернул к себе. От его прикосновения и близости меня всю передернуло. Мы с демоном давно не были запанибрата, как когда-то. — В твоей жизни есть только один постоянный мужчина, перед которым ты всегда в ответе. Через сто лет твой смертный обратится в прах, а я останусь тем, к кому ты будешь возвращаться всегда. Прозвучало романтично и эротично, но это вовсе не так. Ни в малейшей степени. Отношения, связывающие меня с Джеромом, куда крепче. Преданность, буквально ставшая частью моей сущности. Узы, опутавшие меня во веки веков или, во всяком случае, до тех пор, пока адские власти не решат приписать меня к другому архидемону. — Твои сутенерские повадки начинают надоедать. Он отступил, нисколько не задетый моим раздражением. — Если я сутенер, то кто же, выходит, ты? Прежде чем я успела ответить, Джером исчез в показушном клубе дыма. Долбаные демоны. Оставшись в квартире одна, я перебирала в уме его слова. Вспомнив, наконец, о времени, я отправилась в спальню переодеться. Закончив, я натолкнулась взглядом на сертификат Горацио, подмигнувший золотой печатью. Вдруг почувствовав тошноту, я перевернула его лицевой стороной вниз. Возможно, я хороша в своем деле, но это вовсе не значит, что я горжусь тем, чем занимаюсь.
Вечеринка у моего друга Питера уже минут пятнадцать как началась. Он открыл дверь еще прежде, чем я постучала. Увидев его белую широкополую шляпу и передник с надписью «ПОЦЕЛУЙ ПОВАРА», я сказала: — Прошу прощения. Никто не сказал мне, что здесь сегодня снимают «Кулинарный поединок». — Ты опоздала, — воскликнул он, размахивая деревянной ложкой. — Что, выиграла приз и думаешь, теперь можно забить на приличия? Не обращая внимания на его укоры, я прошествовала внутрь. Что возьмешь с нервозного вампира? В гостиной я обнаружила наших друзей Коди и Хью, перебирающих толстые пачки денег. — Вы что, ребята, банк ограбили? — Не-а, — отозвался Хью. — Раз уж сегодня Питер старается обеспечить нас культурной жрачкой, мы решили культурно поразвлечься. — Отмыванием денег? — Покером. Из кухни было слышно, как Питер бормочет себе под нос что-то про суфле. Это как-то не совпадало с моим представлением о компании темных личностей, собравшихся в задней комнате за карточным столом. — Думаю, бридж был бы более уместен. — Это игра для старикашек, дорогуша, — с сомнением посмотрел на меня Хью. Я не смогла удержаться от улыбки. «Старикашка» — понятие относительное, учитывая, что у большинства из нас за плечами столетия. Я давно подозревала, что в нашем кругу низших бессмертных — тех, кто не был истинными ангелами или демонами, — я старше всех, несмотря на оптимистические двадцать восемь лет в моих водительских правах. — С каких это пор мы в игры играем? — поинтересовалась я. Последней нашей попыткой была игра в «Монополию» с Джеромом. Тщетно тягаться с демоном в борьбе за собственность и абсолютный контроль. — С каких это пор мы не играем в игры? Игры за жизнь, игры со смертью. Игры в любовь, в надежду, удачу, отчаяние и во все мириады промежуточных чудес. Я скосила глаза на вошедшего. — Привет, Картер. — Я знала, что ангел притаился на кухне, точно так же как Питер почувствовал, что я подхожу к двери. — Где твоя лучшая половина? Я только что видела его. Думала, он тоже придет. Картер одарил меня дразнящей улыбкой, его серые глаза сияли тайнами и весельем. На нем, как всегда, были драные джинсы и выцветшая футболка. Что же касается возраста, то нас, остальных, с ним и сравнить невозможно. Мы все когда-то были смертными; мы меряем наши жизни веками и тысячелетиями. Ангелы и демоны… их мера — вечность. — Разве я сторож брату моему? Классический ответ Картера. Я взглянула на Хью, который был, так сказать, хранителем нашего босса. Или, по крайней мере, кем-то вроде помощника по административной части. — Он улетел на встречу, — сообщил черт, складывая в стопку двадцатки. — Какое-то мероприятие по сплочению коллектива в Лос-Анджелесе. Я попыталась представить себе Джерома, участвующего в массовых игрищах на свежем воздухе. — Как именно демоны сплачивают коллектив? Ответа ни у кого не нашлось. Возможно, и к лучшему. Пока продолжалась сортировка денег, Питер сделал мне «гимлет» с водкой. Я вытаращилась на бутылку «Абсолюта», стоящую на кухонной стойке. — Что это, черт возьми? — У меня кончилась «Грей Гуз». Да это почти то же самое. — Клянусь, я обвинила бы тебя в ереси, не будь ты уже падалью пред ликом Господним. Когда все деньги, включая мой взнос, были рассортированы, мы уселись за кухонный стол и принялись играть в «техасский холдем». Я играю неплохо, но со смертными получается гораздо лучше, чем с бессмертными. На этих мои обаяние и харизма производят куда меньшее впечатление, так что приходится как следует задумываться о вероятности и стратегии. Пока шла игра, Питер метался, пытаясь одновременно играть и следить за приготовлением еды. Это было непросто, поскольку играл он в темных очках и вынужден был снимать их, наблюдая за пищей. Когда я заметила, что это мой второй изысканный ужин за два вечера, с ним чуть припадок не случился. — Как?! Ничто из того, чем ты питалась вчера вечером, не может сравниться с моей уткой. Ни-че-го. — Не знаю, не знаю. Я была в «Метрополитен гриль». Хью присвистнул: — То-то я гадаю, отчего ты светишься. Когда парень берет тебя в «Мет», устоять перед ним невозможно, а? — Свечусь я от другого парня, — буркнула я, совершенно не желая вспоминать об утреннем свидании, каким бы пылким оно ни было. — В «Мет» я ходила с Сетом. При мысли о вчерашнем ужине я улыбнулась и вдруг поймала себя на том, что мелю без разбора: — Надо было его видеть. Как ни странно, на этот раз он был не в футболке, но зато рубашка вся перемятая, и галстук он толком повязать не сумел. Вдобавок, когда я только вошла, у него на столе стоял ноутбук. Все остальное он отпихнул в сторону: салфетки, бокалы. Полный хаос. Официанты в ужасе. Четыре пары глаз уставились на меня. — Что? — фыркнула я. — Что еще не так? — Ты, — отозвался Хью. — Больно ты кровожадная. — Или преисполнена любовью, — улыбнулся Коди. — Она не в него влюблена, — сказал Питер. — Она влюблена в его книги. — Нет, я… Слова замерли на губах. Я была не уверена, стоит ли возражать. Мне не хотелось, чтобы они думали, будто я люблю только книги, но так ли уж я люблю Сета? Наши отношения развивались стремительно, но подчас меня тревожила мысль, что в действительности я люблю его любовь ко мне. — Никогда не поверю, что вы до сих пор встречаетесь без всякого секса, — продолжил Хью. Я вспыхнула. Все это я уже получила от Джерома; какого хрена выслушивать опять? — Слушай, я не желаю говорить об этом, если вы всю дорогу собираетесь меня подначивать, понял? Мне надоело, что каждый встречный начинает объяснять, какое это безумие. — Не знаю, — пожал плечами Питер. — Не такое уж это безумие. Вечно слышишь об этих супружеских парах, которые вообще обходятся без секса. Как-то живут. А здесь почти то же самое. — Только не с нашей девчушкой, — покачал головой Хью. — Посмотри на нее. Кто откажется от нее в постели? Поеживаясь под их пристальными взглядами, я попыталась объяснить: — Эй, проблема не в этом. Он хочет, понятно? Он просто не собирается этого делать. Есть разница? — Извини, но мне не верится, — сказал Хью. — Быть с тобой, когда ты в этом своем обличье, и не расколоться просто невозможно. Даже если б он умудрился… Ни один парень не сможет поладить со своей женщиной, видя, что она вытворяет такое. Это был вопрос, давно засевший в моей голове, тот, на который указывал Джером, тот, что беспокоил меня больше, чем наша способность держать руки подальше друг от друга. В одном из моих самых страшных ночных кошмаров был примерно такой разговор: «Прости, Сет, вечером я не смогу. Я встретилась с женатым парнем и должна с ним работать, чтобы затащить в постель и, высасывая из него жизненные соки, все дальше и дальше уводить по пути к осуждению на вечные муки. Может, успеем на последний сеанс, если пораньше закончу». — Я не желаю об этом говорить, — повторила я. — У нас все в порядке. Точка. Воцарилась тишина, только шлепались карты о стол и шуршали деньги. Оглядев комнату, я встретилась взглядом с Картером. Он один не принимал участия в экзекуции по поводу Сета. И это меня не удивило. Обычно ангел просто слушал, лишь иногда небрежно вставлял что-нибудь саркастическое или мистическое. Это всегда приводило меня в бешенство, но последние события изменили мое к нему отношение. Я по-прежнему не понимала Картера до конца и не знала, могу ли ему доверять, но начала его уважать. Устав от всеобщего внимания, я вернулась к игре и обнаружила, что после нескольких кругов с полным дерьмом на руках наконец получила нормальную карту. Тройка. Ничего выдающегося, но вполне сносно. Я увеличила ставку, желая избавиться от соперников, прежде чем новые карты сделают мою позицию более уязвимой. С вампирами моя стратегия сработала. Упала следующая карта. Семерка пик. Когда я еще увеличила ставку, Хью помрачнел и спасовал. Я надеялась, что и Картер бросит карты, но он сам поднял ставку.
Все размещенные здесь
произведения представлены исключительно для предварительного
ознакомления и в целях популяризации и рекламы бумажных изданий.
Согласившись выполнить необычное поручение, Кассия Блэкбоу получила взамен проклятие, которое многие бы посчитали величайшим даром. Однако на деле все обернулось нагромождением проблем. Ведь и сама Кассия стала величайшей драгоценностью, которой многие не прочь завладеть. Как теперь отличить настоящую дружбу от лести, любовь от корысти, искренность от притворства? Как остаться собой, когда все кругом говорят одно, а делают другое? Кассию затягивает водоворот событий, в результате которых она чуть было не стала… Впрочем, именно об этом и рассказывает эта удивительная история.
0
, сейчас правдо некогда, немного над другим работаю
